Умка без мамы

 Чем «Умка» отличается от других школ и почему важна личность ушедшего директора  2 ноября, 14:27

Никита Манько
журналист
были упомянуты
подходящие темы
Умка без мамы
Фотографии Алексея Танюшина

Новосибирские СМИ активно откликнулись на принудительный уход директора школы № 83 «Умка» Светланы Гольцер со стороны департамента образования мэрии Новосибирска. Пока более сотни возмущённых родителей штурмовали двери кабинета начальника департамента Рамиля Ахметгареева, собирали тысячи подписей под интернет-петицией, обращались в прокуратуру и к полпреду президента РФ в СФО, дети учились дальше. Корреспондент Сиб.фм пришёл в «Умку», чтобы узнать настоящие причины увольнения Гольцер и понять, как инновационная школа, признанная специалистами «Сколково», уживается со сложившейся системой муниципального образования в Новосибирске и в чём её особенность.

Массовый протест родителей

Смена семи директоров новосибирских школ за месяц, по данным родителей, не вызвала такого шума, как вынужденный уход директора МБОУ СОШ № 83 Светланы Гольцер. Утром 25 октября родители учеников собрались в холле первого этажа школы в таком количестве, как не собирались на 1 сентября. С детьми они начали собирать подписи за восстановление Гольцер в должности директора, а к вечеру уже заполнили коридор к кабинету начальника департамента образования мэрии Новосибирска Рамиля Ахметгареева, требуя объяснений.

Главным страхом родителей стало возможное расформирование школы, в которой директор за десять лет работы стала системообразующей фигурой.

Слова чиновника о неправильной, с точки зрения мэрии, организации распределения стимулирующих выплат и налоговой задолженности не убедили людей, поэтому они обратились к полпреду президента РФ и в прокуратуру с просьбой проверить законность оснований для увольнения.

222 образовательные организации претендовали на статус «Школа Сколково»

Школа № 83 «Умка» в 2009 году вошла в число десяти «Школ Сколково» благодаря следованию федеральным стандартам. Отец первоклассницы Кирилл Тимонов от лица родителей рассказал Сиб.фм, что «Умка» под руководством Светланы Гольцер точно выполнила требования указа Национальной стратегии действий в отношении детей Президента РФ и соответствует федеральным стандартам образования.

— На мой взгляд, за эти пять лет в школе № 83 под руководством Гольцер результаты, описанные в разделе 3, достигнуты. А чего достиг департамент образования мэрии в рамках города, я не знаю. Могу только оценивать ту информацию, которая находится в открытом доступе. До сих пор в некоторых школах по каким-то бумажкам собирают деньги, продолжается социальное напряжение в образовательных учреждениях. Родители пишут тонны жалоб на школы, а здесь такого нет, — рассказывает Кирилл Тимонов.

Департамент образования мэрии также признал, что ни одной жалобы от родителей или детей к Светлане Гольцер не поступало. Сама директор объяснила требование собирать комиссию по распределению стимулирующих надбавок учителям бессмысленным, так как указ президента РФ 2015 года об эффективных контрактах позволяет распределять премиальную часть фонда зарплат специальным договором.

— Хотелось бы сохранить существующий уклад школы в любой форме. Но у нас нет информации о планах департамента. Мы не строим планы, а только реагируем на проблему. Задача государства уменьшить количество плановых и тем более внеплановых проверок в Новосибирске вылилась в то, что директору предложили уволиться принудительно после трёх проверок за полгода.

Есть организм, если ему голову оторвать, что изменится? У департамента такая позиция: ничего.

Возможно, прокуратура проверит департамент — с этим будут разбираться правоохранительные органы. Если есть нарушения в школе, их будет устранять её руководитель, — пояснил Кирилл Тимонов.

Образование без ностальгии

Массовую поддержку со стороны родителей Светлана Гольцер объясняет тем, что такие комьюнити складываются не только в «Умке», но и в целом в городе и в стране. Родительские сообщества начинают обсуждать, как строить образовательные траектории, не меняя школу, а сотрудничая с ней.

