Битва за «Родину» в краю непуганых идиотов

 Кто и почему боится показать Новосибирску «символическую сборную страны»  3.05.2012, 07:01

Сергей Самойленко
искусствовед, культуртрегер
были упомянуты
подходящие темы
Битва за «Родину» в краю непуганых идиотов
Фото автора

О запрете в Новосибирске выставки «Родина», которую хотели открыть 19 мая, в Ночь музеев, уже сообщили всевозможные СМИ — областные, федеральные, электронные, бумажные. Что, в общем, и следовало ожидать. Во всех этих сообщениях наряду с правдой много неточностей, передёргивания и просто фантазий. Не говоря уже о том, какого бреда понагородили в блогах и на форумах. Поэтому для начала постараюсь восстановить фактологию, буду сух и зануден, а эмоциям волю давать совсем не собираюсь.

Итак. Выставка «Родина» была подготовлена кураторами Маратом Гельманом и Ириной Яшковой для Пермского музея современного искусства. Открылась 11 ноября 2011 года, экспонировалась три месяца, посетили её, по словам Гельмана, почти 30 тысяч зрителей. В выставке участвуют более 30 современных российских художников, все — первого ряда.

Дмитрий Бавильский назвал «Родину» «символической сборной России» — что есть абсолютная правда.

Мне (и ещё нескольким жителям Новосибирска) посчастливилось быть на открытии «Родины» в Перми — во время конференции Культурного альянса. Выставка по-настоящему «вставила», сразу же захотелось показать её в Новосибирске, который, при всех потугах на столичность, во многих сферах культуры остаётся медвежьим углом, дремучей провинцией. Доезжает к нам не много что, особенно из современного искусства — далеко, дорого, нет нормального выставочного зала, нет почти никакой поддержки со стороны власти.

«Родина» — уникальная возможность для Новосибирска увидеть работы Бродского, Гутова, Врубеля, Дубосарского и Виноградова, Комара и Меламида, Беляева-Гинтовта, Осмоловского и ещё двух десятков лучших российских художников. Я понимаю, что в нашем благословенном краю про них почти никто и не слышал, ну так и про Караваджо или там Бойса, боюсь, мало кто у нас знает, по телевизору их не показывают, чай не Глазунов, не Никас Сафронов. В общем, зимой была достигнута договорённость, что PERMM (Пермский музей современного искусства) даёт нам эту выставку совершенно безвозмездно. Новосибирск должен был стать первым городом, куда поедет «Родина». Это по поводу того, что коварный Гельман хочет на простодушных сибиряках заработать.


Митрополит Новосибирский и Бердский осудил выставку 105 эротических литографий Пабло Пикассо «Искушение», прошедшую в краеведческом музее Новосибирска

Выставка, на всякий случай уточню, готовилась задолго до всей истории с графикой Пикассо, в тот момент никому в голову в здравом уме не могло прийти, что «Искушение» вызовет подобную реакцию, а власть так сильно испугается, и это напрямую ударит по «Родине».

Далее. «Родина» в Новосибирске выставляется не на государственные деньги — а на средства (немаленькие, кстати, учитывая стоимость перевозки и страховки) частного Фонда поддержки современного искусства. Краеведческий музей только предоставлял площади — полностью все залы второго этажа. Почему нужно было проводить выставку именно там? Просто потому, что в городе мало помещений, где можно показать работы такого масштаба — физический размер некоторых картин четыре метра на девять, а есть холсты тринадцать метров длиной. В музее они помещались. Я не про то, что чем больше, тем всегда художественно убедительней, но в данном случае размер имеет значение.

Теперь о самом остром. После первых новостей утром 26 апреля о том, что губернатор запретил «Родину» (на сессии заксобрания на запрос одного из депутатов Василий Юрченко заявил, что вопрос уже решён), появились сообщения, что, дескать, губернатор ни при чём, это инициатива министерства культуры, выставка вообще не запрещена, а перенесена на неопределённый срок.

