Практически сверхчеловек

 Об экстравозможностях, голоде, холоде, боли и новых дозах адреналина  25 января, 13:06

Мария Тищенко
журналист
подходящие темы
Практически сверхчеловек
Фотографии Ильнара Салахиева

Александра Орлова в СМИ величают не иначе как «известным новосибирским экстремалом». То он поднимает в воздух шесть человек на одном параплане для того, чтобы попасть в Книгу рекордов Гиннесса, то катается в Шерегеше на лыжах в костюме медведя, то помогает летать на параплане людям с ограниченными возможностями, а потом за это же преследуется прокуратурой. Корреспондент Сиб.фм посмотрел, как он импровизирует, летает и закаляется, а потом поговорил с ним о синдроме первого полёта и падениях, боли как лекарстве и различных практиках, расширяющих возможности организма.

Бэтмен с парапланом

Про Александра Орлова мне рассказывали не иначе как про «сверхчеловека», и он сам якобы не против, когда его, наполовину в шутку, так называют. В день, когда мы договорились с ним встретиться, у «сверхчеловека» были сверхпланы: показать, где супергерои встречают Новый год (по легенде, они катаются на лыжах и летают на параплане на территории лыжной базы «Ключи» в Академгородке), а потом — как закаляются настоящие сибиряки, с помощью фото- и видеопроекта «Белые пляжи Сибири».

Мы с фотографом доезжаем почти до места, выходим из машины размять ноги и ждём Орлова у поворота на лыжную базу. Мороз и солнце через 15 минут ожидания уже не так радуют — притоптываем и приплясываем. Хорошо, что взяли с собой термос с чаем.

У остановившейся рядом машины опускается стекло:

— А вот и вы! — приветствует Александр, широко улыбаясь, будто мы знакомы сто лет. — Езжайте за нами.

На территории базы какая-то суета. Все бегают сначала в поисках парковки, потом — в поисках участников и костюмов. Александр, несмотря на мороз, — в лёгкой ветровке и без шапки. Оказывается, это его привычная одежда. Наверное, согревает улыбка.

Всё делается спонтанно, как пойдёт дальше — никто не знает. Запланирован съезд с горы супергероев на сноубордах и с парапланом.

— Разбирайте костюмы, — кричит девушка Женя, которая привезла участников перформанса. — Только аккуратно, ничего не повредите! Я себе возьму этот, наверное.

Пару минут все пытаются определиться, какой костюм кому подойдёт, и понять, кто такой Халк, кто эта девушка и что ещё должно быть у Человека-паука.


Бэтмен — вымышленный супергерой. Изначально известен как персонаж комиксов. Был создан художником Бобом Кейном в соавторстве с писателем Биллом Фингером

— А это кто? — спрашивает Александр.

— Бэтмен.

— О, им я и буду! — он натягивает костюм и параллельно рассказывает мне, как появилась идея устроить всё это. — Мне нравится пиарить Сибирь как одно из лучших мест в мире, мы его недооцениваем: не видим бескрайних просторов, белоснежного снега, сибирского характера.

Александр в не до конца надетом костюме Бэтмена скрывается на пару секунд, а потом появляется — весь в чёрном, лицо практически закрыто бэтменовской маской, видна только его белоснежная, как сибирский снег, улыбка.

Кто-то машет плащом Александра, чтобы ткань действительно развевалась. Получается впечатляюще.

Сверхпланы всё же немного сбиваются. Параплану, видимо, не хватает ветра, поэтому нужно спускаться не один раз. Супергероям с первого раза тоже не удаётся съехать с горы одновременно. Но этот рассинхрон заметен только организаторам — мне кажется, что всё идеально.

Честно признаюсь, следующая часть проекта — съёмки на белоснежном (в буквальном смысле слова) пляже и купание в проруби — прошла без меня. Судя по фотографиям, там тоже было весело, но я предпочла остаться в тепле. Во всей этой суете времени для разговора выкроить не удалось — и потому как таковое интервью состоялось через несколько дней, в более комфортных условиях.

Постоять на краю

Вы занимались различными видами экстрима — когда в их списке появился параплан?

