Новосибирский вирусолог Чепурнов рассказал, могла ли сотрудница иркутского института вынести чуму из лаборатории

Смерть сотрудницы Иркутского научно-исследовательского противочумного института Сибири и Дальнего Востока вызвала тревогу после сообщений о возможном заражении чумой. На фоне информации о введении противоэпидемических мер появились версии, что женщина якобы могла заразиться после аварии в лаборатории. Однако Роспотребнадзор сообщил, что у нее была диагностирована пневмония неустановленной этиологии, а расширенные исследования не выявили микроорганизмов, связанных с ее профессиональной деятельностью.

Всемирная организация здравоохранения также сообщила, что находится в контакте с российской стороной и предварительно оценивает риск для населения как низкий. При этом сама ситуация вновь заставила задуматься о том, насколько реально заражение сотрудника лаборатории особо опасными инфекциями и может ли он после этого незаметно вынести возбудитель за пределы учреждения.

Новосибирский вирусолог Александр Чепурнов рассказал Сиб.фм, как устроена система защиты в таких лабораториях и что происходит, если действительно случается авария. По словам спикера, помещения, где работают с особо опасными возбудителями, разделены на так называемые чистую и грязную зоны. Последняя изолирована от окружающей среды

«Эта грязной зоне должна быть защищена всеми способами. Это герметичная стена, ограждающая конструкция. И вентиляция построена таким образом, что внутри грязной зоны всегда немножко отрицательное давление», — объяснил Александр Чепурнов.

Это означает, что воздух из лаборатории не должен самопроизвольно уходить наружу. Он проходит через фильтры, а удаляемый — через несколько ступеней очистки. В помещениях с особо опасными условиями, по словам вирусолога, используются дополнительные уровни защиты. Отдельно контролируются стоки и твердые отходы. Их обеззараживают, а потенциально опасные материалы после обработки уничтожают.

«Таким образом окружающая среда полностью защищена от выхода возбудителя. Остается человек, исследователь, который может оказаться носителем этого всего безобразия и таким образом вынести исследуемый возбудитель и заразить окружающих», — отметил специалист.

Именно поэтому, объяснил Александр Чепурнов, контроль за самими сотрудниками является одним из важнейших элементов безопасности. Работников регулярно осматривают и измеряют им температуру. Перед входом в опасную зону проводится медицинский контроль, а при любых подозрительных симптомах сотрудник должен сообщить об этом руководству. Особенно если в лаборатории произошла авария.

«Если произошла какая-то авария, тогда исследователь немедленно должен доложить об этом либо руководителю подразделения, либо дежурному», — рассказал вирусолог.

После этого место происшествия обрабатывает специально подготовленный персонал. При необходимости используются защитные костюмы и дезинфицирующие растворы. Сам сотрудник проходит санитарную обработку, меняет одежду и покидает опасную зону через санитарный душ.

Далее этого человека осматривают медики, а ситуацию анализирует специальная режимная комиссия. В нее входят специалисты, которые оценивают характер происшествия и возможный риск заражения.

«Если есть хоть малейшее подозрение, человека отправляют в спецстационар», — сказал Александр Чепурнов.

Такой стационар, по его словам, предназначен в том числе для случаев возможного лабораторного заражения. Человек находится под наблюдением в течение периода, который определяется с учетом инкубационного периода конкретной инфекции.

Поэтому сценарий, при котором сотрудник якобы разбивает емкость с опасным возбудителем, заражается, никому ничего не сообщает и спокойно отправляется домой не соответствует установленному порядку работы таких учреждений.

При этом вирусолог также отметил, что рассказы о разбитой стеклянной пробирке не вполне правдоподобны..

«Вот то, что вы там слышали про разбитую пробирку , этого сегодня вообще не может быть. Потому что пробирка ушла в прошлое, наверное, лет 20 назад. Это действительно была очень опасная процедура», — рассказал он.

По словам специалиста, современные лаборатории используют специальные боксы. В более защищенном варианте это герметичные перчаточные боксы, внутри которых также поддерживается отрицательное давление. Все манипуляции с потенциально опасным материалом проводятся внутри изолированного пространства.

Однако Александр Чепурнов признает: полностью исключить человеческий фактор невозможно. Сотрудник может не заметить момент заражения или столкнуться с нестандартным развитием инфекции.

Он привел пример из собственной практики. По словам Александра Чепурнова, один из его коллег начал заболевать с необычно небольшой температурой — около 37,2 градуса.

«Когда в понедельник пришел, то он сразу же сообщил о том, что у него температура 37,2 градусов. Его взяли на контроль», — рассказал специалист.

В итоге сотрудник несколько дней оставался под медицинским наблюдением. Температура сохранялась, а затем появились дополнительные признаки заболевания. Но благодаря тому, что человек вовремя сообщил даже о незначительном изменении состояния, ситуацию удалось взять под контроль.

Именно поэтому, считает Александр Чепурнов, основная защита от возможной утечки опасной инфекции строится не на одном каком-то барьере, а на целой системе: изоляции помещений, фильтрации воздуха, обеззараживании отходов, защитной одежде, медицинском контроле и наблюдении за сотрудниками.