Тут же появилась в СМИ выдержка из пресс-релиза местного минкульта, что, мол, директор краеведческого музея Андрей Шаповалов принимал решение о «Родине» самостоятельно, на свой страх и риск, не посоветовавшись с министерством.

Так вот, могу заявить с полной ответственностью, что это абсолютная туфта.

Решение о показе «Родины» принималось Андреем Шаповаловым и директором Сибирского центра современного искусства Анной Терешковой (она же директор фонда, который финансирует показ выставки) совместно с министром культуры Натальей Ярославцевой.


В 2008 году из Третьяковской галереи уволен руководитель отдела новейших течений Андрей Ерофеев — виновник скандала вокруг картины «Целующиеся милиционеры»

Да, организаторы согласились не показывать несколько работ, входящих в экспозицию — в том числе инсталляцию «Голубые города» Антошиной и несколько работ «Синих носов». Что, конечно, было вынужденным шагом — пожертвовать малым, чтобы сохранить главное.

Как оказалось, выставке тактическая жертва не помогла. Решение о запрете принималось скоропалительно, на следующее утро после публикации анонса «Родины», в отсутствие Ярославцевой (в отпуске) и Шаповалова (в командировке в Москве). Терешкова до сего момента не видела никакого официального приказа ни об отмене выставки, ни о переносе. Тем не менее уже смонтированные для экспозиции конструкции разобраны, а выставка ищет новую площадку.

Это всё холодные факты. Теперь немного более-менее вольных рассуждений погорячее.

Современное российское общество (большая часть его) глубоко архаично. Неграмотно, невежественно, закомплексовано, патриархально. Власть, которая есть порождение этого самого общества, столь же невежественна, дремуча и архаична.

Страх непонятного, боязнь новизны, закрытость, подозрительность, мнительность, ригидность, чудовищная несовременность — черты моего возлюбленного Отечества.

Семьдесят лет советской власти плюс двадцать постсоветских лет дают свои результаты. В кои веки могу согласиться с Никитой Михалковым, вещающим о тотальном одичании — с той разницей, что рецептом борьбы с дикостью не считаю насаждение триады «патриотизм-духовность-православие». То есть ничего не имею против каждой составляющей трёхчлена по отдельности, но только не в казённо-государственном понимании. Более того, уверен, что государство, вооружённое этим трезубцем, окончательно уничтожит всё живое, существующее и в искусстве, и в культуре, и во всём обществе. Да, конечно, если мы будем и дальше говорить о своей какой-то самобытности и исключительности, о евразийском пути, об особой государственности — то лучшего способа превращения в страну победившего православного фундаментализма нет.

Но ежели мы считаем себя частью европейской культуры и европейской цивилизации и ещё хотим занимать какое-то место в этом ряду, то начинать надо не с патриотизма и духовности, а с элементарного образования, с культурного в том числе, с поддержки культуры — и культуры современной в первую очередь. К сожалению, с этим у нас полный караул. Ну, про культурную политику (точнее, её отсутствие) в наших палестинах — отдельная долгая и печальная песня. Вернёмся к «Родине». Мне как-то даже не очень удивительно, что выставку запретили не глядя — это для чиновников нормально. Думаю, что среди жителей Новосибирска «Родину» своими глазами «в реале» видели пять-шесть человек. Ну да, наверняка советники губернатора (или кто там подсуетился) понадёргали картинок из интернета, не уверен, что все они имели к «Родине» отношение. Но судить про изобразительное искусство по картинкам из сети — это всё равно что ругать Моцарта, которого «Рабинович по телефону напел». Всё это очень сильно напоминает пресловутое «Я Пастернака не читал, но осуждаю».