— Абстрактный родитель в обсуждении образования своих детей — заложник собственного опыта. Устройство нашей психики таково, что мы не можем ничего сделать нового, не опираясь на старое. Неотрефлексированный опыт требует возврата в далёкое светлое прошлое. Родители с отрефлексированным ученическим опытом говорят: «Вот это я возьму в будущее, вот это оставлю в прошлом, а тут буду строить принципиально новое в образовании своего ребёнка, например, буду обсуждать с ним его интересы без манипуляций и давления».

Родители, задумавшиеся над собственным опытом и готовые пересмотреть его, — в этом уникальность «Умки».

Поэтому наши родители невероятно мощные и талантливые люди, они умеют себя пересобирать ради детей! — считает Светлана Гольцер.

Бывший директор отчасти даже благодарна сложившейся ситуации, потому что родители начали осознавать, что их интересы должны быть приоритетными для чиновников.

Федеральные стандарты или муниципальные правила


Воспитание гражданственности, трудолюбия, уважения к правам и свободам человека, любви к окружающей природе, Родине, семье — одна из целей «Умки» по уставу организации

Учителя пояснили, что, кроме чётко прописанных федеральных стандартов по предметным результатам, есть методики по метапредметным, а есть и личностные стандарты, которые можно измерить только по формализованным таблицам либо инструментами психодиагностики, и всё. В школе № 83 их попытались наполнить жизнью, по словам учителей: учить детей работать в команде, ставить цели и задачи, уметь договариваться и обсуждать. Это удаётся в течение десяти лет и влияет на развитие как самих учителей, так и родителей.

— Статусные школы, — а мои дети учились и в лицее № 22, и в гимназии № 1, и в «Умке», у меня есть возможность сравнивать, — строят свою образовательную политику, опираясь на то, что ребёнок должен достигнуть какой-то планки. Что при этом с ним происходит — дело второстепенное.

В «Умке» фокус смещён на то, как ребёнок участвует в своём образовательном пути.

У нас много амбициозных детей, которым важны победы в олимпиадах, но это одна из возможных траекторий, а не единственная, — подчеркнула учительница математики школы № 83 Анна Мокина.

Школьное образование может застрять в 90-х, опасаются педагоги. Экс-директор школы № 83 подчеркнула, что концепция школы строится вокруг ребёнка. Ребёнок — не средство и не цель, а партнёр, с которым учителю интересно ставить цели и выбирать средства. И судя по всему, это буквально соответствует закону об образовании.

— Знаете, что нам удалось сделать принципиально нового? И это не про инноватику, а про антропологию. Чем закон об образовании 1993 года отличается от закона 2012? Всего одним словом, но именно оно повернёт рано или поздно все головы чиновников к человеку, а не к системе, которую они выстраивают. Это слово «семья»! В законе 1993 года мы читаем: образовательная политика реализуется в интересах человека, государства, общества.

В новом законе: образовательная политика реализуется в интересах человека, семьи, государства, общества. Сначала интересы ребёнка, затем семьи — всё базируется на законах.

На последнем месте общество, в том числе муниципалитеты как органы самоуправления, — комментирует Светлана Гольцер.

Экс-директор уверена, если бы самоуправление защищало интересы семьи, то противоречия не было бы. Но этого пока не происходит. В отдельно взятой школе, по её словам, произошло.

Зачем отменять домашние задания

231 школа действует в Новосибирске

Речь идёт не про дисциплины, а про технологию мышления — такой принцип ставят во главу угла. Все педагоги так или иначе занимаются на своих предметах построением логики предмета, модели решения тех или иных задач. У детей есть несколько путей — каждый для себя выбирает свой, ставится финишная точка. Затем ребёнок в своём темпе, со своими трудностями, работая, идёт к финишу.

Вновь прибывшие дети сталкиваются с минимальным контролем со стороны учителей и родителей, их подталкивают развивать внутренний контроль. По опыту педагогов, нужно примерно полтора-два года, чтобы ребёнок начал понимать, что всё в нём — и успех, и поражение, а внешняя среда — лишь подспорье.

— Второй год у нас запрещены домашние задания в ряде начальных классов школы.