Да я чем только не занимался! С четвёртого класса — парусным спортом. В институте увлёкся сплавами по горным рекам, скалолазанием, спелеологией, дайвингом, в котором дошёл до уровня инструктора. Ещё горные лыжи, сноуборд, парашют.

Весной 2002 года впервые в жизни я увидел параплан, и он изменил всю мою последующую жизнь — события пошли по совершенно другой колее.

2 парапланерных клуба — «Импульс» и «Вектор» — работают в Новосибирске. Полёты проходят на аэродроме Бердск-Южный, стоимость в тандеме с инструктором — от 3 000 рублей

Так закончился парашют, и очень быстро, в течение года, свелись к минимуму другие виды экстремальной деятельности. Хотя до сих пор я увлекаюсь теми или иными практиками. Складывается так, что я обычно достигаю в них достаточно высокого уровня и выхожу на плато. В любом виде активности есть период первоначального бурного роста, когда ты узнаёшь что-то новое, а потом выходишь на плато, где сильных изменений уже не происходит. Мне становится скучно, и я иду изучать что-то другое.

Что, например?

Например, в сплавах я дошёл до рек шестой, высшей, категории сложности. Несколько раз прошёл Мажойский каскад сложных порогов на реке Чуе в качестве руководителя группы и капитана судна. Тогда я постоянно чередовал экипажи, среди которых в каждом походе были два-три новичка — вообще без опыта. При этом они попадали в опытный экипаж, но в очень суровые условия: если бы что-то пошло совсем не по плану, могли не выжить.

Один раз мы перевернулись и только чудом не утонули: несколько сотен метров мы плыли самосплавом, разбросанные по реке в ледяной воде, поочерёдно уходя то на один, то на другой берег там, где позволял рельеф.

В такие моменты, когда уже кажется, что шансов нет, на помощь приходит необъяснимое удачное стечение обстоятельств и везения, которое я называю ангелом-хранителем.

После того случая я стал осторожнее и пересмотрел для себя шкалу оценки риска и опасностей. Это была хорошая школа жизни.

Так вам нравится отвечать за жизни других людей?

Не то чтобы как-то особо нравится, я просто принимаю эти риски как данность. Отвечать за жизни других — это для меня не мотивирующий фактор или самоцель, а неизбежное дополнение к обычной активности. Я никогда не тяну людей в походы или практики силой, не настаиваю, а лишь рассказываю о своём опыте и о том, что человек получит в результате. Самостоятельное принятие решения, на мой взгляд, — это одно из обязательных условий.

Каждый должен сам для себя сформулировать, зачем он идёт на неприятные ощущения, лишения, боль, которые нередко присутствуют в практиках. Важна мотивация. Нельзя подсказывать человеку или что-то решать за него.

Хочешь избавиться, допустим, от последствий травмы? Это возможно, нужно только очень сильно захотеть.

И, конечно, должно быть доверие между инструктором и тем, кто хочет получить новый опыт.

Я могу делиться с людьми практиками, которые попробовал сам. Некоторые из них выходят за рамки общепринятых представлений и снимают обычные ограничения. Например, всю жизнь боялся высоты и вдруг прыгнул с парашютом. Потом ты свыкаешься с мыслью, что сделал это. Перестаёшь бояться высоты, приближаться к краю и понимаешь: если один раз сделал что-то, значит, можешь и ещё раз.

Судя по всему, людям нравится: вон сколько девушек готовы в прорубь прыгать!

Да, это совсем недавний опыт — пару месяцев назад я с группой людей, в числе которых были шесть девушек, которые не пробовали раньше никаких холодовых практик, более получаса простоял в ледяной воде. До этого я считал, что подобные вещи невозможны: через 10 минут такого переохлаждения человек должен был неминуемо заболеть ангиной. Когда мы это сделали, я понял, что при соблюдении некоторых правил ресурсы человеческого организма намного больше, чем привыкли думать. Мы могли бы ими пользоваться и быть более эффективными в обычной жизни.

