Маленькая женщина с большим сердцем

 Жизнь, спектакли и роли старейшей артистки России Зои Булгаковой  8 февраля, 11:03

Юлия Щеткова
журналист
были упомянуты
подходящие темы
Маленькая женщина с большим сердцем
Фотографии предоставлены театром Глобус и Союзом театральных деятелей России

Новосибирск простился с Зоей Булгаковой. Легендарная сибирская актриса-травести, по признанию современников, «маленькая, но великая», ушла из жизни 3 февраля 2017 года. Старейшей артистке России, три десятилетия выходившей на сцену Новосибирского театра юного зрителя (сейчас — «Глобус»), было 102 года. В своём последнем интервью Сиб.фм актриса признавалась: «Считаю себя счастливым человеком. На 90 процентов». Юлия Щеткова рассказывает о её творческом пути и о том, какой актрису запомнили её коллеги по театральному цеху.

С именем Зои Булгаковой связана целая эпоха в истории первого стационарного театра — Новосибирского театра юного зрителя. Обладая редчайшей возможностью играть детей в возрасте семи-девяти лет, актриса выходила на сцену с 1930-го по 1960 год. В эпоху становления первого детского театра Сибири, ознаменованную частой сменой режиссёров и идеологическим установками сталинского режима, оставалась «единственной постоянной и счастливой величиной» новорождённого артистического коллектива.

«Зоя Фёдоровна Булгакова — это редкостный светлый образ — и человеческий, и артистический, — отмечает руководитель Новосибирского театрального музея, театровед, доцент кафедры истории театра, литературы и музыки НГТИ Галина Журавлёва. — У неё была удивительная способность оставаться живой и непосредственной, сохранять свет и чистоту. Чистота — одно из самых важных слов в её жизни. Эта маленькая женщина аккумулировала в себе весь XX век. Для города и для театра „Глобус“ значение этого образа исключительное.

Тогда только рождалась новаторская модель детского театра. И Зоя Фёдоровна была одной из тех, кто смог это явление понять и принять.

Воспринимала работу в детском театре как миссию. Миссия — второе важное слово в жизни Булгаковой.

С именем Зои Фёдоровны связано утверждение классического сказочного детского репертуара и создание советской драматургии для детей. Она была знаменем и лидером идеи детского театра, которому служила и который утверждала на всесоюзной арене. Несла на себе предвоенное десятилетие, 1950-е, 1960-е годы.

Человек не местного, а всероссийского значения. Её имя вошло в многотомную театральную энциклопедию, во все учебники истории советского театра.

Она первой из драматических актёров Новосибирска получила звание заслуженной артистки РСФСР. Тогда это было непросто и о многом говорит».

Зоя Фёдоровна родилась в 1914 году в Новониколаевске в семье частного извозчика и домохозяйки. Младшая из пяти детей.

«Отец с матерью были людьми неграмотными, умели только расписаться, но зато обладали врождённой культурой, — делилась воспоминаниями актриса.

Я в нашем доме никогда не слышала не только бранных слов, но даже просто грубых, не видела скандалов.

Были они людьми верующими, православными, поэтому с церковью у меня связано немало воспоминаний, тем более что она находилась в двух шагах от нашего дома».

В первых воспоминаниях — действительно храм, богослужение, уютный светлый дом на улице Ломоносова, мамин «сундучок с красивыми кофточками», папин «фрак с бабочкой», праздник Святой Пасхи, кораблики, которые детвора запускала во рву вокруг кладбища, засыпанном позже при благоустройстве Центрального парка. Следом — тектонические сдвиги истории — раскулачивание, затопление приобских деревень, официальный запрет религии и тайные хождения в церковь, война, потеря мужа и ребёнка, вынужденная «ссылка» всем театром в Кузбасс, где Булгакова сидела почти без работы: шахтёры не нуждались в детском репертуаре, и труппа в ускоренном темпе наращивала взрослую афишу.

Первый спектакль, в котором будущая звезда новосибирского ТЮЗа приняла участие, случился в её пять-шесть лет.

Организовала представление Зоя Фёдоровна сама: между домом и амбаром повесила занавес, настелила тряпочки, нарвала охапки травы — «играла какого-то мотылька, читала стихи».

10 июля 1930 года спектаклем «Тимошкин рудник» в постановке В. Стратилатова открылся Новосибирский ТЮЗ. Основу труппы составили актёры и режиссёры ленинградского ТЮЗа

Выступала и за актрису, и за режиссёра — в отместку старшему брату, устроившему с друзьями домашний театр в амбаре, но «смешливую до невозможности» сестру на представление не пустившему.

