Несвежая кровь

 Интервью с политиками  25.08.2011, 06:10

Елена Шкарубо
журналист, соучредитель Сиб.фм
были упомянуты
Несвежая кровь
Иллюстрация Антона Белова

До выборов в Госдуму осталось меньше четырех месяцев. Уже дает интервью федеральным каналам коммунист Зюганов. Уже возвращаются на билборды плакаты «Правого дела» олигарха Прохорова. Уже ездят по Новосибирской области «колеса справедливости» — тоже понятно, от какой партии. А «Единая Россия» завершила общенародные праймериз — процесс, который в регионах употребляют исключительно в мужском роде и единственном числе. Чтобы понять настроение власти, корреспондент Сиб.фм опросил нескольких новосибирских чиновников и депутатов от «Единой России». Получив честное пионерское, что анонимность будет соблюдена, спикеры рассказали, как проходили эти самые праймериз, и куда, по их мнению, катится наша страна.

Вот объявил Путин Народный фронт. Как вы оцениваете эту инициативу? Как к ней отнеслись у нас, в Новосибирской области?

Официально провозглашается, что этот фронт необходим для поиска новых людей, которых включат на выборах в Госдуму в список «Единой России». Но у многих в головах большая путаница, если не сказать — каша. И до того была полная неясность — как быть, что делать, а сейчас тем более. Воспринимают, что будет некий список, в который можно попасть, не запятнав себя ни с одной из партий. Но это ведь не так. Народный фронт — попытка Путина избавиться от партийных бюрократов, которые всё «прихватизировали».


Путину просто нужна новая кровь, как и любому лидеру

Такая ситуация в мировой политике не является уникальной. Когда люди долго сидят в аппарате, они начинают давить всех вокруг. Конечно, их нужно менять. Но насколько будет удачна конкретно эта попытка — сложно сказать. А в Новосибирской области она идет согласно высказыванию Черномырдина — хотели как лучше, получилось как всегда. Собрались все те же самые лица и дружно присягнули на верность. Причем, обратите внимание, кроме самого Новосибирска тусовки-то больше нигде и нет. В районах области ничего не происходит. Все только на уровне верхов. В голову трудового народа эта идея не проникла, простым людям никакой разницы — есть Народный фронт или нет, они не видят, что таким способом могут быть решены какие-то их личные проблемы, и оттого не заинтересованы.

Был анекдот во время перестройки. Встречаются двое, один другого спрашивает, мол, как дела? А тот отвечает — как в тайге: верхи шумят, а внизу тишина. В начале 2000-х работало то, что появился новый лидер — молодой и энергичный Путин. А сейчас людям стало скучно, они наелись этим Путиным за десять лет, знаете как? К тому же, в современное время социальные ожидания растут куда быстрее, чем их материальное воплощение, и Народный фронт — не та идея, которая может свернуть все на своем пути. Но она показывает, что в рядах «Единой России» не все так гладко и спокойно и что на верхах ищут какие-то выходы.


Народный фронт — попытка найти один из выходов

В рамках Народного фронта звучала формулировка про народный бюджет. Для чего это нужно?

Это одна из политтехнологических фишек, причем — из Москвы. В Москве придумали, идея на уровне регионов не обсуждалась. Просто сверху запустили — вы должны это делать. Провозглашено, что люди, читай — народ, будут собираться и вносить свои предложения в бюджет, который на следующий год якобы должен сформироваться с учетом их пожеланий. Это сугубо популистская идея.

Почему?

Во-первых, бюджет уже сформирован. На три года вперед. И вносить туда коррективы очень сложно. Во-вторых, ну какие проблемы нужно решить, скажем, на уровне школы? Надо вставить окна пластиковые, отремонтировать кровлю, повысить зарплату. В больнице — отремонтировать кровлю, дать медикаменты, повысить зарплату. Если где-то что-то не делается, это не потому, что люди не знают, что в такой-то школе нет пластиковых окон, а просто потому, что денег не хватает. Это называется тришкин кафтан. И бюджет, напомню, сформирован.

Поэтому ничего не изменится. Ну, будут чиновники сидеть и слушать с умным видом, кивать головой, морщить лоб, записывать все. А ситуация примерно такая же, как у депутатов с наказами. Собирайте, говорят, наказы с населения. Собрали. И не знаем, что с ними делать. Потому что наказов всегда гораздо больше, чем денег в бюджете. И тут начинается. Люди упрекают — мы вам, товарищ депутат, давали наказ, так что вы идите и делайте теперь. А с другой стороны — денег-то на все нет.

