3 сентября 2004 года стал одной из самых страшных дат в истории России. В этот день в результате штурма школы №1 в Беслане погибли сотни людей. В спецоперации по освобождению заложников участвовал и уроженец Новосибирска — бывший сотрудник силовых структур Владимир. Сегодня, спустя 22 года, он впервые рассказал Сиб.фм о том, что происходило в эпицентре трагедии, и почему события тех дней до сих пор снятся ему по ночам.

«Никто не верил, что дети останутся одни»

Утро 1 сентября 2004 года в Беслане ничем не отличалось от обычного праздника. Нарядные школьники, цветы, родители и торжественная линейка. Как вспоминают очевидцы, первые подозрительные автомобили — легковая и грузовая — появились у школы ещё до начала торжеств. Но им беспрепятственно дали проехать: впереди сидел человек в форме сотрудника милиции.

«Мы шли за ними, но даже мысли не допускали, что это может быть захват. А когда нас загнали в спортзал, стало понятно — это не розыгрыш», — рассказывает одна из выживших заложниц Инга Чеджемова.

Спортзал превратился в импровизированную тюрьму. По официальным данным, в заложниках оказались около 200 человек, но родственники, собравшиеся у стен школы, были уверены: внутри более 1200 людей, и большинство из них — дети.

«Они просто издевались»

Первые часы боевики вели себя относительно спокойно, но уже к вечеру второго дня обстановка накалилась до предела. Боевики, понимая, что переговоры не приносят результата, начали срывать злость на заложниках.

«Дети умирали от жажды, у них трескались губы. Я попросила у боевика воды для мальчика, а он ответил: «Чей мальчик? Сейчас убью!» — вспоминает Инга. — Они били детей на глазах у матерей, а на просьбы дать питьё отвечали: «Пусть подохнут!»

На глазах у школьников террористы взорвали двух шахидок. Дети, обессиленные и запуганные, сидели прямо у ног боевиков, один из которых демонстративно наступал на кнопку взрывателя.

«Стена» для детей

Развязка наступила 3 сентября. В полдень боевики согласились эвакуировать тела погибших. Началась операция. Но в 13:00 в школе прогремел мощный взрыв, после которого началась паника и стрельба. Заложники бросились к выходу, и именно в этот момент в дело вступили бойцы спецподразделения «Альфа».

«После одного из взрывов образовалась дыра в стене. Бойцы «Альфы» ворвались внутрь и буквально встали стеной, ограждая детей, — рассказывает Владимир, новосибирский экс-силовик. — Мы вытаскивали людей из-под обломков, а боевики в это время пытались смешаться с толпой ополченцев, которые прибежали на помощь».

Путаница была страшной: в дыму и хаосе спецназ и гражданские ополченцы открыли огонь друг по другу. Перестрелка прекратилась лишь к 16:00, когда стало ясно — заложники выведены, а террористы уничтожены или задержаны.

«Все были в чёрном»

Только спустя три месяца удалось установить личности всех погибших. Жертвами теракта стали 334 человека, 186 — дети. Владимир признаётся, что эта трагедия навсегда изменила его жизнь.

«Люди пережили настоящий ад. После штурма на Беслан было страшно смотреть: все были в чёрном, абсолютно все! Некоторые искали тела своих детей неделю, чтобы по-человечески похоронить. Это и спустя 22 года нельзя вспоминать без боли», — говорит он.

Сегодня, 22 года спустя, сотни людей вновь отправятся в Беслан, чтобы отдать дань памяти погибшим. Для Владимира, как и для всей страны, 3 сентября навсегда останется днём, когда мир разделился на «до» и «после».