В школу пошла позднее положенного. Директор попросил маму подождать год — «уж больно мала».

«Через свой „крошечный росточек“, — резюмировала позднее, — и стала актрисой-травести, всю жизнь играла маленьких детей».

Из-за своих неполных 150 сантиметров и детского голоса с возрастом не смогла перейти на роли мам и бабушек, о чём, кажется, ничуть не сожалела. По поводу голоса с улыбкой рассказывала, как в 90 лет снимала трубку и слышала на другом конце провода:

«Мальчик, позови Зою Фёдоровну».
Отвечала: «Я не мальчик, я — бабушка».
Звонившие не верили.


Янина Жеймо — советская актриса польского происхождения, получила известность, сыграв роль Золушки в одноимённом фильме

Были у актрисы и любимые присказки о росте: «Все в семье были высокие, я одна такая маленькая. В кого — неизвестно». Или: «Я самая маленькая актриса, меньше меня только Янина Жеймо». Жеймо и в самом деле была на йоту ниже (менее 148 см), но в энциклопедических справочниках с сибирячкой Булгаковой упоминалась вровень — в числе наиболее известных актрис-травести советского и российского театра и кино.

В школе Зоя Булгакова посещала драмкружок, хотя на подмостки вышла единственный раз — играла Мышку в спектакле «Терем-теремок», и хор, развивший «слух и очень тонкий голосок». После восьмого класса, по собственному признанию, по «счастливой случайности» попала в цирк: подруга вышла замуж за циркового артиста и пригласила с собой в турне по районам области.

Зоя Фёдоровна обучалась акробатике, верховой езде, вольтижировке, упражнениям на трапециях, а на представлениях выступала с жалостливыми песнями: «Как на кладбище Митрофановском отец дочку зарезал свою...»

Вернувшись домой, Булгакова узнала, что в городе появился детский театр со своей театральной студией.

Пришла с опозданием на прослушивание — «спела, сыграла этюд — изобразила воришку-беспризорника и... была принята!»

Стала студийкой, а потом и актрисой ТЮЗа. На профессиональную сцену вышла через год — успешно дебютировала в роли восьмилетнего мальчишки.

«Я окунулась в этот светлый добрый мир, мир сказки и детства, — отмечала актриса много лет спустя. — Кем я только не была за 30 лет работы в своём амплуа травести!

И Гердой в „Снежной королеве“, и Снегурочкой, и Коньком-Горбунком, и Котом в сапогах, и Алёнушкой, и Королевой из „Двенадцати месяцев“, и, конечно же, Красной Шапочкой.

Моя актёрская судьба сложилась счастливо, я любила своих героев и своих зрителей и думаю, что и зрители любили меня».

Своё амплуа актрисы-травести, ограничивающее исполнителя ролями мальчиков, девочек и подростков, Булгакова без сомнений принимала восторженно и благодарно. Как божий дар, смысл и самоё счастье актёрской профессии, в отличие от многих своих коллег, мечтавших скорее перейти на взрослые «серьёзные» роли или вовсе миновать чашу сию. Хрестоматийный пример из жизни «Глобуса» — Софья Голлидэй, ученица Вахтангова, муза Цветаевой и героиня «Повести о Сонечке».


Софья Голлидэй — актриса, ученица Евгения Вахтангова, в 1932 — 33 гг. работала в Новосибирском ТЮЗе. Ей посвящена «Повесть о Сонечке» Марины Цветаевой

Попав волею судеб в Новосибирск, эта миниатюрная — «очень маленького роста и детского вида» — актриса вынуждена была играть в спектаклях ТЮЗа мальчишек. Себя в этих ролях Голлидэй не видела, тяготилась ими, конфузилась, страдала — и быстро угасала, эмоционально и физически.

Зое Булгаковой было дано и долголетие, и понимание, и принятие своего пути. «Даже если бы я хотела играть взрослых, я бы не смогла — не выглядела так никогда», — говорила актриса. И в этом высказывании не было никакого скрытого подтекста — актриса была искренна по отношению к себе, своим героям и зрителям. «Может быть, одна из тайн успеха Булгаковой заключалась и в том, что она никогда не рассматривала своих юных героев с высоты своего возраста. Она относилась к растущему человеку как к равному.

Нет, точнее — с удивлением, как к тайне. Она была художником, который знал тайну магнетизма детской аудитории.

Очень любила играть. Любила своего зрителя искренне и щедро. Зал это чувствовал», — резюмировали театроведы. И зрители в кои-то веки соглашались с профессионалами.

