Лента новостей

Предложить новость

Нежелание быть нормальным

Бездомный, бывший наркоман и ополченец о вере в свою другую жизнь
Рубрика: общество, культура

08.05.2015 12:30

Иллюстрации Ольги Посух

Впервые акцию «Живая библиотека» провела группа датских подростков после того, как на их друга напали с ножом. Прямо на фоне книжных полок люди самых разных социальных статусов начали рассказывать про свою жизнь, отвечая на вопросы посетителей библиотеки. Акция прижилась в Новосибирске. Корреспондент Сиб.фм поговорил с бездомным, ВИЧ-инфицированным бывшим наркоманом и участником дебальцевского котла о том, к чему приводят поиски себя и о вере в свою другую жизнь. Имена героев изменены по их просьбе.

Иван, 33 года, ВИЧ-инфицированный

У меня был брат младший, царствие небесное, который не бросил употреблять наркотики и умер. Не знаю, кто из нас первый заразился, – кололись мы вместе. Я из неблагополучной семьи. Мама давно умерла, отец женился на другой женщине. Ему всегда было на меня пофиг.

По своей натуре я всегда был целеустремлённый и упёртый парень. До того как я начал употреблять наркотики, довольно неплохо зарабатывал. В 14 лет я уже работал грузчиком и развивался. Денег мне хватало на то, чтобы жить и содержать свою девочку. Не то что бы первая любовь – получил венерические заболевания. Такая жизнь гопника была. А когда деньги начали мной овладевать, началось вот это безумие.

Кололся я 14 лет. Никого не подсаживал – совесть была. Хотя, может, просто потому, что я был жадный наркоман.

На наркотики надо было где-то доставать деньги. Представляешь, у отца обручальное кольцо украл. Мы воровали – за это родители выгнали нас. Это… Всё это было.


В Дании прошла первая «Живая библиотека» после того, как на глазах у подростков убили их друга

У меня была жена, есть ребёнок. Ну а кто будет жить с наркоманом? Если он и работает, то прокалывает все деньги. Сейчас в день я трачу 500-700 рублей при хорошем раскладе. Наркоману приходится тратить две тысячи в день. Работать не получалось. Я забирал и воровал деньги у жены – не каждая девушка это выдержит.

Однажды я взломал квартиру. Тогда я даже не думал, что я вор. Меня сразу повязали, посадили. Наркоманы в тюрьме считаются блатными, и я был одним из них. Тогда я ещё ничего не знал о ВИЧ. Я думал, что это как прокажённый, держался от таких подальше. В тюрьме эти ребята сидели отдельно.

Я вышел. Ходил по притонам, много всяких штук принимал, и что-то произошло с мозгом. Мне хотелось, чтобы наркотик был внутри. Дошло до того, что денег на шприцы не хватало — я их просто подбирал на улице и промывал для употребления. Не важно было, чем и как — главное загнать. Хотел просто кайфа. Потом от наркотиков я вскрыл себе вены и попал в дурдом.

Что я нахожусь в лечебнице, я понял, когда шизофреник гладил меня по голове и говорил: «Всё будет хорошо».

Когда я вышел из дурдома, у меня не было денег даже на то, чтобы поесть. Я не хотел пить, трезвым уже жить не мог. Было невыносимо плохо. Обратился к родственникам, они дали немножко денег и попросили больше не приезжать, потому что у них дети – «ты умрёшь, они будут жить». Объяснили, что такое ВИЧ. И я начал предпринимать меры.

Знаете, чтобы заразиться, нужно быть «счастливчиком», дохрена делов наделать. У среднего человека 800 клеток, у ВИЧ-инфицированного меньше, если он не лечится. Если довести до уровня 800-1000 клеток, то можно спокойно жить, принимать лекарства, которые дают защиту, и заниматься сексом. Лекарства входят в бесплатную государственную программу. Проблема в том, что сейчас кризисы-шмизисы, а так как в России эти лекарства не производят, возможно, будет сложнее. Но до сего момента я получаю их стабильно.

Я не считаю, что моя жизнь потеряна – всё впереди. Я встал в очередь на испытание вакцины от ВИЧ. Хуже не будет – до людей её испытывают на кошечках, хомечочках, собачках. Куча разных предклинических испытаний. Не умру я – это точно.


Фёдор Достоевский заимствовал сюжет книги «Преступление и наказание» из газеты

Я построил жизнь таким образом, что люди, которые меня окружают, знают о том, что у меня ВИЧ. Те, кто кололись или колются, те, кто не хотят со мной сейчас общаться, – до свидания. Чтобы быть сильным, нужно общаться с сильными.

Сейчас я даже не буду говорить с человеком, если он пьёт. Я не хожу в бары, не хожу в клубы. Да мне неинтересно просто! Я помню свои такие пьянки. Что можно услышать от человека, который пьёт? Какой он крутой? Моей душе должно быть спокойно, чтобы я мог развиваться. По вечерам я думаю о том, как поскорее вернуться домой, купить всякой еды, погладить своего кота. Кокос зовут, белый такой. Для меня он просто Кока.

