Несколько лет назад в Новосибирске произошла история, в которую трудно поверить. Мужчина с ментальными особенностями признался в преступлении, которого не совершал, — просто потому, что к нему хорошо отнеслись и накормили чебуреками. Больше четырёх месяцев он провёл в неволе, пока защите не удалось доказать его невиновность. Адвокат Денис Садовский рассказал Сиб.фм детали этого дела — и о том, почему по так называемым «педофильским статьям» суды почти всегда верят на слово.

Самооговор и чебуреки

Всё началось с изнасилования семилетнего ребёнка. На месте происшествия не нашли ни биологических следов, ни других материальных доказательств. Был лишь фоторобот преступника, составленный со слов мальчика. Через какое-то время в отдел полиции доставили случайного прохожего — взрослого мужчину, чей уровень умственного развития соответствовал примерно десяти годам.

Первоначально его защищал адвокат по назначению. Вскоре мужчина написал явку с повинной и дал признательные показания. На опознании ребёнок его не узнал, а составленный по его описанию фоторобот насильника был похож на другого человека.

Почему взрослый человек с задержкой развития признался в страшном преступлении? По словам адвоката Садовского, об этом стало известно от самого фигуранта: его хорошо кормили, угощали чебуреками, относились по-доброму.

«Его никто не бил. Но долго ли уговорить человека с таким ментальным статусом?» — говорит адвокат.

Мужчина оказался в СИЗО. Позже его семья пригласила для его защиты Дениса Садовского. Тот сумел доказать непричастность его к преступлению— в момент преступления подзащитный находился в другом месте, и это подтвердилось документально. Через четыре с половиной месяца после задержания уголовное преследование в отношении него прекратили с правом на реабилитацию. Сам освобождённый, по словам адвоката, к заявлением о компенсации не обращался, но долго восстанавливал моральное и физическое здоровье.

Слово ребёнка сильней правды

Садовский отмечает: такие дела — огромная проблема правоприменительной практики, о которой в обществе говорят мало, пока человек не столкнётся лично.

Наиболее распространённые составы — изнасилование (ст. 131 УК РФ) и насильственные действия сексуального характера (ст. 132). Если в первом случае обычно остаются биологические и иные следы, то вторые строятся преимущественно на показаниях ребёнка. А дети могут повторять то, чему научила мать, или намеренно оговаривать взрослых из неприязни, «по приколу». В соцсетях полно инструкций, как грамотно подставить человека, — говорит защитник.

«Судебная практика идёт по пути безоговорочного доверия к словам потерпевшего. Достаточно „вспомнить“, что несколько лет назад отчим, дядя или отец трогал ребёнка, — и человек может оказаться под стражей с перспективой длительного срока», — поясняет адвокат. По его наблюдениям, оправдательные приговоры по таким статьям почти не выносятся.

В качестве решения проблемы Садовский предлагает вернуть возможность рассматривать дела по 131-й и 132-й статьям с участием присяжных — как это было до 2013 года. Сейчас закон этого не позволяет, хотя именно коллегия из обычных людей могла бы оценивать достоверность показаний без формального обвинительного уклона.

Сейчас адвокат ведёт ещё одно показательное дело: 15-летняя дочь обвинила отца в насильственных действиях, которые якобы происходили шесть лет назад. Мужчина разведён с её матерью. Год он находится в местах лишения свободы — и все это только на основании противоречивых слов подростка.

Ранее Сиб.фм опубликовал фильм-расследование «Оговорили по-семейному». Его герой — Александр М. — полтора года сидит в изоляторе по обвинению в изнасиловании дочери. Мужчина утверждает, что бывшая жена настроила девочку против него после решения о разводе. При отсутствии весомых доказательств и противоречиях в показаниях на свободу его не отпускали, а затем приговорили к 14 года колонии строгого режима. Журналист Сиб.фм пообщался с родственниками, экспертами и показал, как работают педофильские статьи на практике.