Для того чтобы привыкнуть к холодовым практикам, нужно всего лишь закаляться. По сути все знают, как это делать, но не начинают. И здесь появляется проводник, который говорит: «Давай я тебя опущу в прорубь».

Сначала, конечно, бунт в душе: «Какая на хрен прорубь, я вообще холода боюсь!» И на этом этапе большинство людей останавливаются, но некоторые говорят: «Почему бы и нет».

Если у таких людей есть желание и доверие, то я помогаю в любой сфере, в которой сам разбираюсь и имел практический опыт — сноуборд, параплан, парашют, дайвинг, скалолазание, закаливание, голод. Нужно взять человека за руку, завести его в практику, побыть там какое-то время и безопасно вывести. Во многих практиках безопасный выход важнее, чем само нахождение, например для голода. Именно поэтому нужно иметь личный опыт.

А что заставляет людей начать голодание?

Как правило, избыточный вес. Большинство из современных городских жителей в жизни не испытывает настоящего голода: при первых его признаках мы едим, причём, на мой взгляд, много лишнего. Нас с детства закармливают. А лучше съесть чуть меньше. У нас есть универсальный механизм — голод, он покажет, когда нужно снова принять пищу.

Существует два варианта практики голода — плановый и экстремальный. Первый — ввести разумное ограничение количества съедаемой пищи. Не зря же про англичан говорят, что они худые: у них есть привычка вставать из-за стола с лёгким чувством голода. Вторая практика — жёсткая: время от времени испытывать более сильный и продолжительный голод. Она отработана тысячелетиями и в разных культурах и религиях носит своё название.

В православии это посты — даже один или два раза в год они являются оздоравливающими.

Вы ещё и со сном экспериментируете?

Я довольно долго это делал: пытался понять, до скольки часов можно уменьшить количество необходимого сна без ущерба для здоровья и активного образа жизни. Иногда практикую сон по 3–4 часа, но он должен быть разбит на несколько периодов в течение суток. Называется эта практика полисном или мультисном.

Есть основной сон около двух часов ночью и ещё несколько коротких снов в течение дня по 15–30 минут. Когда энергия заканчивается, сплю 15 минут и встаю бодрым. Я живу по внутренним ощущениям, которые нельзя подстроить под ощущения других людей. Даже если я нахожу напарника, его цикл жизни отличается от моего. Поэтому в некотором смысле я такой одинокий волк.

Вы пробовали много практик: какая из них вам лично нравится больше? Или это зависит от периода в жизни?

Глобально, наверное, можно выделить четыре области практик: связанные с холодом, голодом, болью и повышенной физической нагрузкой. Они увеличивают ресурсность организма, их нельзя заменить друг другом, поэтому лучше комплексное воздействие.

Каждая полезна в определённых пределах: если сильно перейти допустимую грань, то можно как минимум сильно навредить себе.

На данный момент я больше использую холодовые практики: они оказались для меня проще в городских условиях.

Зимой я хожу без шапки и без тёплой одежды, в лёгкой ветровке, периодически выслушивая со стороны окружающих негативные реплики.

Говорят: «Нельзя ходить раздетым, заработаешь воспаление, потом будешь мучиться».

Слава богу, я в таком возрасте, что могу не обращать на это внимание и верить своему организму. Я знаю границы допустимого и стараюсь их не переходить. Уже два года я вообще не болею — это означает, что организм вполне справляется с такими дозами холода. Как только ошибусь, он даст сигнал, что не может больше, и я заболею.

При этом вы не делаете зарядку по утрам — не хватает самодисциплины или просто вам она не нужна?

Она нужна всем. Если человек не находится в движении, то превращается в тюфяка, который сам про себя говорит, что тяжелее ложки ничего в руках держать не может. В городе у современного человека больших нагрузок почти нет — передвижение от дома до работы и обратно, часто и это происходит на машине или общественном транспорте.

И как только человеку приходится испытать нагрузку чуть выше, например, залезть на гору или даже просто подняться пешком на девятый этаж, у него начинаются одышка, боль в боку и тяжесть.

Зарядка позволяет компенсировать этот недостаток движения.