«Мне есть что вспомнить, — рассказывает заслуженный артист России, ныне актёр театра «Красный факел», а в прошлом новосибирского ТЮЗа Григорий Шустер. — И ничего не надо придумывать, потому что Зоя Фёдоровна была чудесным человеком.

Сладкоголосая птичка моего детства.
Маленькая женщина с большим сердцем.

Конечно, легенда: неповторимая Красная шапочка, Герда, Зайка-зазнайка.


До 1935 года Новосибирский ТЮЗ существовал в клубе «Молодые ленинцы», теперь известное как кинотеатр «Пионер», затем переехал в новое здание — Дом Ленина (ныне камерный зал Новосибирской филармонии)

Я ходил на её спектакли, когда был маленьким мальчиком. До сих пор помню, как она играла. Помню, как в третьем классе нас водили в клуб Жиркомбината. Сначала на сцену вышел режиссёр Монастырский, он тогда работал в ТЮЗе, а потом она — Зоя Булгакова. Маленькая, в длинном бархатном платье. Звонким-звонким голосом рассказывала сказку про кота, который съел сметану. Чудесная птаха с большими глазами и большим сердцем. Оставалась такой, даже будучи в преклонном возрасте. Выходила на сцену, и ни у кого даже мысли не возникало, что это — взрослая женщина. Всем казалось, что на сцене — девочка, девчонка. Уйдя из театра, возглавляла секцию ветеранов сцены. Ходила на все мероприятия, собрания. Помню, как Валерий Егудин, председатель СТД, ставил всем Зою Фёдоровну в пример: вот Зоя Фёдоровна, в девяносто лет не пропустила ни одного собрания.

А она встала и говорит: «Как не пропустила! Пропустила — целых два!»

Смешливая. Трогательная. Всегда всех поздравляла, приносила маленькие подарочки.

Помню, как на её 100-летний юбилей я позвонил Зое Фёдоровне, хотел сказать: «Поздравляю со столетием», а потом осёкся: как-то это не совсем удобно, напоминать женщине о таком солидном возрасте. В итоге сказал просто: «С днём рождения!» Она радостно сообщила, что «сегодня телефон звонил, не переставая».

В Новосибирске все её знали и любили: мужчины, женщины, дети.

Не имея своих, отдала себя чужим детям. Мы все, даже нынешние восьмидесятилетние, были её детьми«.

Актрису по праву называли любимицей детворы. Поколение за поколением новосибирцы росли на её спектаклях. Писали письма, прятались между креслами зрительного зала, чтобы попасть на второй спектакль, подбрасывали лакомства на сцену, если героине грозил голод, грозились убить сценических противников, провожали домой, преподносили букеты, дарили подарки. Не забывали о «дорогой Красной шапочке», даже попрощавшись с детством. Одна из поклонниц разбила под балконом Зои Фёдоровны цветочную клумбу. Прошли годы, посадившая цветы дама ушла в мир иной, а клумба продолжала каждое лето радовать любимую артистку.

«Зоя Фёдоровна уже ушла из театра, когда я, окончив училище, пришла работать в ТЮЗ. Но я помню её как зритель, — рассказывает заслуженная артистка России, актриса новосибирского ТЮЗа, затем „Красного факела“ Валентина Широнина. — Все, кто хоть раз видел спектакли с её участием, навсегда запомнил эту актрису.

Забыть её было невозможно, настолько живой и неожиданной она была на сцене.

Она запомнилась своей игрой, но это не была игра в общепринятом значении. Она была непосредственной, обаятельной, естественной. Искренне верила в то, что делала, в текст, который произносила. Удивительная женщина и редкая, дивная актриса-травести. Она была такая одна.

Чистая звёздочка в том актёрском поколении, в том театре. Одной и останется.

Таких больше не будет никогда. На 100-летнем юбилее Зои Фёдоровны зал был полон, хотя она лет пятьдесят как перестала играть на сцене. Кто из нас ещё удостоится такого признания — не знаю? Сама искренность, искромётность, правда, органика. И в жизни была таким же светлым, открытым, восприимчивым человеком. Будучи в возрасте, всегда соглашалась, если её приглашали, принять участие в концертах. Выходила на сцену, начинала играть, и я ловила себя на том, что улыбаюсь, как ребёнок, — так это было неординарно. Правда жизни и чуть больше, чем правда. Вызывала в зале бурю восторга. Зрители включались, сопереживали, боролись вместе с ней с волком и Снежной королевой. И эти воспоминания останутся с нами навсегда».

