Документальная «Пыль»

Мир живых людей в необычном формате новой постановки «Старого дома»

13.12.2018 12:39

Фотографии Алины Скитович

«Старый дом» известен как театр во многом новаторский, смелый, постоянно ищущий и пробующий. «Старый» уже удивлял нас современной драматургией и новым прочтением классики, необычными техническими решениями и даже голыми актёрами на сцене. Однако режиссёр Михаил Патласов показал «Старому дому» и всему Новосибирску уникальное новое направление – документальный театр. Именно в этом жанре готовится спектакль «Пыль». Его премьера состоится уже завтра. А пока корреспондент Сиб.фм попала за кулисы и выяснила, в чём на сцене проявляется документальность, что волнует новосибирцев и как спектакль может идти в двух местах одновременно.

Спектакль «Пыль» – это, с одной стороны, статистический срез современного общества, с другой, конкретные истории людей, которые определяют портрет Новосибирска. Я, как зритель, неискушённый документальными постановками, пришла разбираться в сути документальности на репетицию «Пыли».

Осознание необычности формата обрушивается на меня неожиданно, во время одной конкретной сцены. Актриса Наталья Серкова произносит монолог, из его содержания понимаю: речь идёт о пожилой женщине, которая осталась одна в доме престарелых, ухаживать за ней некому, тело парализовано. Тема одиночества, одиноких пожилых людей – штука тяжёлая, но такая бабушка кажется абстрактной, для нас далёкой – довольно банальный художественный персонаж. Через пару минут режиссёр решает воспроизвести «само интервью», чтобы точнее расставить акценты. Включается аудио. Честно сказать, становится не по себе, когда в зале слышится сбивчивый неуверенный старческий голос. Голос точь-в-точь повторяет слова Натальи, а потом Наталья повторяет за ним. Ещё через пару секунд до конца осознаю, что художественный образ вовсе не художественный, а выдуманная бабуля – вполне реальный человек, в реальном доме престарелых, реально тоскует в одиночестве. Ого!

Оказывается, что по этой же технике построен весь спектакль. Однако работа над «Пылью» началась ещё раньше – с интервьюирования самих артистов. Михаил Патласов попросил каждого заполнить анкету: рассказать, что происходило год за годом – у него в семье, в городе, в мире. После анкет начались личные беседы.

– Михаил хотел нащупать «наши» темы, – рассказывает о создании спектакля актриса Наталья Серкова. – Для этого мы встречались в театре один на один и разговаривали – час, два, три. Михаил никогда не перебивал. А что самое важное, ничего не обесценивал. Так выявлялись наши болезненные темы, которые мы в дальнейшем исследовали, оформляли. Во время репетиций я заметила изменения в себе. Истории, рассказанные даже не мной, а другими актёрами – их озвучивание, обдумывание, помогли мне пережить и отпустить то, что раньше болело. Хотя в начале репетиций даже слушать об этом не могла. Может, кому-то из зрителей это так же поможет.

Дальнейшая работа актёров с темами удобно заключается в модное слово и относительно новое понятие «вербатим» – специальная техника, когда в основу театрального действия ложатся истории конкретных людей. Интересный механизм активно используется российскими театрами, однако в Новосибирске начинает появляться только сейчас. Под каждую тему команда искала подходящих героев, с ними встречались, записывали интервью, долго и мучительно расшифровывали тексты. Так героиней Серковой стала одинокая пенсионерка. Актриса Софья Васильева ради перформанса испытала на себе свадебный ритуал – в итоге сказала «нет» у алтаря, получила неповторимый набор впечатлений и зачёркнутый штамп на странице паспорта.

Анатолий Григорьев, в свою очередь, покажет вербатим с директором... крематория! Спектакль «Пыль» рассматривает цикл «рождение – свадьба – смерть», поэтому режиссёр решил затронуть все аспекты жизни и её завершение в том числе. Экскурсия в крематорий стала одним из этапов «нащупывания» важных смыслов и тем – так сформировался вербатим.