Игорь Умербаев — депутат новосибирского заксобрания от «Справедливой России», служил в подразделении «краповых беретов» в Узбекистане, позднее — в ОВД, сейчас — совладелец ряда охранных агентств

Мне почему-то кажется, что депутат Умербаев, озаботившийся тем, что «Родина» может оскорбить чьи-то нравственные и патриотические чувства, на выставке в Перми не был. Более того, мне почему-то кажется, что он вообще не слишком часто посещает выставки, а уж современного искусства — тем более. Хотя, наверное, мог бы — небось за границей бывает, там этих музеев contemporary art как грибов в наших лесах. Разумеется, настоящему патриоту европейцы не указ. Но ещё мне кажется, что депутат просто не очень хорошо представляет даже классическую русскую живопись — иначе знал бы, какое возмущение вызывали в своё время картины передвижников. Возьмём Василия Перова, «Тройку» или «Чаепитие в Мытищах». На одной бедные дети тянут бочку с водой, на другой лоснящийся поп с чашкой чая. Или, чего уж там, Илью Репина вспомним: «Бурлаков на Волге» или «Крестный ход в Курской губернии». Я уверен, что эта живопись до глубины души оскорбляла патриотические чувства и чиновников, и сановников, и какой-то части купечества, и (о боже!) духовенства. Это же самое настоящее очернительство!

Ну и все прочие члены товарищества передвижников, которые любили живописать язвы и болезни России, людей «со дна», тоже, знаете, горазды были...

Да что там живопись, обратимся к литературе! «Путешествие из Петербурга в Москву», уверен, смертельно оскорбило императрицу в лучших её чувствах.

Да и потом, русские писатели то и дело очерняли образ богоспасаемой Руси и оскорбляли кого-нибудь — начиная с Пушкина А. С.

Он, если кто запамятовал, в черновиках оставил такое возбуждение ненависти: «кишкой последнего попа царя последнего удавим».

Ну, у солнца нашей поэзии много ещё чего можно найти. В том числе написанное в минуту отчаяния: «Догадал меня чёрт родиться в России с душой и талантом». Был он, замечу, невыездным — а как хотел в Европу! Даже на Китай был согласен — а не пустили. Добавим, что друга его Петра Чаадаева, который высказывался в том плане, что не может любить родину с закрытыми глазами, объявили сумасшедшим. Тоже мне, не может — заставим!


Ряд критиков обвиняли роман «Анна Каренина» в «преимущественном изображении отрицательных сторон жизни, огульном очернительстве, смаковании грязного и прошлого»

Если разбираться дальше, то увидим, что и русская литература, и русское искусство сплошь относились к современной им действительности критично и очернительски, то и дело оскорбляя и возбуждая — этим среди прочего и ценны. В советский период тоже много чего оскорбляющего советскую власть было создано — но либо стояло на полках, либо лежало в столах, либо издавалось и выставлялось за границей. Надеюсь, нет нужды перечислять. Авторы же частенько — чтобы не видеть действительность в чёрном свете — отправлялись кто в психушку, кто в лагерь, кто в эмиграцию.

Чего уж говорить о временах нынешних. В любом романе Пелевина сатиры-критики российской действительности воз и маленькая тележка, а про Сорокина вообще молчу. В проекте Быкова-Ефремова «Гражданин поэт» (не так давно в Новосибирске, кстати, были) чего только не сказано в рифму о власти и обществе. В современном театре вообще дозволено почти всё — что далеко ходить, вот в «Красном факеле» идет спектакль Дмитрия Егорова по Салтыкову-Щедрину, так в нём и власть, и русский народ изображены, мягко сказать, весьма неприглядно. Очень советую посмотреть — мозги прочищает и хочется Михаила Евграфовича перечитать, куда как актуально.

Я уж было думал, все разговоры про очернение действительности и светлый лик страны благополучно канули в лету двадцать с лишним лет назад, в эпоху поздней перестройки — ан нет, оказывается. Я-то очень хорошо помню, как понемногу отступала цензура, как самиздат появлялся в журналах, как проходили первые свободные выставки в Манеже. Помните ещё «Покаяние», «Маленькую Веру» и целый караван «полочных» фильмов? Запрещённую рок-музыку? Книги русских эмигрантов? Тоже ведь многих оскорбляло.

Я думал, что времена цензуры безвозвратно ушли, думал, что память о Хрущёве, заклеймившем художников пидорасами, должна удерживать нашу власть от идиотских поступков — куда там.

