Перемен дождались наши сердца

 О низких зарплатах, езде без страховки и хороших дорогах в Крыму  4 декабря, 14:02
подходящие темы
Перемен дождались наши сердца
Фотографии Алёны Мартыновой

Три с половиной года назад Крым вошёл в состав России. Пока строится Керченский мост, на международной арене делаются заявления о новых санкциях против России, люди в Крыму живут дальше: растят детей и виноград, встречают туристов и учатся жить в России. Три года — срок, за который слетают «розовые очки» и можно сделать какие-то выводы. Нам стало интересно, как прижилась Россия в Крыму. Журналист Сиб.фм решил, что проще всего это сделать при помощи автостопа. Ведь автостоп — это прежде всего диалог между водителем и путешественником.

Переехал, потому что Крым наш

Выхожу на дорогу. Она ведёт в сторону Севастополя. Мне нужно пройти от Бахчисарайского кольца метров триста к широкой обочине, где водителю будет удобно остановиться, чтобы подобрать автостопщика, не мешая при этом другим автомобилям.

Только здесь, в Крыму, я решаюсь на одиночный автостоп. Здесь мне безопасно и спокойно.

На материке, как называют жители Крыма «остальную» Россию, в одиночку стопить не решаюсь.

96,77 % жителей Крыма проголосовало за присоединение Крыма к России на референдуме 16 марта 2014 года

Я никуда не спешу. Устраиваю на рюкзаке фотоаппарат, ставлю его на автоспуск, чтобы сделать «автостопную» фотографию для будущей статьи. Поднимаю руку — больше для фото, чем для машин — останавливается первый же автомобиль. Быстро хватаю рюкзак и фотоаппарат.

37-летний водитель Миша с бородой и в солнцезащитных очках похож на актёра Евгения Цыганова, сыгравшего роль Гурина в фильме «Территория». Он едет в Севастополь, а мне немного дальше — в Балаклаву, в 17 километрах от него.

— Я недавно сюда переехал, сам из Архангельска, — говорит мой Гурин.

— А я из Новосибирска.

— О! А я там был. Хороший город, красивый. Мы его проезжали во время экспедиции на внедорожниках из Архангельска в Магадан.

— Почему решил переехать в Крым?

— Потому что Крым теперь наш.
Здесь всегда тепло, море и горы!

Нет такой суровой зимы, как в Архангельске.

— Чем здесь занимаешься?

— Пока таксую. Думаю открыть своё дело.

— Ох, Крым сейчас — зона рискованного бизнеса. Ты готов к тому, что по этой причине тебе могут не дать шенген и не попадёшь из-за этих санкций в Европу?

— Да нечего в этой Европе делать! В нашей стране такие красоты, что никуда и ездить не надо.
Как люди этого не понимают?

Я во время автоэкспедиции оценил, как прекрасен Байкал! А какие завораживающие горы на БАМе! Дорога с обрывом в тысячу метров и кругом снежные сопки, ты можешь себе такое представить?

Полчаса пролетели незаметно. На кольце Миша свернул в сторону от Севастополя — в Балаклаву. Довёз до самой бухты — живописной и уютной.

Срывает «пробку»


Самая высокая точка полуострова — гора Роман-Кош высотой 1 545 метров

Обратно в Бахчисарай я добиралась из Балаклавы в тот же день — с тремя водителями и на двух автобусах. Сначала нужно было доехать до трассы и уже там голосовать. Машина поймалась не сразу, но было ещё светло.

Каждый раз, задавая водителям вопросы о том, как теперь живётся в Крыму, когда он стал «наш», я видела, как срывает невидимую «пробку»: люди радовались возможности выговориться. Им есть чем поделиться. Геннадию из Севастополя, подобравшему меня возле Балаклавы, на вид около 50 лет. Сказал, что работает в правоохранительных органах и получает зарплату 18 тысяч рублей.

— Средние зарплаты по Крыму выше, чем в Севастополе — как так?
А мне троих детей растить.

Слава богу, старшая поступила в Москве на бюджетный, а то не знаю, что пришлось бы делать, — сетовал он.

Кроме маленькой зарплаты неприятным сюрпризом для него стал транспортный налог на моторную лодку в 80 тысяч рублей, которую он приобрёл ещё при Украине. Решил продать.

Не доезжая до Инкермана, Геннадий высадил меня на остановке и свернул.

Как в Крыму «душат» малый бизнес

Минут 20 я простояла на дороге, слушая «Кукрыниксов» и любуясь скалами Инкермана, пока не затормозила грузовая «ГАЗель». Водителя зовут Максим. У него слегка взъерошенные волосы, потрёпанная футболка. На вид — около 35 лет.