Это эксперимент, на который пошли родители и учителя. Эффект от этого мощнее, чем в классах, где есть домашние задания.

Внешний контроль освобождает человека от принятия решений чуть больше, чем полностью. А когда мы воспитываем внутренний локус контроля, то ребёнку есть чем управлять внутри себя, — объяснила Светлана Гольцер.

Вместо домашних заданий второклассники начинают осваивать тайм-менеджмент и умеют составлять список своих задач на день, на неделю и на месяц вперёд.

Заочники со скидкой

Очники учатся в классах по 20-25 человек. С 2014 года в «Умке» учатся заочники, у каждого из них свой график работы, свой темп и своя очерёдность. В канцелярии департамента образования мэрии знают, что директор подавала уведомления с просьбой учесть наличие заочников в школе при её финансировании. И они подписаны в самом департаменте.

Бывшая директор пояснила, что у каждого родителя есть договор со школой № 83. По нему обучение происходит бесплатно. Субвенция на одного ребёнка составляет 17 тысяч рублей в учебный год. Это за 8-15 предметов в зависимости от возраста ученика, примерно 1-1,5 тысячи рублей на предмет в год.

— Щенками борзыми мы не берём. И деньги с заочников мы тоже не берём. После первой проверки весной 2017 года в кулуарах говорили, что меня «привлекут за нецелевое использование средств».

Приехали ловить за это и поняли, что предъявить нечего — ни копейки за заочников и семейников мы ни с кого не берём.

Заочники обучаются бесплатно, но могут объединяться в свои команды, пользоваться любыми доступными средствами, как и очники. Не секрет, что чтобы удержаться в статусной школе, нужно нанимать репетиторов, а это немалые деньги. Найдите хоть одного репетитора в Новосибирске, который за тысячу рублей в год будет работать с ребёнком, — убеждает Гольцер.

Основная претензия чиновников исходит от контролирующей позиции: как вы удостоверяетесь, что они учатся, как вы проверяете, контролируете и так далее. Светлана Гольцер настаивает, что контролирующая функция школы — не главная, а заочники успешны именно потому, что они не скованны внешним локусом контроля. Нет страха — есть качество. Хотя все экзамены проходят под камерами: они подтверждают, что как дети-очники, так и дети-заочники допускают глупые ошибки на экзамене от стресса.

Почему в России дети умирают на уроках физкультуры?

— В какой-то момент школа стала запрещать жить. Запрещать бегать и падать, запрещать «щенячью» тусню, когда дети возятся в имитации драки. В коридорах запрещают шуметь, кричать. Из-за этого дети теряют заложенные природой механизмы безопасного поведения. Если чиновники в сфере образования не пересмотрят этот вопрос — количество детей, погибающих в школе, будет только расти. Какая реакция на происшествия с детьми — сплошные бумаги: справки, приказы. Детьми некогда заниматься, — сетует Светлана Гольцер.

— Любой директор скажет: если у тебя несчастный случай, главное — чтобы бумаги были в порядке.

Это чудовищный перекос естественных человеческих механизмов бытия в сторону искусственных.

Дети в «Умке» бегают по коридорам, но безопасную скорость бега задают заранее. Тьюторы специально учат детей драться: рассчитывать силу, понимать последствия. У школы нет цели сделать среду без травм, но есть цель научить детей работать со своими чувствами и не превращать синяки в злобу, психологическую травму, отчуждение.

Почему дети уходят из жизни — им не с кем поговорить, уверены педагоги. Надо смотреть на психическое состояние ребёнка, на его семью. Ребёнка надо обнимать, отпаивать чаем, бесконечно держать с ним контакт.

Духовные скрепы и гражданские кнопки

«Умка» — это многонациональная и многоконфессиональная школа: вместе учатся дети и православных, и мусульман, и иудеев, и буддистов. От того учителя школы № 83 любят строить универсальные модели предметного содержания, и им не нужна идеология. ОРКСЭ преподаётся интерактивно: родители голосуют за тот или иной модуль, преподаватель организует живое общение с культурой, в том числе и конфессиональной.