И какого хрена мы тогда собирали эти наказы, если делать не собирались? Для показухи?

А все исходит от того, что в Москве это кто-то там придумал, спустил, а вы тут занимайтесь. По ходу самой выборной кампании таких идей будет множество, которые на уровне столицы, может, и красиво смотрятся, но без апробации спускаются в регионы, где начинается их беспорядочная трансформация. Все-таки, Москва — это другая планета по сравнению с Россией, Новосибирском и особенно селом.

Много ли таких идей спускается?

Я не член штаба и не приближенный. Но со стороны вижу, как они носятся в мыле. От них требуют много отчетов, постоянно какие-то видеоконференции, сейчас еще праймериз придумали. Там работа четко налажена, вал по валу, нал по валу, вот и прут эти инициативы. Это система полупроводника: в одну сторону все происходит, а как снизу реагируют — никого не интересует. А это очень плохо, на самом деле. Без обратной связи очень плохо. Надо это людям, не надо — много глупостей делается. Плюс система воплощения, которая упирается в бюджет. Можно столько всего придумать, но если денег нет, то откуда их взять?

300 миллиардов рублей в год должен составлять бюджет Новосибирской области, чтобы регион нормально развивался, сейчас он около 80

Вот взять, к примеру, наш областной бюджет. Если там заложено 60% на оплату труда учителей, врачей и всех прочих социальных работников, этот процент не изменить. В цифрах бюджет вроде большой, а когда начинаешь смотреть по категориям — он не такой большой, оказывается. И надо сначала выдать зарплату, прочие обязательные платежи провести, и остается совсем мало денег. А еще надо школу, больницу, дороги, стадионы, газ, третий мост и новую станцию метро. Но денег в любом случае не хватит.

Бизнес всегда сдает деньги на выборы. Насколько сейчас предприниматели заинтересованы работать с «Единой Россией», партией власти?

Деньги сдают, конечно, но они работают не столько с партией власти. Вообще, наши партии никакого отношения ни к чему не имеют, у них очень ограниченный круг деятельности. Хорошо, избрали мы Госдуму. Но что она решает? Законы принимает? Как эти законы в России исполняются, мы все хорошо знаем.

Недаром говорят, что строгость российского законодательства компенсируется необязательностью его исполнения.

Одно из самых главных требований во всем мире — чтобы парламент мог контролировать либо назначать и непосредственно участвовать в деятельности правительства. А у нас это привилегия президента. Из-за чего тогда весь сыр-бор? Госдума — большая декоративная корзина цветов. По всей стране пар выпустили, согнали якобы народных избранников, которые к народу имеют отдаленное отношение. Из 450 человек, более 300 с лишним — это москвичи, которые живут и трудятся в Москве. Люди сидят, штампуют законы, а на реальную политику оказывают крайне мало влияния. Совет Федерации с точки зрения простого человека вообще непонятно как формируется. Да и губернаторы, которых сейчас назначают, по большому счету тоже оторваны от народа. Это видно по их поступкам и поведению. А местный парламент, который утверждает «рекомендации» президента никогда еще не голосовал за другие кандидатуры. Там же не самоубийцы сидят.

Получается такая система, что публичная власть все больше и больше отдаляется непосредственно от народа. Люди сами по себе, верхи сами по себе. Когда приходят эти идеи — народный бюджет, праймериз — играйте. В каждой избушке свои погремушки. Идет театрализация политического процесса. Это большой театр. Шоу — иногда веселое, иногда скучное.

Лидер КПРФ Геннадий Зюганов сравнил Народный фронт с пиджаком, который власть надевает, когда надо отвечать за сделанные поступки. И такими пиджаками она пытается прикрыть зад перед выборами. Вы с этим мнением согласны?

По большому счету, он правильно говорит. Но это во всем мире так, только в Америке немного по-другому. Там есть одна большая партия власти и две фракции — демократическая и республиканская. Когда надоедает одна, пиджак выворачивают наизнанку, появляется другая. А принципиально ничего не меняется. Партия среднего и крупного капитала, которая решает свои вопросы.

Какие задачи стоят в Новосибирской области перед Народным фронтом и как они решаются?