— У меня ИП — собираю корпусную мебель. В последнее время, правда, стало трудновато, — рассказывает Максим, выруливая к Инкерману. — Налоги стали выше при России, а в Севастополе цены за аренду помещений взлетели до небес: некоторым предпринимателям пришлось и вовсе закрыться. При Украине до нас просто особо никому не было дела — и дышалось полегче.

Доходов меньше, расходов больше — пришлось уволить нескольких работников.
Сам за них работаю.

А когда Керченский мост построят, сюда придут крупные мебельные фабрики. Они могут себе позволить низкие цены выставлять, а я нет. Такую конкуренцию не выдержу. Наверное, придётся закрыть ИП.

— И чем тогда будешь зарабатывать на жизнь?

— Я уже начал потихоньку строить гостиницу — поток туристов в Крым постоянный. Ну, в сезон, конечно.

Проехав через Инкерман, Максим высадил меня на кольце, откуда идёт дорога к Бахчисараю.

Куда вы меня везёте?

86 километров — длина самого длинного троллейбусного маршрута на планете, проходит между Ялтой и Симферополем

Солнце уже заходило за горизонт. Рядом со мной остановилась иномарка. За рулём — смуглый мужчина восточной наружности лет сорока по имени Марат. Пока едем, Марат рассказывает о своей службе на морфлоте. Он в Инкермане проверяет рыбацкие суда, при этом рыбу не любит, но для родственников иногда угощение прихватывает. Едет до села Танкового, не доезжая до Бахчисарая 18 километров.

Проезжаем мимо виноградников и яблонь. Внезапно Марат сворачивает с привычной мне дороги на незнакомую, на которой нам перестали встречаться машины. Спешит меня успокоить, что если он высадит меня на трассе, я рискую не поймать машину, а скоро стемнеет, — отвезёт меня туда, где смогу уехать на рейсовом автобусе. Я сохраняю спокойный вид, поддерживаю разговор, а сама пытаюсь понять, где мы и что делать дальше. Проезжаем через сёла Пироговку, Фронтовое, Холмовку.

Мысленно отмечаю, что просёлочные дороги со свежим ровным асфальтом, как на трассе.
Для российской провинции это роскошь.

Марат показывает мне местные красоты — скальные столбы, аккуратно предлагает остаться погостить у него, чтобы он провёл для меня экскурсию. Вежливо отказываюсь и хочу поскорее домой, в скалолазный кемпинг Бахчисарая. К моему облегчению, водитель уговаривать не стал. В селе Красный Мак остановился напротив остановки, пожелал удачи, и мы попрощались. Через пять минут подъехал бахчисарайский автобус.

Водители в Крыму ездят без страховки


Группа «Кино» была основана в Крыму в посёлке Морское в 1981 году

Следующей моей вылазкой из Бахчисарая был Симеиз. Мы с моим томским другом Сашей решили туда отправиться на несколько дней, чтобы полазить по скалам и искупаться в море. Сам Бахчисарай находится в 50 километрах от Чёрного моря, ближе к Симферополю.

Ехать автостопом Саша не захотел. На автостанции разошлись: он пошёл покупать билет на автобус до Севастополя с пересадкой на симеизский рейс, а я вышла на севастопольскую трассу. Остановился грузовой «Пежо». 44-летний Сергей из Севастополя — бывший военный, служил в морской пехоте. В 1994 году в боях под Урус-Мартаном получил осколочное ранение.

— Кем работаете сейчас, Сергей?

— Да вот, развожу детали разные.

Сергей критически высказывается о положении дел в современном Крыму — не может смириться с низкими зарплатами в 15-18 тысяч рублей, маленькими пенсиями и проблемой с оформлением автостраховки.

— Без страховки вот езжу.

У нас нет страховых компаний. На материк за 400 километров что ли ездить?
Да я лучше штраф заплачу — дешевле будет.

У нас многие без страховки ездят.

— Гаишники лютуют?

— Поначалу да, лютовали. А теперь страховку не спрашивают — знают, что негде оформить. Нам какие-то фирмы предлагали страховку за 9 тысяч рублей, но она должна стоить не больше 2,5. И не только со страховкой у нас беда. Сотовой связи в Крыму своей нет — краснодарская МТС сняла для Крыма роуминг. С местными банками тоже проблемы.

Я как-то на материке попытался снять деньги с карты одного из популярного в Крыму банка — так банкомат не опознал эту карту!

Не идентифицируется этот банк на материке!

Спустя минуту молчания Сергей продолжил:

— Вот скажите, разве можно прожить на 15 тысяч рублей в месяц? А Путину докладывают, что средняя зарплата 35 тысяч. Да у нас даже военные столько не зарабатывают. А пенсии?

Моя мама трудилась 57 лет и получает пенсию 10,5 тысячи рублей. Она могла бы не трудиться совсем и получать минимум 8,5.