Правительство РФ заложило 1,6 млрд рублей на патриотическое воспитание граждан в течение пяти лет

— Что касается патриотизма, то он понимается просто — через теорию малых дел. Дети и оружие несовместны, поэтому мы сажаем деревья, собираем мусор на берегах Оби, ездим в Дом ветеранов — это наш патриотизм и гражданская позиция, — выражает своё мнение Светлана Гольцер.

Учитель физики Дмитрий Гольцер считает, что развивать патриотизм можно двумя путями. Или гонять человека по лесу с автоматом (муляжом) в форме, думая, как дать сдачи врагу. Или помнить, какое образование дало человеку государство.

Если в школе вместо учёбы было форменное издевательство и человек был вынужден идти к репетиторам, благодарности никакой не будет — ни школе, ни государству.

— В обществе много нетерпимости, споров и расколов из-за того, что людям отказывает элементарная логика и навыки поиска информации. Если вспомнить историю, то до 1917 года во всех школах России было два обязательных предмета — логика и риторика. Это пришло из древнегреческих начальных школ trivium — основа слова «тривиальный». Во время революции всё разрушили до основания, затем в 1937 году попытались ввести логику обратно. Учебник Киселёва по логике за этот год меня глубоко поразил — настолько он актуален до сих пор. Там учат не вступать в спор, не задав уточняющий вопрос, — делится Анна Мокина.

Она активно применяет с учениками этот метод в математике, например, решая задачи с неполными данными. Дети приучаются задавать вопросы и оценивать любую картинку: всего ли в ней хватает.

— Когда ребёнок видит слово «тьютор», то ищет значение в поисковике. А взрослый на условном «Фэйсбуке» сам придумывает себе значение этого слова и начинает полемизировать на уровне «а вот одна моя знакомая», — приводит пример Мокина.

Светлана Гольцер подчёркивает, что если три года назад энергия коллектива была сфокусирована на контрольно-измерительных и учебных материалах, то теперь фокус разработки — диджитализация тьюторства.

Обычная школы живёт тремя позициями: олимпиада, конференция, методическая работа. Основной измеритель — это грамоты и медали.

Всё остальное понимается как вариант от этого инварианта, но в этом нет места для ребёнка, что и стало задачей для педагогов «Умки». Образовательная среда, в которой ребёнок не цель и не средство, требует иных критериев измерений качества происходящих процессов.

Как происходит оплата работы учителей


Стать учителем в Новосибирске!

Основа обычной, назовём её «производственной», школы — конвейерный способ работы и для ребёнка, и для учителя: чем больше часов, тем выше у тебя зарплата, подчеркнула директор. Светлана Гольцер попробовала сбалансировать аудиторную и проектировочную часть деятельности учителя по принципу «Не гонись за часами — разворачивай деятельность, которая преобразует школьную среду».

— Я считаю, что учитель не должен работать больше 18 часов в неделю. Это тот уровень нагрузки, который оставляет достаточно времени на рефлексию, проектирование и понимание, куда двигаться дальше. Это основа рабочей среды — люди не кидаются друг на друга из-за усталости, проектируют, пишут тексты, ездят в командировки и защищают свой педагогический статус в тех сообществах, которые им референтны, общаются с родителями как люди. Это не рабочие лошадки, — говорит Светлана.

Поэтому доплаты из фонда стимулирующих добавок были поделены по проектам. Если учитель берётся за проект, то получает за него свою долю фонда оплаты труда, рассказывают учителя.

— И не надо каждый месяц допрашивать учителя: «А что ты сделал для премии?» Над проектом работают все, причём иногда в него включаются коллеги, которые не получают за это денег.

И если в удобной системе нет конкуренции за «плюшки», то это скорее плюс, а не минус. Когда уже это поймут наши чиновники от образования? — задаётся вопросом Анна Мокина.

Светлана Гольцер поясняет, что с учителями они всегда собирались за одним столом и решали, какие приоритетные точки развития сейчас важны. При этом каждый решает сам, за что берётся именно он.

