Каюта, палуба, гальюн

 О пьяных соснах, камнях в полнолунии и границе с заповедником  4 октября, 12:10

Андрей Жданов
литератор
&

автомобильные запчасти
подходящие темы
Каюта, палуба, гальюн
Фотографии предоставлены организаторами автопробега

Корреспондент Сиб.фм, участвующий в автопробеге, организованном региональным представительством компании Avantech, смог выйти на связь в Онгудае и передать третий репортаж из поездки — как заниматься дайвингом на Телецком озере в снежную погоду и какой оказалась дорога в Эдем.

14 видов рыб обитает в Телецком озере

29 сентября моросит дождь и постепенно превращается в снег. В такую погоду, в это время года, дайвинг на Телецком озере — занятие, для которого нужно быть тепло одетым и готовым, что твоя тёплая одежда промокнет, несмотря на предоставленный костюм.

На площадке для погружений вспоминаем инструктаж — в основном это знаки руками, которыми нужно общаться с инструктором: большой палец вверх — всплываем, «дизлайк» — продолжаем погружение и так далее.

С берега вода смотрится тёмной: кажется, что это нелепая, грозящая как минимум простудой затея. Однако под водой вполне спокойно и даже не холодно.

Вода прозрачна, но смотреть особо не на что — только водоросли и какие-то рачки. Рыбы нет,
надо попробовать дайвинг в четверг.

Вечером баня и спать: завтра ранний подъём на паром до южного берега.

Итак, последний день сентября. Паром. Быстро меняется лексика. Привычные слова заменяются на «каюта», «палуба», «гальюн». Не «плывём», а «идём».


GPS-координаты «пьяной сосны» в Яйлю: 51.769438, 87.619446

Водитель X-Trail, с которым еду, Сергей, моментально и крепко засыпает, но я этого не замечаю и рассказываю ему то, что знаю о Телецком озере из собственного опыта. Рассказываю, что сейчас мы идём по заливу, из которого рождается Бия, а самое настоящее озеро начнётся от посёлка Яйлю, где на берегу растут сосны, очень напоминающие пальмы островов Баунти, как их показывают в рекламе — они корнями держатся за берег, но наклонены под 45 градусов к воде озера, только опираются ветвями в дно.

По ним можно ходить, а называют их
«пьяными соснами».

Дальше рассказываю, что мы плывём ближе к западному берегу, потому что восточный находится в юрисдикции Алтайского государственного природного заповедника, а граница проходит ровно посередине озера. Где-то вон там — показываю я рукой — кордон Кокши: там есть места на берегу, где лежат круглые белые камни, и ночью, в полнолуние, на них приятно смотреть. Это очень романтично.

Ещё дальше мы проходим посёлок Белё, где можно обнаружить маленькую каменную бабу и яблоневые сады. Основу садам положил некий Смирнов, он и похоронен здесь же, на территории заповедника, в районе кордона Чири. Смирнов переписывался с Мичуриным и вывел какой-то особый сорт яблок, которым климат Телецкого озера позволяет становиться крупными, сладкими и очень сочными. Я пробовал — подтверждаю. Сергей всё ещё спит.

Вот и южный берег, пришвартовываемся и съезжаем. Весь путь по Телецкому озеру составил около семи часов. Теперь нам предстоит добраться до базы, на которой остановимся на ночь, с многообещающим названием «Эдем».

Дорогу в «Эдем» уверенно можно назвать очень плохой. Где-то после Балыкчи её начали улучшать или делать новой, но сейчас стойкое впечатление, что не улучшают, а портят.

Водители не без оснований считают, что лучше по полям.

Когда едешь по Чулышманской долине, не покидает ощущение какой-то древности. Почему-то чувствуешь этих скифов или гуннов (простите мою неразборчивость), скакавших здесь сотни лет назад; этих первопроходцев, прокладывавших дороги, которые, кстати, с тех пор совсем не изменились. На въезде в Балыкчу написано: основано в XVII веке. Как минимум с тех пор. И также стаи лебедей взлетали, вспугнутые искателями приключений.

Наш автопробег уверенно и небезрассудно к вечеру прибывает в «Эдем». Вероятно, так и должно называться место отдохновения путников, и не важно, что электричество нужно строго экономить, так как накопленный от солнечной панели заряд не рассчитан на монтаж фильма, который мы снимаем, а холодные домики нужно самим протопить дровами, которые ещё бы добыть.

В конце концов, рай — это субъективная категория, и, когда нет ничего,
рай нужно создавать собственными руками.

6 место занимает Телецкое среди самых глубоких озёр России

Утром поздравляем друг друга с наступлением октября и наблюдаем, как медленно начинает зима опускаться в долину: ещё вчера по-осеннему тёплые вершины окружающих нас гор теперь окутаны холодными облаками и покрыты бархатом снега.