Сначала обозначили определенное движение, мол, давайте объединяться. Потом выдвинули людей для участия в праймериз — 112 человек, примерно 50% от «Единой России» и 50% от представителей Народного фронта. Сформировали «институт» выборщиков — около пяти тысяч по всей Новосибирской области для работы на 14 площадках. Процедура — кто их выбирал и как — проходила странно, непрозрачно и очень быстро. Задавали вопрос — мол, а как будем выборщиков отбирать? В ответ — да мы их уже отобрали. Непонятно.


По итогам праймериз губернатор Юрченко набрал 4166 голосов, спортсмен Карелин — 3983, мэр Городецкий — 3956

Потом отдельная песня с подсчетом бюллетеней. Конечно, у всех вопросы — кто и как их будет подсчитывать. Процедура эта наверху, может, и понятна, а здесь — никто ведь не разбирается. Все это наводит на мысль, что работает режим корректировки. Ну и потом, вот прошли эти праймериз по всем регионам, ну, собрали бюллетени и отправили в Москву. А Москва сама будет определять, кого в итоге включить в предвыборный список. Она решает по своим, абсолютно непонятным никому здесь критериям. Даже если человек занял высокое место на праймериз, еще не факт, что он попадет в список. Что сработает в конечном итоге — никому не известно.

Как вы оцениваете высокие рейтинги губернатора Василия Юрченко и мэра Владимира Городецкого, которые они показали в ходе праймериз?

В Новосибирской области не так много лидеров и политиков, которые могли бы вокруг себя на неформальном уровне объединять людей. Не на бюрократическом уровне, я подчеркиваю. А то, как голосовали на праймериз за губернатора... Я не могу сказать, что он вдруг резко превратился в нравственного лидера в регионе. Это можно утверждать при очень богатом воображении. Или про Городецкого — да какой рейтинг? Все больше раздается голосов, что мэру пора сворачивать свою деятельность и идти на пенсию. Схема рассыпается потихоньку, по крайней мере, на городском уровне. И «Единой России», да что там — нам всем нужно найти такого человека, который бы всех консолидировал, не только чиновников. Чтобы молодежь, люди среднего возраста на него были сориентированы.

Сегодня вопросы политического характера замыкает на себе Алексей Хомлянский (первый вице-губернатор, руководитель избирательного штаба «Единой России» в Новосибирской области, — прим. Сиб.фм) или есть другие люди, которые определяют политическую стратегию здесь, на уровне региона?


Губернатор Василий Юрченко о своей победе на праймериз: «Это подтверждение того, что работа на посту губернатора положительно оценивается большим количеством людей»

Пытается замыкать, но сказать, что он полностью контролирует ситуацию, сложно. В нашем регионе много различных групп влияния. Не крупных группировок, а именно групп влияния на неформальном уровне. Чтобы ситуацию контролировать, с ними нужно постоянно вступать в контакт, вести разговоры, беседы, чем довольно неплохо занимался Алексей Беспаликов (бывший руководитель новосибирского отделения «ЕР», — прим. Сиб.фм). У Хомлянского такого нет. Отношения он выстраивает скорее аппаратные, бюрократичные, по принципу «начальник-подчиненный», а это не всегда приводит к хорошему результату. Все недовольства становятся латентными, переходят на скрытый уровень. Это опаснее, чем внешнее проявление. Когда болезнь загоняется внутрь, это плохо. Например, власть будет рассчитывать на поддержку людей, они начнут саботировать. Напоминает подготовку к выборам, когда собирают народ и начинается — вы должны, вы обязаны. Все сидят, кивают головой, а после этого дружно разъезжаются по морям, океанам, лесам, еще куда-то. И всем по большому барабану — вам надо, вы и занимайтесь. Это скрытая форма ответа. Я не хочу сказать — открытого саботажа.

Как, по-вашему, у губернатора Василия Юрченко есть полное видение того, что происходит в регионе в части политических отношений и общественных протестов?

Проблема в том, что губернатор должен быть политиком. Не только по внутреннему состоянию, но и по образованию, по предыдущей деятельности. А когда из огня в полымя, это очень сложно. Если даже человек искренне хочет и старается, он должен еще и понимать многие вещи. Мне кажется, проблема нынешнего руководства заключается в сильной недооценке происходящих процессов. Как, например, получилось с пенсионерами. Губернатор говорит — я не буду идти на поводу у того-то, я могу сказать «нет». Прекрасно, хорошее качество, на самом деле. Только почему «нет» надо говорить пенсионерам? Почему нельзя сказать «нет» монополистам — от транспорта, энергетики, еще чего-то там?