Мне тоже не хватает дисциплины, поэтому нагрузку я добираю ударными дозами в экстремальных режимах. Например, прихожу на скалодром и час-два занимаюсь, до полной усталости. Экстремальный способ — менее щадящий для организма, но он всё равно лучше, чем полное отсутствие нагрузки.

Части и целое

Какая из ситуаций побудила вас заниматься этими практиками?

У меня к моим 50 годам уже не осталось целых частей тела: ломал ноги и руки, рвал мышцы, было два сильных сотрясения мозга, два компрессионных перелома позвоночника. Наверное, самый тяжёлый период реабилитации был у меня после перелома ноги в 2010 году — фактически он длился несколько лет. Тогда при жёстком падении с высоты малая и большая берцовые кости были раздроблены на осколки. Мне их собирали из кусочков, поставили пластину. Три месяца в гипсе и три года восстановления после этого.

Перелом позвоночника и порванная мышца на бедре на этом фоне мне дались достаточно легко. А вот оторванный палец на левой руке... Это было не очень тяжело физически: зашили, и через неделю я уже катал людей, надев на руку верхонку, чтобы никого не пугать. Но это был удар по мозгу. Первая потеря конкретной части тела. Я лишился части себя! Раньше были травмы, переломы, разрывы, но я не лишался частей своего тела.

Нужно что-то менять: сначала вселенная показывала это знаками, переломами и травмами, а тут она начала отбирать части тела.


Первая успешная реплантация конечности в России была проведена в 1973 году в ВНЦХ АМН СССР ныне ГУ РНЦХ РАМН им. академика Б. В. Петровского

Неизвестно, что будет следующей частью, нужно было переосмыслить отношение к опасности.

Вы часто помогаете людям с ограниченными возможностями, потому что врачи говорили, что вы сами не сможете ходить?

Официальная медицина после перелома ноги сказала мне, что я инвалид и полноценным человеком не буду никогда. Я не мог с этим согласиться, внутренний бунт был моей движущей силой. Начал собирать различные практики в медицинских центрах, у целителей, а потом развивал и улучшал их.

Занимался правкой тела. Часть этого опыта взята из тибетских и индийских практик. Они дают возможность стать гибче, растянуться, избавиться от боли. Есть некоторые тренажёры, которые я беру из официальной медицины. Например, петля Глиссона для вытяжения шеи. Я значительно изменил вес нагрузки, поэтому пришлось переделать и конструкцию, чтобы можно было выдержать.

За несколько прошедших после травмы лет я сумел практически полностью восстановиться, поэтому сейчас у меня есть уверенность в том, что многим людям с ограниченными возможностями можно расширить диапазон этих возможностей.

Колясочники могут вставать с колясок при определённых условиях. На это требуется время, настойчивость и готовность терпеть боль.

То есть боль воспринимается как лекарство?

В некотором смысле да. Холод, голод, боль — это три основных параметра, которые большинство людей воспринимает как безусловный вред, негативный фактор. Зачем испытывать боль и терпеть? Зачем осознанно не есть, если можно этого не делать? На самом деле в них есть и позитивная функция.

Многие вещи делаются через боль. Впервые я это услышал от реабилитологов, которые говорили: «Терпи. Будет боль, „звёздочки“ в глазах, слёзы, будешь орать и выть, как зверь, но если хочешь восстановиться и стать полноценным человеком — терпи». Я прошёл через это и полностью разделяю такую точку зрения. Если хочешь восстановить подвижность мышц, нужно понять, для чего это, и терпеть.

Если готов, можно сделать чудеса.

Укушенный небом

Все ваши травмы и боль связаны с экстремальными увлечениями. Почему вы их не бросаете?

Есть синдром первого полёта, и я бы сказал, что синдром первого падения тоже существует. Синдром первого полёта — это эйфория, которую испытывает человек, впервые оторвавшись от земли и ощутив себя свободной птицей. Ты получаешь крылья — нигде такого больше нет. Появляется ещё одна плоскость, и ты можешь перемещаться в трёх плоскостях. После эйфории происходит падение. Оно может закончиться травмой, а может пройти мягче.