Депутат-патриот, которого оскорбила работа Хаима Сокола «Дыра», кажется мне существом чрезвычайно чувствительным, не способным при этом прочитать простейшие смыслы произведения искусства. Эта большая (как раз пять на десять метров) работа представляет собой дыру в форме карты нашей «одной шестой» (или уже одной седьмой?) в полотне, сшитом из половых тряпок, к которому сиротливо прислонилась швабра. Работа — часть серьёзного проекта «про гастарбайтеров».

Объясняю на пальцах: когда актёр играет злодея-маньяка, вы же не думаете, что и сам Энтони Хопкинс готов есть человечину? Или что писатель пишет роман от лица отрицательного героя, допустим? Ну так и Сокол сделал работу про то, как свою временную родину может воспринимать работающая уборщицей таджичка, например. Вы что же, думаете всерьёз, что для неё Россия — это что-то другое, кроме нищенской зарплаты и грязных полов? Более того, неужели кто-то всерьёз считает, что у всех жителей нашей необъятной Родины в голове — единственно возможный величавый образ великой державы?

А кого может обидеть нежнейшая, поэтичная работа Антошиной «Голубые города»? Три месяца она стояла в Пермском музее, а обиделись лишь несколько кретинов, увидевших фотографии в сети. Ну так на то они и идиоты — способны обидеться хоть на что. Как в анекдоте: «О, доктор! Ну и картинки же у вас!»

Объясняю для дураков с анально-фекальной фиксацией: в инсталляции использованы спринцовки, а вовсе не клизмы.

Клизма имеет твёрдый пластмассовый наконечник и предназначена — вот именно, для того, на чём вы зациклены. А спринцовка — для отсоса жидкостей и промывания полостей после операций. Полезно вспомнить, что сама художница, рассказывая, как к ней пришёл этот образ, вспоминает архитекторов, использующих спринцовки в макетах зданий, и сравнивает свою работу с Китежем, неким небесным градом, с «Голубыми городами» из советской эстрады, которые снятся людям. Кстати, когда я недавно рассказывал в компании про эти «Голубые города», раздался мерзкий смешок — типа, надо же, «голубые»! То есть некоторые даже так умудряются воспринимать, скоро у нас так из всей палитры ни одной нейтральной краски не останется.


По версии американского ученого К.Мосса, слово «голубой» в значении «гомосексуалист» появилось оттого, что некоторые советские геи подкрашивали волосы в голубой цвет, как у Мальвины

Не совсем понятно, с какого перепугу в этой инсталляции углядели оскорбление церкви — в том, что спринцовки по форме похожи на маковки? На луковки храмов? Ну так это не исключительная черта наших церквей, есть похожие формы не только у культовых сооружений, а и вполне себе у мирских зданий, есть такие купола и в Азии. И вообще, давайте тогда запретим заодно лук и мак, которые похожи на купола! Ну хорошо, даже если предположить, что автор всё же подразумевал именно церкви, метафора-то всё равно очень комплиментарна — промывать раны, впрыскивать лекарства. Врачевать души. Разве не этим должна заниматься церковь, хоть православная, хоть какая? Что здесь оскорбительного?

Про остальные работы даже говорить не стоит — три богатырши на лошадях по имени «Инно. Техно. Нано» «Синих носов» полтора года назад висели на краеведческом музее — никто не был шокирован. Ну да, это очень едкое высказывание о так называемой «модернизации» — ну и что? «Русский марш» — это почти комиксовая история России «от Гостомысла до наших дней» (давайте, к слову, ещё Алексея Толстого запретим за сатирические стишки, а заодно и всего Козьму Пруткова).

То есть во всей этой истории я вижу только беспросветное невежество, непроходимую глупость и отчаянную трусость. Плюс ханжество. По этому поводу в комментариях к интервью Марата Гельмана про запрет «Родины» есть прелестная цитата (автору респект) из Бодлера про то, как он повёл знакомую дешёвую проститутку на экскурсию в Лувр, и та в залах античной скульптуры при виде обнажённых венер и аполлонов стала краснеть, смущаться и возмущаться безнравственностью. Мне кажется, ровно это происходит в нашем случае.