Мы сидим в высоких кабинетах, и порой кажется, что как мы скажем, так и будет. Указ подпишу — солнце встанет, а не подпишу — не встанет.

Это не совсем правильно. С пенсионерами так и получилось. Я не думаю, что губернатор сильно хотел, чтобы начались митинги и протесты. Можно, конечно, делать вид, что никого акции протеста не интересуют и не волнуют, но это тоже неправда. Ведь это хороший повод для всех конкурентов сообщить Москве, что Новосибирск не является надежным центром стабилизации. Это недооценка ситуации, непонимание общественно-политических процессов. «Мы сами не знаем и других слушать не хотим». Отсюда возникают вот такие проблемы.

Аналогичная ситуация получилась на выборах весной в Оби, Бердске, Куйбышеве. Вовсе не обязательно было проигрывать эти города. Ни в Куйбышеве, ни в Оби нет никаких центров для притяжения оппозиции. Там просто были внутренние и недалекие разборки, этого можно было бы избежать. В Бердске можно было работать иначе. Просто опять недооценка. Если это продолжится, то на выборах в Госдуму тоже, возможно, получится не тот результат, который хотелось бы видеть.

Что сегодня является главной проблемой, на ваш взгляд, в плане отношений между народом и властью?

Одна из таких проблем — идет процесс сильного недовольства властью как таковой. Неважно, что делает Иванов, Петров или Сидоров. В целом власть плохая и это очень активно поддерживается, особенно в электронных СМИ, на бытовом уровне, в кругах интеллигенции. Задайте себе вопрос — кто является опорой для голосования? Кто искренне и убежденно пойдет у нас в Новосибирске говорить, как надо делать. Это очень серьезный вопрос. Кто? Учителя, врачи, пенсионеры? Молодежь, крупные промышленники, строители? Это не значит, что все стройными рядами пойдут против. Проблема в том, что надо пойти «за». А кто пойдет?


Проект ледового дворца спорта с искусственным льдом в Черепаново получил приз зрительских симпатий в конкурсе проектов «Народный бюджет»

Сколько скандалов с пенсионерами, дольщиками, точечной застройкой, с бюджетниками — постоянно. А что мы слышим в ответ? Мы строим третий мост. Это прекрасно, это необходимо и нужно, но это не снимает других вопросов. Проблема в том, что, несмотря на информационные технологии и кучу подконтрольной прессы, нет надлежащей обратной связи. Не хотят воспринимать. Даже если слушают людей, не хотят делать так, как хотят люди. Идет навязывание сверху. Это тоже неправильно. Я депутат городского совета, я в системе много лет, но даже меня это все достало. Можно представить, что другие говорят, если у людей в системе такое отношение?

Как ситуация может измениться — сверху, снизу?

Если в целом по стране итоги выборов будут не очень хорошие, могут врубить механизм корректировки. Ведь у нас весной будут другие выборы, более важные. Могут сделать выводы. Россия тем и отличалась, что у нас все изменения, реформы и революции всегда были сверху. Когда снизу — это самые нежелательные последствия для всех нас. Мало кто этого хочет.

Конечно, не хотелось бы говорить, но у нас — увы, нет надежных механизмов гражданского общества, где можно свободно обсуждать, высказывать свои идеи, делиться представлениями. Беда многих журналистов в том, что они сводят все к борьбе между «Единой Россией», КПРФ... Это ерунда, на самом деле. Если вы поговорите с трезвомыслящими руководителями КПРФ, они скажут то же самое, ведь они тоже находятся в системе, они ее часть.

Как вы оцениваете реальную поддержку партии власти обществом без «корректировок»?

Любую власть всегда поддерживает где-то треть населения. Какие-то проценты поддерживают при необходимости. Я думаю, где-то в районе 35-40% — вполне реальная цифра для нас. Но беда в другом. Если мы говорим о партийных вещах, если даже кому-то не нравится «Единая Россия», а за кого еще голосовать? Все социологи отмечают уникальный момент — при падении рейтингов «Единой России» рейтинги других партий не растут. Проценты упали, а никуда не пришли.

44,74% по партийным спискам набрала «Единая Россия» на последних выборах в Законодательное собрание Новосибирской области

А куда они делись?