Чаще всего люди уверены, что с ними такого не будет, потому что они осторожны. Хотят свободу, но без рисков. Так можно летать годами, но рано или поздно это случается. Взлетел, а погода неожиданно изменилась. Вопрос статистики: кто-то встречается с этим через месяц, кто-то — через год. От этого невозможно застраховаться.

Я тоже помню своё первое падение. У меня был слишком большой купол для моего веса и слишком спортивный для новичка. Приехал в посёлок Горный, взлетел с горки, лечу и слышу шуршание над головой. Поднимаю голову и вижу, что трети крыла надо мной нет: оно просто сложилось и болтается в воздухе. Когда тебе крыло велико, не по размеру, такое часто бывает. Оставшейся части крыла, конечно, хватает, чтобы лететь прямо и не очень быстро, но осознание сложения бьёт по мозгам: холодок, пустота в животе. Это выброс адреналина, перезагрузка мозга.

Что чаще всего влияет на прекращение или продолжение полётов после первого падения?

Взвешивание дальнейшего риска. На парапланах обычно летают взрослые состоятельные люди. У них, как правило, есть семья.

И вот человек сидит на земле и думает: «А если бы я разбился, что бы стало с моей женой и детьми». И некоторые после этого прекращают летать.

Но есть и те, кто не мыслит себя без полётов: после сложения они взвешивают на одной чаше весов жизнь и ответственность, которые несут, а на другой — эйфорию, которую даёт полёт. И принимают решение снова летать. Они уже не могут жить без этой порции адреналина.


Вакуумный матрас — средство для транспортной иммобилизации пострадавших с тяжёлыми травмами и повреждениями

Лет 10 назад один знакомый пилот из Барнаула неудачно приземлился, летая в Гималаях. Подвывих позвонка, защемление спинного мозга. Это был один из самых тяжёлых случаев в моей практике. Я участвовал в его эвакуации из Индии домой, встречал в аэропорту Толмачёво с вакуумным матрасом (у сопровождавших его медиков такого матраса не оказалось, а он очень облегчает перевозку).

Ему сделали операцию по декомпрессии позвоночника, но уже произошли необратимые изменения поэтому он стал инвалидом, не чувствовал нижней половины тела. Коляска, два года реабилитации. После этого у него начинает постепенно проявляться чувствительность. Ещё через год он начал ходить, а через полгода позвонил мне и сказал: «Саш, сейчас сижу на склоне — народ тут летает, я скоро тоже полечу». А сам ещё ходит еле-еле, хромает. Вот такие бывают истории.

Вы сказали про себя «укушенный небом» — откуда такое выражение?

Я его недавно вычитал. Термин «укушенный небом» достаточно точный для тех, кто после падения всё же решил получать новые дозы адреналина. Это тоже вид зависимости, я считаю. Например, от простого полёта на параплане я уже не испытываю таких эмоций и ищу их в каком-то другом спорте.

Чем серьёзнее риск, чем ближе подходишь к краю, тем больше доза адреналина.


Сверхчеловек — образ из произведения «Так говорил Заратустра» Фридриха Ницше для обозначения существа, которое по своему могуществу должно превзойти современного человека настолько, насколько последний превзошёл обезьяну

Адреналин — гормон стресса, действия. Это гормон сверхчеловека: он даёт организму возможность делать то, что обычный человек не способен. Например, когда автомобиль сбивает ребёнка и прохожий подбегает и поднимает машину, работает гормон. Это комплексное воздействие — все органы начинают работать по-другому. Если человек несколько раз испытал это, ему через некоторое время необходимо снова. В этом смысле адреналин ведёт себя как наркотик.

Сейчас я делаю это осознанно со своими клиентами — перезагружаю их мозг адреналином. Когда человек в полёте во время экстремального пилотажа некоторое время находится в состоянии сильного, но управляемого и контролируемого мной стресса, он получает очень большую дозу адреналина. Для многих эти эмоции являются самыми сильными если не за всю жизнь, то по крайней мере за последние годы. Выброс адреналина переворачивает жизнь в положительную сторону. Я почитал про адреналин и знаю, как он действует, на что влияет. Собираю информацию по крупицам, потому что такие практики в мире не распространены.