— Ни один учитель в школе не делает того, чего не умеет, просто потому что его вынуждает к этому система распределения стимулирующих выплат. С каждым человеком обсуждается его вклад в образовательную среду, ориентиром является «Программа развития» — это стратегический документ школы, который согласуется с учредителем. С учителем заключается индивидуальный контракт, который и определяет ответственность, — разъяснила экс-директор школы № 83 Светлана Гольцер. — Например, в договоре прописывается: «Внедрение парковых систем образования». Критерии такие-то, раз в месяц отчёт по такой-то форме, оплата такая-то.

Необычность ситуации в том, что эти работы человек выбрал сам, и он от этого испытывает профессиональное и человеческое счастье, уверяет вынужденный уйти директор. По словам Светланы Гольцер, это единственный бонус во всём.

— Если я начну распределять обязанности: ты делай это, а ты это, — люди тут же, не сговариваясь, начнут выдавать ФДП — фиктивно-демонстративный продукт, — заверяет экс-директор.

Унизительная борьба за премии

422,8 млн рублей на образование выделено из бюджета Новосибирска на 2017 год

На момент публикации материала в школе есть шесть тьюторских ставок, 38 учителей в штате и 15 совместителей. Как и Светлана Гольцер, многие из них пришли в школу из числа преподавателей новосибирских вузов, имеют научные степени. Это выпускники НГУ, работники СО РАН, магистранты Высшей школы экономики.

— Это высококлассные предметники с высоким уровнем рефлексивной культуры. В традиции коллектива разрабатывать совместные учебные междисциплинарные курсы. Филологи объединяются с историками, историки с географами, математики с географами и физиками. Все отчёты мы выкладываем на сайте — это уже очень солидный список образовательных событий, — подтверждает Анна Мокина.

До недавнего времени средний возраст всех учителей школы составлял 35 лет, что уникально для Новосибирска. Педагоги приходят трудоустраиваться по сарафанному радио, без помощи центра занятости.

Бывший директор не увольняла учителей, они уходили сами. Модель инновационной школы с ручной настройкой обернулась колоссальными нагрузками, делать нужно много и качественно, соображать быстро и не бояться ничего.

— Я не понимаю, почему в управлении образования мэрии не видят связи между текучкой в школе и системой распределительных комиссий стимулирующих выплат.

Одно порождает другое: уберите эти унизительные процедуры, и люди займутся своим делом.

Мы проходили эти «крысиные бега» и в какой-то момент решили, что хватит: эта ржавчина нас сожрёт. Был момент, когда удалось повернуть центробежные силы к центростремительному движению, — вспоминает бывший директор Светлана Гольцер.

Поддержка молодых учителей строится на неисчерпаемом кредите доверия. В отличие от других школ, где первый год молодой учитель набивает шишки в стрессовой атмосфере, здесь гарантируют не только финансовую поддержку, но и «душевное тепло». Это помогает, так как всё равно многие родители постоянно сравнивают молодые кадры с прежними учителями.

В определённый момент молодые учителя уходят, чтобы строить карьеру в образовании, по словам Гольцер, этому только рады. То же самое происходит с детьми, которые уходят в другую школу ради поступления в профильный вуз.

— Любому учителю в любой школе не хватает, чтобы его труд признали. Кстати, мы разработали технологию, как избавляться от манипуляций в школе. В 2015-2016 году учителя проходили совместные тренинги с родителями, учились реагировать на то, что ребёнок не соответствует родительским ожиданиям. Это процесс творческий и болезненный, но после подобного тренинга в школе появилось больше искренности и отношения стали чище. Это к вопросу о том, что такое «Умка» и как школа может быть единым организмом, — завершает Светлана Гольцер.

Послесловие

Светлана Гольцер работала в НГПУ с 1994 по 2006 год, там же защитила диссертацию. Когда началась реформа высшей школы, она поняла, что нужно уходить: вместо живой работы со студентами преподаватели писали технологические карты того, как они это делают. Светлане нужен был живой контакт с детьми и коллегами. Именно поэтому выбрала «Умку». Сейчас Светлана Гольцер работает учителем русского языка и литературы в своей школе. По её словам, она теряет надежду в рамках закона построить школу, в которой интересы семьи и профессионалов будут поставлены выше интересов чиновников от образования.

ВКонтакте
G+
OK
 
самое популярное
присоединяйтесь!