Во внутреннюю эмиграцию. Такой термин был у диссидентов в 60-70-е годы, когда противники действующей советской власти не могли уехать за границу и уходили во внутреннюю эмиграцию. То есть, занимались своим бытом, культурой, чем-то еще — песни пели, стихи писали и не вникали ни во что происходившее. Здесь то же самое происходит.

Чем это грозит?

Самое страшное будет, если начнется процесс загнивания общества — тот застой, который мы переживали с конца 70-х. Была полная апатия, власти что-то говорили, но это никого не волновало. Да делайте вы, что хотите. Придумали себе игрушку — ну играйте, это ваше дело. А мне надо огород копать, картошку сажать, детей воспитывать, учебники покупать, пиво пить. Полная апатия у общества.

И понятно, почему это происходит. Люди просто не получают подкрепления своих социальных ожиданий. И начинается — опять обдурили, обманули, пообещали и не сделали. Даже если никто ничего не обещал. Восприятие такое просто. Раз меня обманули, значит, я вам тоже ничего не должен.

Мы говорим сейчас о среднестатистическом человеке. А давайте возьмем малый и средний бизнес. Наиболее активные люди, которые хотят, могут работать и зарабатывать, заведены в такую ситуацию, когда просто начинают выть. О коррупции и поборах разве что ленивый не говорит. Успешно работает только бизнес под крылом власти или с ее участием. Это тоже все видят, понимают и раздражаются. Поэтому никто в добровольном порядке не бежит и не поддерживает власть. Зато все больше бизнесменов, которые — кто-то в открытую, кто-то тайно — начинают финансировать оппозицию. Если вы спросите, зачем — скажут, а, надоело все. Это тоже не очень хорошо для общества и страны, когда люди начинают делать что-то на эмоциональном уровне, спонтанно. Потому что попадают в ситуацию безысходности. Опять же, при поддержке власти с Нового года выросли налоги, люди все завыли. Строили планы, еще что-то, а тут раз — опять такая ситуация.

Как, по-вашему, в преддверии выборов выглядят другие политические силы?

Я думаю, «Справедливой России» вообще будет тяжело. Сейчас Миронов потерял свой ресурс, денег у него и раньше не особо много было. Спонсоров поубавится. Возникает вообще вопрос — наберут ли они 7%. Вполне возможно, они наберут 5%, он получит свое место депутатом Госдумы и на этом «Справедливая Россия» закончится как проект, а человек останется при делах, такая почетная пенсия. Что касается ЛДПР, то Жириновский, как хороший студент. Стабильность — признак мастерства. Свои проценты, думаю, он возьмет. У него налаженный механизм, есть своя корпорация, которая его обеспечивает всем.


КПРФ хочет исключить из партии Егора Лигачева — свой символ. Если они до этого дойдут, будет полный каюк!

КПРФ каких-то мозговых вывертов не показывает. У них очень серьезная проблема — они практически полностью ликвидировали и московскую, и питерскую организации, и красноярскую, и челябинскую, и в Поволжье. Фактически они превратились в корпорацию, которая не хочет брать власть. Им очень удобно, уютно в оппозиции — находиться там на хороших, высокооплачиваемых должностях, критиковать, ругать. И нет никакого желания бороться за власть. Хотя при этом Зюганов говорит много полезных, правильных и нужных вещей. Но опять же — декларация и действия — это совершенно разные вещи.

Что касается «Правого дела», это, мне кажется, проект одной из властных группировок, которая не совсем поддерживается другими. Поэтому говорить о том, что они получат режим наибольшего благоприятствования — мне очень сложно. Они получат какие-то преференции, но не сильно большие и сказать, что они гарантированно займут места, на данный момент, очень сложно. Действий с их стороны серьезных пока нет, кроме нескольких интервью самого лидера, все остальное остается на местечковом уровне. Хотя время еще есть. А если рассматривать это как сугубо политтехнологический проект, то для того, чтобы получить 10-15%, нужно месяца за два начать массированную кампанию по телевидению, интернету. Причем отсутствие ячеек партийных ни о чем не говорит, они могут только вредить, пользы от них может быть и никакой. В общем, выборы ни к каким глобальным изменениям нас не приведут, вся интрига лишь в том, сколько получит партия власти.

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
Комментарии

Редакция Сиб.фм призывает к конструктивной и взвешенной дискуссии по теме опубликованного материала. Недопустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство, содержат призывы к агрессии, оскорбления любого характера, либо не относятся к теме публикации. Редакция не несёт ответственности за содержание комментариев.

публикации по теме
самое популярное
присоединяйтесь!