Сейчас я не блатной, и жизнь добропорядочного человека мне больше нравится. Я делаю всё, чтобы впредь этого больше не происходило в моей жизни. Провожу собрания в клубе анонимных наркоманов, занимаюсь спортом. Раньше я весил 70 килограмм, сейчас хочу 90, а там можно будет и до соточки догнать. Я развиваю свою торговую компанию, улучшаю качество работы, набираю новых сотрудников. Мы работаем с утра до вечера – не спим в офисе только потому, что нет дивана. Пока что мы на него не заработали.

Трачу зарплату на хорошую одежду, на здоровье, на жену. Недавно начали общаться с сыном. Я за него очень переживаю. Из своей жизни секрет не буду делать, всё расскажу. Если вдруг он попадёт в ситуацию – сразу повезу его в центр.

Хотите всё попробовать? Идите в притон, колитесь, умирайте, сдыхайте, поднимайтесь, если сможете, отряхайтесь. У каждого своя голова.

Моё будущее я вижу в кругу большой семьи с пятью детьми.

Игорь, 63 года, бездомный

Сам я родом из Ташкента. Работал помощником начальника Окружного дома офицеров Советской армии, проводил ХХ съезд компартии в Узбекистане, часто летал на совещания в Москву и даже был на Олимпийских играх. При товарище Черненко меня осудили за хищение и без моей воли отправили в сибирскую тюрьму. Когда я вышел, женился. Но в 2007 году супруга умерла, и я оказался на улице. Мне никто из её детей не говорил: «Иди отсюда, пшёл!» Я сам не мог оставаться.

Так вышло, что в районе Ленинского рынка повстречал таких же, как я, дельцов. Мы напились.

У меня украли и деньги, и документы. И куда деваться? Вот я и бомж.


Дом ненужных людей

Откровенно сказать, страха умереть не было. Потому что на улице ты в неадекватном состоянии – лишь бы не замёрзнуть, выпить. Естественно, я работал. Старался найти такую работу, чтобы можно было ночевать в помещении, даже если хозяин платит копейки. Где-то машину вымоешь, где-то огород вскопаешь, сварщиком на коттедже, потом на стройке и в пивнушках.

Однажды на улице увидел объявление приюта для бездомных. Дай, думаю, зайду, попробую. Так уже шестой год и живу. Документы, трёхразовое питание, одежда, душевые, прачечные, медобслуживание – в приюте мы чувствуем себя защищённо. Я очень благодарен. Часто задаюсь вопросом: «Что было бы, если бы не было центра?» Я не знаю. Ходил бы от ямы к яме, от бутылки к бутылке? Сейчас я уже на пенсии. Но мы (жители приюта, – прим. Сиб.фм) добровольно оказываем волонтёрскую помощь: убираем, ходим на субботники.

Если говорить о человеке, сидящем на полу и просящем милостыню, то я не считаю, что это грешно. Бывает, что человек набрал сумму и пошёл за угол пить. Но бывают люди, которые без дома остались, у них дети, которых надо кормить и самому есть. Бывает, я вижу, что человеку необходимо – и я подам. Дающему Бог подаёт.


Есть такая профессия
«бомж»

Стараюсь помогать людям, которые оказались в той же шкуре, что и я. Но обжигаюсь. Едешь, находишь, привозишь, отмываешь – смотришь, ну, неохота ему жить иначе. Проще остаться на улице. Ну он не привык просыпаться утром трезвым, чистить зубы, не пить водку. Вот и всё. И что мужчины, что женщины – одинаково. Ну что вы, говорю, пойдём! А то скоро мухи белые полетят! А они мне – «нет». И каждый раз не проходишь же мимо, не отказываешься от него. В душе, конечно, костеришь. А что сделаешь? Так бывает. Надо выкарабкиваться.

У меня был знакомый обозреватель, который поехал описывать на Боткинское кладбище жизнь бичей. Да-да, они были и в Советском Союзе, только так не назывались. Так вот, журналист назад не вернулся. Стал, как они.

Просто это нежелание человека быть нормальным.

Какая разница между бездомным и тем, кто живёт в тепле? Думаю, что никакой. Человек остаётся человеком.

Главное, чтобы это когда-нибудь искоренилось. Но пока есть войны и конфликты – это будет.

Алексей, 23 года, доброволец в Донецкой народной республике

Я устал от офисной рутины. Может быть, искал какой-то взрыв адреналина. С 14 лет прыгаю с парашюта, занимаюсь дайвингом, летаю на дельтаплане – стало скучно. Набирали ребят, и я в сентябре взял билет на самолёт. В последний перед поездкой вечер я просмотрел кучу видео с этой войны. Почему это меня не остановило, я не знаю. Попасть туда было легко, потому что брали без опыта и не платили денег. Сейчас уже всё систематизировалось.