Перевал Кату-ярык для наших машин — дело плёвое: водители, те, которые преодолевали его впервые, были даже расстроены. Они готовились к серьёзному испытанию, а оказалось, что поездка в районе Выборной вполне сопоставима. Но на самом деле это просто их юмор. Перевал Кату-ярык протяжённостью 3,5 километра действительно заслуживает уважения. Первую, самую крутую ступень, особенно в сырую погоду, не преодолеешь на переднем приводе, придётся просить буксир, а это не дёшево, и для аборигенов неплохой бизнес.

Но нас это не касается. Наши автомобили благодаря компании Avantech достаточно подготовлены ещё и не для таких испытаний. Поднимаемся и понимаем, что традиционных фотографий с видом пройденного перевала не получится: мы въехали в те самые зимние облака, которые видели снизу, и Кату-ярык скрыт туманом. Только нитка Чулышмана проглядывается внизу.

Снова по машинам и едем через Улаган в Акташ. По зимнему лесу нет-нет да и пропрыгают лисы и чёрные белки. Какие-то хищные птицы кружат неподалёку от нашего квадрокоптера, когда мы снимаем красоту улаганских горных озёр. Проезжаем пазырыкские курганы. Водитель Сергей резонно отмечает сомнительность достопримечательности: поди сами и накопали эти груды каменюк. Справедливо соглашаюсь: да, когда-то сами и накопали.

Ну, и конечно, доезжая до районного центра, понимаешь, как отделена та же Балыкча от цивилизации. Особенно зимой. Да и в Улагане, говорят, нравы ещё те. По некоторым данным, преступность здесь — самая высокая в республике. По дороге до Акташа наблюдаем, как в Горный Алтай пришла зима. День заканчивается на очередной базе. Теперь это «Кочевник». Вспомнился эпиграф Андре Жида к сонету Николая Гумилёва:

«Я стал кочевником, чтобы
сладострастно прикасаться ко всему...»


18 турбаз и кемпингов расположено на берегу Телецкого озера

Утром опять лето: ярко светит солнце, относительно тепло, а снег лежит только на вершинах. Не затягивая, выезжаем в направлении Кош-Агача: световой день не так долог, нужно успеть снять как можно больше интересного. Проезжая Курайскую степь, опять представляешь себе несущихся тысячу лет назад кочевников. Их реальные потомки тоже изредка попадаются нам по пути, но одиночно. И не столь уверенные на скаку.

Дальше — известный рынок в Кош-Агаче, уже не такой интересный, каким был двенадцать лет назад, во время первого посещения мной этих мест. Однако и сейчас здесь можно найти что-нибудь экзотическое. Шерстяные монгольские вещи стоят вполне привлекательно. На любителя есть что-то из войлока, кожи. Прессованный чай. Но, конечно, преобладает неказистый китайский ширпотреб.

Да и сам Кош-Агач изменился, стал каким-то активным и суетливым. Когда я здесь был впервые, это был небольшой городок, крыши на домах отсутствовали: в Кош-Агаче рекордно не выпадают осадки. Теперь город разросся, настоящий многонациональный районный центр: здесь живут алтайцы, китайцы, монголы, казахи и русские.

На обратном пути сворачиваем налево и заезжаем в старый посёлок Бельтир. Новый построили в другом месте, а здесь, после 2004 года, когда случилось землетрясение, разрушившее его почти полностью, живут только несколько одержимых нежеланием переезжать людей. Интересно, что в землетрясении обвинили археологов, раскопавших на плато Укок так называемую алтайскую принцессу. Раскопки, правда, велись в 1993 году.

Едем обратно и пытаемся разглядеть мелькнувшего среди камней суслика или тарбагана. Ничего не получается. Решаем, что если мы не видим его, это не значит, что его там нет.

От сусликов, а особенно тарбаганов, которые входят в рацион аборигенов в качестве начинки для мантов, наши размышления переносятся на то, чем же питаются постоянно встречающиеся нам стада, табуны и отары? Ведь вокруг только камни и пыль. Есть какая-то неаппетитная травка, но она жалкая и сухая. Тем не менее вся скотина ходит, опустив голову, и что-то щиплет. Выглядит вполне упитанно. Короче, загадка.

Снова съезжаем с трассы налево. Мой GPS показывает Чаган-Узун. А дальше начинают попадаться самодельные деревянные указатели с лаконичным, похожим на аббревиатуру, загадочным словом «МАРС». Подъезжаем: действительно напоминает поверхность Марса. По крайней мере кажется, что фильм «Марсианин» снимался не там, где должен был сниматься. Было бы красивее, эстетичнее и аутентичнее.

Эти цветные горы ещё называют по речке, которая там протекает — горы Кызыл-Чина.

Поиграли на Марсе в футбол. Удивительно, конечно: вчера ехали сквозь зиму, а сегодня — лето и футбол. В общем, каждый день несёт что-то непредсказуемое. Мы привыкли, и это нормально.

ВКонтакте
G+
OK
 
самое популярное
присоединяйтесь!