– Лично я в крематории не был. Михаил ездил с другими актёрами – рассказывает Анатолий Григорьев. – Я смотрел видео этого интервью, а теперь вот работаю с текстом – его расшифровкой. У меня вербатим на человека, который работает со смертью. Об этом нужно говорить, ведь это тоже часть жизни города. Это творческая личность, он предан своему необычному делу, и я пытаюсь показать его индивидуальность.

По задумке режиссёра, в спектакле собраны проблемы, которые волнуют сейчас нас, жителей Новосибирска. Звучат вербатимы про неизведанную до конца big data, вечно волнующую экологию, тут же – про домашнее насилие, разводы, старость, одиночество.

Сам Михаил Патласов признаётся, что помимо этих центральных тем нашёл ещё и отличительные черты нашего города, которые определяют его портрет:

– В Новосибирске, с одной стороны, очень мощная наука из-за влияния Академгородка, с другой, фольклорные течения. Здесь одновременно и религия и какие-то приметы, сны, вера в астрологические прогнозы. Кроме того, мы долго пытались найти коренных новосибирцев, но не удалось. Многие используют этот город, как трамплин.

«Новосибирец» – это вообще кто?

Со слов людей, с которыми мы общались, только сейчас формируется запрос на такую идентичность.

Актёр Василий Байтенгер тоже исследовал историю нашего города, провёл интервью с архитектором Игорем Поповским. Василий рассказал: несмотря на то, что сам в Новосибирске живёт 25 лет, благодаря спектаклю на многие вещи начал смотреть по-другому:

– Я только сейчас узнаю историю нашего города, его архитектуры. Вот, к примеру, новосибирский метромост считается самым длинным, раньше я не задумывался об этом, а сейчас могу ехать и пролёты считать. Это потому что жизнь к тебе возвращается – ко мне, как к человеку, который жил в художественном мире, где драматурги болеют проблемами человечества, а не Новосибирска конкретно.

В документальных спектаклях открывается мир настоящих живых людей!

В чём предназначение такого театра? Мне кажется, он нужен для того, чтобы разбудить заснувших. Например, я могу изменить мир к лучшему – перестать бросать мусор на улице, но это не решит проблему глобально. Если соберётся весь подъезд, большой коллектив – другое дело. По такому механизму рождается общественный стыд. Может быть благодаря спектаклю мы сможем создать неловкость за общее дело, и поможем людям изменить что-то важное.

Актёры сравнивают спектакль «Пыль» с калейдоскопом, который отражает разные грани современного общества. Технически центральным связующим звеном всех историй и героев становится огромный шар, повисший над сценой. Шар – это проекция, огромный экран. Шар – это нейросеть с ласковым именем «Юрий». Юрий не только отправляет поисковые запросы, но и выступает в качестве полноценного героя – он существует над историей и модерирует действие. Мир современных технологий всё-таки.

Благодаря работе художника-постановщика Александра Мохова и художника по свету Стаса Свистуновича концепция шара вывела театральное пространство на новый уровень. За счёт проекции каждый показ «Пыли» будет проходить в двух пространствах. Режиссёр спектакля Михаил Патласов намекнул, чего стоит ждать зрителям:

– Спектакль идёт на сцене «Старого дома» и в «Подземке» одновременно. Для нас это было принципиальным решением, в нём заключается столкновение двух форм театра. Здесь, в «Старом доме», мы делаем социальный срез и показываем проблемы, которые возникают в нём. Зрители видят истории неслучившегося. В «Подземке» пытаемся выстроить позитивную сторону статистики. Если в театре невеста говорит у алтаря «нет», то в «Подземке» свадьба всё-таки случается.

Для меня это сеанс социального дизайна.

Несмотря на то, что в обоих пространствах спектакль идёт по тем же блокам – рождение, свадьба, смерть, в «Подземке» будет очень много взаимодействий, релакса – вещей, которые снимают с тебя напряжение. Я бы советовал зрителям испытать и тот, и другой опыт.

Премьерные показы спектакля «Пыль» состоятся 14 и 15 декабря.

Ваш комментарий

Новости партнеров

Загрузка...