Цены в магазинах у нас приравнены к московским. Всё дорого.

Обгоняем трактор с кузовом, наполненным до краёв виноградом. Так много винограда мне видеть ещё не приходилось. Проезжая мимо стройных рядов яблонь, Сергей кивнул в их сторону.

— Видите, у нас яблоки и виноград растут. Так вот, наши же яблоки для нас дороже, чем привезённые из Африки бананы.

Выдохнув и немного смягчившись, Сергей признал, что в Крыму появились дороги и улучшилось медицинское обслуживание.

Перед развилкой между севастопольским и ялтинским направлениями он меня высадил. На телефоне смс от Саши: «Напиши номер машины, в которую сядешь, на всякий случай».

У нас появилась бесплатная медицина!


В Крыму произрастают 240 видов растений, которые нигде в мире больше не встречаются

Проезжающие машины слепят солнечными зайчиками. Водители упорно отказываются подвезти улыбчивую девушку в индийских штанах, яркой майке и с большим рюкзаком. Решаю сделать перерыв и разведать виноградник, длинные ряды которого берут начало в пяти метрах от дороги и ничем не огорожены. Урожай уже собрали, но одна небольшая кисть перезревшего винограда меня всё же дождалась. Возвращаюсь на дорогу, довольная добычей.

Наконец-то на мою обочину сворачивает серебристый «Шевроле Ланос». За рулём — миловидная девушка, моя ровесница. Решаю, что Саше можно не писать смс — вряд ли от девушки с именем Настя можно ожидать чего-то плохого.

— Настя, а вы рады, что Крым стал Россией?

— Конечно! Мы на референдум шли, как на праздник: нарядные и счастливые.

Я родилась в Севастополе и всегда чувствовала себя русской. Это очень здорово, что мы теперь Россия.

На зеркале заднего вида закреплена георгиевская ленточка и триколор, негласно говорящие о том, что праздник продолжается.

— А Украина — это целая история. Всё везде покупалось. Сейчас медицинское обслуживание лучше. В больницах стали делать ремонт. Чтобы лечь в стационар, больше не надо запасаться своим постельным бельём — там всё дают. Лекарства, уколы — всё бесплатное. А при Украине, к примеру, когда моя подруга рожала, космическую сумму выложила.

— Вы знаете, Настя, я разным водителям задавала вопрос про жизнь в российском Крыму. И в основном жители Севастополя видят больше минусов, чем плюсов.

— Могу даже сказать почему. В Украине Севастополь был на особом положении — подчинялся напрямую Киеву.

Скорее всего, жители Севастополя ожидали, что в России условия жизни будут такими же, но их приравняли ко всем жителям Крыма.

Извилистая нитка дороги вывела нас к побережью. Внизу отливает синевой море, которое с одной стороны обступил кудрявый ковёр леса.

— Дороги у нас теперь хорошие сделали, — продолжает Настя. — Я как раз год назад купила эту машину — не страшно за неё, что убьётся на плохих дорогах.

— Говорят, в Крыму маленькие зарплаты. Кем же вы работаете, что смогли купить машину?

— Я работаю проектировщиком электросетей. Зарплата у меня не очень большая, но на жизнь вполне хватает.

Мы попрощались с Настей возле поворота на Форос.

Газ с бензином стал дешевле

До Симеиза от Фороса мне оставалось проехать 20 километров. Туда меня довёз пожилой таксист по имени Валерий. Он рассказал, что они с женой раньше имели свой маленький бизнес — торговали бижутерией.

— Пришла Россия — аренда выросла в разы. А туристы даже не смотрят на товар. Бизнес стал убыточным. По телевизору рассказывают, как тут хорошо — прямо Лас-Вегас. На деле же всё сложно. Для сравнения, приезжие специалисты получают и 50, и 60 тысяч рублей в месяц. А мы, как африканские аборигены, сидим с маленькой зарплатой.

И отношение к нам такое предвзятое, особенно у москвичей. Нам осталось только набедренные повязки надеть и танцевать.

Мы уже почти доехали до Симеиза, как Валерий воскликнул:

— О, вспомнил! Газ и бензин дешевле стали при России. Я вот газом машину заправляю — и 200 километров мне обходятся в 200 рублей.

В условленное место, на остановку возле въезда в Симеиз, я приехала минут на 40 раньше, чем Саша на автобусе. Пока ждала друга, записывала в блокнот автостопные заметки.

— Надо же, ты доехала раньше меня, так ещё и бесплатно, — почесал затылок Саша, радуясь, что доехала я без происшествий.