В 1945 году Зое Фёдоровне было присвоено почетное звание «Заслуженная артистка РСФСР». В 1946 году Булгакова представляла Новосибирск на смотре детских театров в Москве. А в 1947 году режиссёр Павел Цетнерович, прежде сотрудничавший с новосибирским ТЮЗом, пригласил актрису в столицу — играть в спектакле «Двенадцать месяцев» в главном театре юного зрителя страны. На сдаче присутствовал автор пьесы — Самуил Маршак. Мэтру так понравилась непосредственность Королевы в исполнении Булгаковой, что он решительно вознамерился дописать, расширить для неё ряд сцен. После премьеры директор МТЮЗа предложил Зое Фёдоровне перебраться к ним на постоянную работу. Однако актриса засомневалась: жильё давали только временное, но главное, смущал нездоровый микроклимат внутри коллектива: противоборствующие группировки, постоянное творческое соперничество, подсиживание, слухи и сплетни.

«Я не умела жить в такой атмосфере и не хотела учиться этой науке. Мне в Новосибирске комфортно и хорошо, он — мой родной город, как же я могу оставить его?


Павел Цетнерович — советский актёр и режиссёр, в 1946 — 1957 гг. — главный режиссёр Московского ТЮЗа

Я приняла решение и никогда не пожалела об этом!» — признавалась Булгакова.

Выполнив обязательства перед московской труппой, Булгакова вернулась. «Зоя Фёдоровна могла уехать в Москву, но решила остаться здесь, в Новосибирске, — дополняет историк новосибирского театра Галина Журавлёва. — Подлинное художественное явление, которое существовало с нами рядом и приносило радость. И при таком абсолютном весе — прекрасный и простой человек в жизни — очень дорогое качество. В общении с ней не возникало мысли о неискренности, нечестности. Формировалось абсолютное доверие, вера в чистоту отношений. Она умела дружить. Была человеком смешливым, с юмором — много и с удовольствием шутила. В ней не было фальши. Илья Лавров в своей книге воспоминаний „Мои бессонные ночи“ писал о Зое Фёдоровне так:

„На сцене она естественна как сама жизнь. Многие даже очень хорошие актёры казались рядом с ней искусственными: они играли, а она жила...“

И это правда».

Вернувшись в Новосибирск, Зоя Булгакова прослужила в родном театре вплоть до 1960 года. Признавалась, что в последние годы работы её никогда не покидала мысль о том, что актрисе-травести нужно вовремя уйти — не хотела обманывать свою публику:

«Не дай бог, чтобы зритель сказал: „Да она старушка, а играет детей“.
Мне было страшно это услышать.

Хотя я и смотрелась гораздо моложе своего возраста и могла ещё какое-то время играть девочек и мальчиков, я твёрдо решила оставить тюзовскую сцену».

«Её называли „легендой“, „жемчужиной“, „выдающейся актрисой“. Натяжки в этих определениях не было. Она соответствовала, — рассказывает Галина Журавлёва. — Покинув театр, она очень тосковала по сцене. На какое-то время вернулась — играла Сказочницу в кукольном спектакле „По щучьему велению“ в театре „Куклы смеются“ у Виктора Кукоша. До последнего сохраняла в себе удивительную палитру чувств, материал и желание творить.

При внешней хрупкости была настоящей героиней. Учила детей, как говорила, дружить, любить свои игры, животных, родину.

Была стойкой и сильной на сцене и в бытовом плане».

Свой вековой юбилей Зоя Булгакова отметила на сцене театра «Глобус». Пока были силы, посещала премьеры, творческие вечера, встречи с ветеранскими организациями. Огорчалась оскудению детского репертуара: «Театров в Новосибирске хватает, а детского театра нет». Ценила пройденный путь:

«Оглядываясь назад, на свою прожитую жизнь, я говорю ей: „Спасибо“.
Я говорю спасибо моему родному городу, ставшему моей судьбой. Счастливой судьбой.

Я никогда не задумывалась, что проживу так долго. Никаких секретов у меня нет. Не чувствовала разницы большой в годах. Но Бог послал мне долголетие, и я говорю ему „спасибо“».

Зоя Фёдоровна ушла, не дожив до своего 103-летия, оставив в истории города тридцать лет работы на сцене и восемьдесят ролей. Почётный гражданин Новосибирска, «Человек года», лауреат областной премии «Честь и достоинство». Первая из первых. Театральная легенда. Самый почтенный подросток. Маленькая женщина с большим сердцем.

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
публикации по теме
самое популярное
присоединяйтесь!