Что, разве у депутатов (и власти в целом) больше нет проблем, кроме как бороться с искусством? Что, у нас искоренена коррупция, везде автобаны, полиция не пытает задержанных, у ветеранов достойные пенсии, блестящее здравоохранение, безупречное ЖКХ, далее по списку? Мне почему-то кажется, что оскорблять чувства настоящих патриотов России должно именно вот это всё. А ещё запредельная пошлость и убогость телевидения, наглость чиновников, враньё и очковтирательство на всех уровнях под бесконечные разговоры о патриотизме и духовности.

Самое интересное в этой истории то, что именно современное искусство вызывает такие реакции — ни музыка, ни литература, ни кино давно уже никого не задевают, особливо власть. Вопрос: почему? Плевать им с высокой колокольни на то, что там снимают режиссёры, играют актеры и пописывают романисты. А вот жест художника вызывает настоящие корчи (если он точный). Ну понятно, когда художники рисуют пейзажики или даже абстракцию для интерьеров — это нормально, это, значит, искусство. А вот когда искусство про то, в чём мы живем — это ужас-ужас.


«Бульдозерная выставка» — одна из наиболее известных публичных акций неофициального искусства в СССР. Была жестоко подавлена властями с участием поливочных машин и бульдозеров

Ответ представляется в том, что для архаичного общества любое изображение имеет сакральный смысл. И любое «несанкционированное» изображение образов власти, государства и проч. становится для них диверсией, подрывающей сами устои власти и государства. Ну и невежество, конечно. Понятно, что чиновники про современное искусство не очень хорошо понимают, а знают только слово «Гельман» — ну так есть же на то специально обученные люди, которые могут подсказать и удержать от идиотских решений. Увы, у нас не принято прислушиваться к мнению специалистов и экспертов (и не только в области культуры).

Вся эта история мне представляется каким-то запредельным бредом. Будто сработала машина времени и мы все перенеслись лет на двадцать пять в прошлое, «в край непуганых идиотов» — именно этой фразой из дневников Ильфа и Петрова лучше всего описывалась позднесоветская действительность. Оказывается, цитата идеально подходит и к сегодняшнему дню.

Мне всегда казалось, что в Новосибирске много образованных, умных, современных людей. Много образованной молодёжи, которой интересно современное искусство. Во всяком случае, гораздо больше, чем в Перми. Сейчас я начинаю в этом малодушно сомневаться.

Такое ощущение, что людей, способных воспринимать смыслы чуть более сложные, чем шутки в программе «Прожекторперисхилтон», почти не осталось.

Конечно, я понимаю, что во всей этой истерике с выставкой на виду и на слуху самые агрессивные дуболомы и кретины — а умных и вменяемых людей почти не видно и не слышно за истошными воплями платных и добровольных троллей. Во всяком случае, я надеюсь на это.

Я уверен, что мы всё равно покажем «Родину» — пусть и не на такой удобной площадке, как Новосибирский государственный краеведческий музей. Пусть выставка будет работать и не целый месяц, а меньше. Надеюсь, её многие увидят. Ещё я надеюсь, что для них «Родина» станет сильным и неординарным событием, глубоким переживанием, а не просто набором больших ярких картин и инсталляций. Надеюсь, что эта выставка поможет им понять что-то новое про устройство нашей страны, про отношения власти и общества, элиты и народа, про культуру, политику и религию, про современность и историю, про мифы и реальность. Про настоящее и будущее Родины. Про самих себя, наконец.

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
Комментарии

Редакция Сиб.фм призывает к конструктивной и взвешенной дискуссии по теме опубликованного материала. Недопустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство, содержат призывы к агрессии, оскорбления любого характера, либо не относятся к теме публикации. Редакция не несёт ответственности за содержание комментариев.

публикации по теме
самое популярное
присоединяйтесь!