Крыму нужен суверенитет


Численность населения Крыма составляет 2 340 921 постоянных жителей

Через четыре дня я снова стояла на трассе с вытянутой рукой и прислонённым к каменной кладке рюкзаком. Пора возвращаться в Бахчисарай. Возле Симеиза машины ловились неохотно, хотя выбрала более чем удачную обочину. Говорят, что водитель быстрее остановится, если автостопщик поймает его взгляд. Я же была всецело погружена в роман Злотникова «Крыло ангела», а вытянутая рука должна была самостоятельно поймать авто. Но что-то неразборчивая она оказалась на этот раз.

Когда остановился эвакуатор, я озадаченно изучала его платформу, залитую мазутом и не имеющую бортиков. В высокую кабину поднять объёмный 20-килограммовый рюкзак для меня не представлялось возможным.

— Так, давай сюда свой рюкзак, — по-хозяйски распорядился водитель и водрузил моего «спиногрыза» в кабину, следом запрыгнула я.

— Меня Юрчик зовут, — представился хозяин эвакуатора с хитрым прищуром и смуглой кожей, на вид лет сорока. — Я живу в Пьяной Балке. Так мы Массандру называем — посёлок недалеко от Ялты. Вино у нас потому что вкусное делают!

Юрчик ехал на вызов — возле Инкермана столкнулись две машины. На мой вопрос про «Крым наш» Юрчик ответил, что из двух вариантов ему по душе третий.

— А чтоб и не Россия, и не Украина!
— То есть суверенитет?
— Именно!

— Но ведь вы ведь понимаете, что Крым — лакомый кусок для других стран. Как, по-вашему, Крым сможет противостоять США, не имея элементарно собственной армии? Про экономику и централизованную власть вообще молчу. Недолго, выходит, ваш суверенитет продержится.

— А у нас горы есть, которые мы хорошо знаем! Пещеры, тайные ходы. В наших родных крымских горах никто нас победить не сможет! — глядя на этого воодушевлённого и жизнерадостного человека, я на несколько секунд поверила в его слова.

Из-за столкнувшихся автомобилей на трассе образовался небольшой затор. Водитель Юрчик открыл с моей стороны дверцу и распахнул руки, чтобы спустить меня на землю, обхватив за талию. Вместо талии я ему вручила рюкзак, спрыгнула на землю сама.

При Украине здесь был сумасшедший дом

2458 часов — средняя годовая продолжительность солнечного сияния в Крыму

Следующую машину я ловила, стоя рядом с остановкой на въезде в Инкерман. Водитель рейсового автобуса настойчиво звал ехать в Бахчисарай, но я осталась непреклонна и продолжила ждать его — 60-летнего военного пенсионера, подполковника Росавиации по имени Сергей. Он ехал на «ГАЗели» в посёлок Гвардейское, который находится недалеко от Симферополя.

— Лучше стало при России? — завожу привычную пластинку. — Многие жалуются.

— А вы спрашивали у них, хотят ли они обратно в Украину? Вот вы когда-нибудь были в сумасшедшем доме? Когда постоянно находишься в непредсказуемом и непонятном состоянии. Царил хаос, бардак, ни о какой стабильности и речи не шло. Раньше у меня пенсия была 3 тысячи гривен, то есть 6,6 тысячи рублей. Сейчас я получаю 25 тысяч рублей. Ну и ещё работаю на одну фирму водителем, где тоже 25 получаю. Так что на жизнь хватает.

В нашем селе вот дороги появились, уличное освещение, которого никогда не было, новый детский сад построили! На что жалуются люди?

— На низкие зарплаты, например.

— Знаете, что я скажу, в Симферополе вакансии появились — пусть недовольные идут и работают.

Въехали в Бахчисарай, Сергей остановился перед пешеходным переходом, пропуская пешеходов.

— Вот видите, и на дороге порядок: разметка, знаки появились. Люди спокойно переходят дорогу, зная, что их пропустят.

Чтобы мне не пришлось через весь город добираться с рюкзаком до дома, Сергей свернул в Староселье — живописный район города, окаймлённый отвесными скалами. Здесь живут в основном крымские татары. Это место очень любят скалолазы и туристы, которые неравнодушны к Ханскому дворцу, Свято-Успенскому монастырю в скале и пещерному городу Чуфут-Кале.

Проезжаем по укромным улочкам Староселья по ровной асфальтированной дороге. Сергей обратил внимание на то, что наконец-то здесь появилась дорога. С интересом слушал про то, как мы с друзьями лазаем по скалам.

Тепло попрощались. Я помахала уезжающей «ГАЗели» и зашагала в кемпинг, где меня ждали друзья, костёр, вино, гитара и коты. Послезавтра самолёт в Новосибирск, «на материк». Туда, где я не решусь стопить в одиночку.

ВКонтакте
G+
OK
 
самое популярное
присоединяйтесь!