Судебный адреналин

Даже от недавней судебной истории, похоже, можно получить адреналин: вы выиграли суд, много нервов потратили?

Нервов много, и ещё будет много потрачено: я пока выиграл только одну статью, а впереди ещё три судебных дела.

Летом 2016 года ко мне приехали представители транспортной прокуратуры, объявили, что я летаю нелегально, и предъявили четыре административные статьи на общую сумму в 270 тысяч рублей. На мой взгляд, согласно действующему законодательству я их не нарушаю, но они считают по-другому. Начинаю судиться, мне выписывают штрафы, я их оспариваю. Тогда я запустил свой суд в медийное пространство и посмотрел, что происходит. Вышел сюжет на НТВ и публикация в «Российской газете». Скоро материалы появятся и в других СМИ.

Информационная волна — как лавина: если она пошла, то дальше движется уже самостоятельно.


Одна из статей, которую вменяют Александру, — часть 1 статьи 14.1.2 КоАп РФ («Осуществление предпринимательской деятельности в области транспорта без лицензии»)

Теперь, по необходимости вплотную столкнувшись с воздушным законодательством и изучив его, я хочу побороться и немного поменять правоприменительную практику. До 90-х годов было жёсткое советское законодательство: весь воздух принадлежал военным, поэтому частной малой авиации вне рамок ДОСААФ в этом пространстве не было. После был период до 2010 года: воздушное законодательство потихоньку начало меняться, но всё было полулегально, на грани.

А потом?

В 2010–2011 годах были внесены изменения в воздушное законодательство: летать стало можно везде, кроме закрытых зон вокруг аэропортов, которые относятся к пространству класса С. У нас таких два — аэродромы Толмачёво и Чкаловский. Всё остальное — пространство класса G: летай себе, пожалуйста. И мы пять лет спокойно летали баз каких-либо проблем и вопросов.

И тут на тебе, эта тяжба с прокуратурой. Сначала я проигрывал, но в октябре был переломный момент: мировой судья Железнодорожного района, внимательно разобравшись в материалах дела, вынес решение в мою пользу.

Стало понятно, что с прокуратурой можно бороться, оспаривать их решения.

После этого мне стали писать из разных регионов о таких же проверках. Возможно, дан приказ сверху, потому что все прокуратуры возбуждают дела по одной и той же схеме, по одним и тем же статьям. И зачастую необоснованно. Пилоты начали мне присылать свои протоколы, и я собрал уже уникальную статистику, в каких регионах какие дела возбуждены за последние годы. Единственной причиной возбуждения этих дел является то, что пилот летает сам и иногда катает пассажиров — деятельность, которая во всех странах мира является официальной и легальной.

Прокуратура считает, что летать не очень-то можно, а уж брать плату за ознакомительные экскурсионные полёты — точно нет. И можно сказать, что я ещё легко отделался: у меня хотя бы административная ответственность — большой штраф, а в некоторых регионах возбуждаются уголовные дела. Факт один, а статьи такие разные — на мой взгляд, это вообще недопустимо. Проведу аналогию с ПДД: допустим, ты проехал на красный свет — это административка и штраф, а тебе пытаются вменить уголовную статью, скажем, за изнасилование. Полный бред. Но такова наша российская действительность: ты проехал на красный свет, но в одном случае с тебя взяли штраф, а в другом — посадили на два года.

«Сверхчеловек» и «одинокий волк»?

Мне интересно пробовать и экспериментировать с экстравозможностями, которые выходят за рамки представлений обычных людей, но бренд сверхчеловека — это слишком амбициозно. Кстати, забавная деталь: я недавно был у одного известного нумеролога на мастер-классе, где мы по месту и дате своего рождения составляли собственную карту. У меня в дате рождения четыре шестёрки — 06.06.66. Когда посмотрели характеристики, выяснилось, что тип — маг-отшельник. Я с иронией отношусь ко всем этим оценкам, но какая-то доля правды в этом есть.

ВКонтакте
G+
OK
 
самое популярное
присоединяйтесь!