Служил в диверсионно-разведывательной группе полгода, после того как прошёл обучение. У нас были такие задачи: подрыв объектов и техники, взятие в плен и обмен пленными. Парни возвращались и целыми, ну, если с синяком на губе – это нормально. Но были случаи, когда и без ног, и без яиц, и с отбитыми почками. В Правый сектор лучше не попадаться. У каждого на этот случай была граната. Не знаю, если бы попал к ним в плен, то я бы её выдернул.

Во время дебальцевского котла мы в основном наводили артиллерию и координировали. Нет, я получал адреналин не от того, что кто-то умирает, а от самих боевых действий, от того, когда пробирался куда-нибудь незамеченным.

Перед Новым годом под Дебальцево нас расстреляли из АГТ (автоматический гранатомёт танковый, – прим. Сиб.фм), когда группа пошла в разведку. Мы попадали. Меня ранило, друга ранило. Я даже не понял, как это случилось. Посмотрел – пятно алое и кровь сочится. Ногой пошевелил – вроде целая. Кого у меня там, ранение?! Ногу перебинтовали – и через неделю бегал. Мог уехать в любой момент. Нас там не держали, тем более жителей России. Остался, наверное, из-за того, что не хотел бросать подразделение, которое во мне нуждалось. Там каждый прикрывает твою спину, и ты должен прикрывать каждого.


Министр культуры НСО, экс-директор оперного театра, православная активистка, монахиня приняли участие как книги «Живой библиотеки»

Было и мародёрство – в семье не без урода. Нам как-то дали задание поехать разобраться с одной из таких групп – мордами в пол и в комендатуру. Ценности там какие – водка и еда. Уровень жизни такой, что далеко не у каждого есть колечко. А до этого я думал, что в наших деревнях живут плохо. Когда взяли Дебальцево, люди побежали к блокпостам и хватали банки сгущёнки. Чуть не доходило до драк. Да, было такое, что еды не хватало. Идёшь на выход – берёшь на сутки две банки тушёнки, кто-то не берёт ничего. А на самом деле, ты идёшь на четыре дня. Если какого-нибудь зайца подстрелишь, приготовишь его тихонечко, чтобы дыму не было, то классно. А если нет – вершки да корешки. Естественно, между собой всё делили.

Я был самый младший. Чтобы выжить, нужно быть с головой. Не лезть на рожон, не геройствовать. У меня не было цели прославиться. Но награду новоросскую я получил.

Отношение к украинцам у меня, как к любому другому человеку. Каждого нужно уважать. У каждого есть семья и родня, у кого-то дети. Когда начинался бой, мы знали, с кем мы воюем. Там очень много людей, у которых во время мобилизации был выбор – или в тюрьму, или на войну. Многие, испугавшись, выбирали войну. В таких парней мы старались попадать как можно меньше. Выстрелил мимо – чтобы они залегли и тоже в нас не стреляли. Женщин с автоматом в руках три-четыре на всю Новороссию. В основном они медсёстры. У меня там девушка была медсестрой.

Когда я приехал домой, война снилась два раза. Банька пару дней, свежий воздух, лыжи – и нормально.

Родители о моей поездке узнали по возвращению. Друзья сказали: «Дурак».

Не нужна никому война. Вот что я понял, когда летел в самолёте обратно. Туда я больше не вернусь. Недавно я открыл компанию и задался целью вывести её на региональный уровень в ближайший год. Но если будет война с Россией, то я пойду воевать в первых рядах.

Комментарии

Лента новостей

Статьи по теме

Image
16.09.2019

К зиме готовы

Энергетики рассказали о готовности Новосибирска к отопительному се...

Image
11.08.2019

Я – не бог, просто приглядываю

О том, как Наставники и Подопечные ...

Image
25.07.2019

События выходных: «Пикник Фест» и обнажёнка в «метро»

Фестиваль гриля с бесплатным мясом и рок-музыка для горячих сердец: самое интересное с пятницы по воскресенье в Ново...

Image
31.05.2019

Право на делегирование

Выбирать или назначать депутатов райсоветов Ново...

Image
27.05.2019

День, полный надежды

Всего один день в стенах кризисного центра для женщин...

Image
29.04.2019

Всё идёт война народная

Родители погибших героев, чьи имена носят улицы...

Популярное

Image

Близкие Анастасии Заворотнюк рассказали, когда актрисе поставили ...

Image

Три недели мести улицы будут обидчики подростков в Барабинске

Image

Масштабные вырубки леса показали в сети

Image

Названы регионы Сибири, где попробуют работать четыре дня в недел...

Image

Врачи перестали бороться за жизнь Анастасии Заворотнюк

Image

От Новосибирска-Главного до автовокзала запустили шаттл

Image

Пропавшая в тайге пенсионерка найдена мёртвой под Новосибирском

Image

Две новосибирские компании вошли в рейтинг Forbes

Image

Пожилого новосибирца убили и закопали на кладбище

Image

«Чрезвычайно опасная непогода»: МЧС советует новосибирцам не выхо...

Image

Надвижка левой плети моста через реку Иню закончилась в Новосибир...

Image

У находящейся в коме Анастасии Заворотнюк развилась пневмония

Image

Видео: сибиряков возмутил танцующий рэпер в новосибирском метро