Чужое сердце

 Как кардиохирурги помогают богу  31.10.2011, 08:19
были упомянуты
подходящие темы
Чужое сердце
Фотографии Андрея Ксенчука

Восемнадцатого октября в Новосибирске пошёл первый снег, в театре оперы и балета в вечернем спектакле за пульт встал кандидат на роль главного дирижёра, а профессор Александр Чернявский сделал две плановые операции на сердце. «Знаешь, чем отличаются бог и кардиохирург? — рассказал анекдот корреспонденту Сиб.фм один из лучших хирургов Сибири. — Тем, что бог не думает, что он кардиохирург».

Друг сердечный

1,5 часа жил пациент, которому впервые в 1964 году пересадили сердце животного

В клинике Мешалкина трансплантации сердца происходят несколько раз в году. Впервые такая операция, выполненная Александром Чернявским, состоялась здесь в 2007-м. Это была первая успешная трансплантация органа за Уралом. Сегодня пересадки главного мотора человеческого организма выполняют два хирурга — Чернявский и директор НИИ, член-корреспондент РАМН Александр Караськов. Последняя трансплантация состоялась в минувшем августе. Пациент уже выписался из больницы, вернулся домой — в одну из деревень Новосибирской области.

Вместе с Александром Чернявским поднимаемся на четвёртый этаж. Здесь находится операционная, где предстоит провести плановую кардиохирургическую операцию. В просторном зале прохладно — всего 18 градусов. Такая температура внешней среды необходима для сохранения «открытого» сердца пациента. Медсёстры, чтобы не простудиться, кутают шеи в импровизированные розовые и голубые шарфики, напоминающие детские пелёнки. Но, говорят, все равно простужаются.

Замечаю музыкальный центр — иногда под настроение оперирующая бригада слушает новости, ретро или джаз. Работают все стоя, за исключением только одного человека — перфузиолога. Он отвечает за искусственное кровообращение, к которому сейчас подключен пациент. По прозрачным трубкам, протянувшимся к операционному столу, циркулирует кровь.

— Иди поближе, — говорит Чернявский, замечая, что я не тороплюсь увидеть самое главное. Собираюсь с духом, заглядываю за простыню цвета морской волны. Хирург поддержал за спину — мало ли, вдруг в обморок упадет незакалённая журналистка.

Впервые в жизни я вижу живое человеческое сердце.

В широком кратере раскрытой грудной клетки оно, как вечный двигатель, перекачивает литры и литры крови. Мне показывают некоторые его поломки. Пациент на операционном столе — потенциальный кандидат на пересадку. У него ишемическая болезнь сердца и за плечами два инфаркта миокарда. Но пока врачи пытаются изменить ситуацию с помощью пластики левого желудочка и аортокоронарного шунтирования.

2000 долларов стоят именные очки хирурга Сергея Альсова

Что приводит людей к необходимости заменить их родное сердце на чужое? По словам хирурга, две основные патологии: ишемическая болезнь и дилатационная кардиомиопатия, которая возникает как следствие какой-нибудь инфекции. Например, в виде осложнения после элементарного гриппа или ангины, перенесённых на ногах.

— Один такой пациент сейчас находится у нас в клинике на искусственном сердце, — приводит пример профессор. — Офицер армии, 30-летний мужина, пробегал 50-километровые маршброски в действующей части. И вдруг стал немного задыхаться. Кашлять начал, его лечили от бронхита. А спустя некоторое время он не только ходить — лежать не может. Когда он попал к нам, то уже буквально умирал на глазах. Практически экстренно мы имплантировали ему искусственное сердце.

Чернявский утверждает, что технически пересадка не слишком сложна.


Новосибирский НИИ патологии кровообращения
им. Мешалкина — один из крупнейших в России центров трансплантологии, второй по объемам пересадок сердца

— Важно всё правильно, красиво, быстро пришить, — говорит доктор.

Самое главное затем — послеоперационное ведение пациента, хорошая иммуносупрессивная терапия, профилактика вирусной инфекции. Вспомнилась самая сложная — третья трансплантация. 26-летняя пациентка из Красноярска уже год жила на искусственном сердце — срок для этого запредельный. Другого выхода не было — девушка просто погибала от сердечной недостаточности.

— Когда нашелся донор и она оказалась на операционном столе, мы обнаружили страшный спаечный процесс, — говорит Александр Чернявский. — Все настолько сплелось, что не удавалось выделить сердце, различить границу между легкими — это был единый ком. Донорский орган уже привезли, он стоял несколько часов в операционной, и была угроза, что мы выйдем за те пределы, которые допустимы для сохранения сердца (извлеченное сердце донора должно быть трансплантировано в течение 3-6 часов, максимум, до 9 часов, — прим. Сиб.фм).

— Тогда, — продолжает Чернявский, — мы приняли нестандартное решение. Через периферические сосуды подключили аппарат искусственного кровообращения, охладили тело пациентки до 16 градусов — эта возможность дается в течение часа — отключили аппарат, слили кровь, высекли искусственное сердце и собственное сердце девушки по кусочкам (потому что по-другому не получалось), завели аппарат искусственного кровообращения и сделали трансплантацию. С тех пор, с 23 декабря 2007 года, прошло четыре года. Девушка жива, периодически приезжает на плановые обследования и звонит по праздникам.

Выживаемость людей, в груди которых бьется чужое сердце, составляет десять лет в 50% случаев.

Остальные живут меньше. Самая большая летальность — в первый год. В клинике Мешалкина она составляет 25%, то есть пяти из 20 пациентов уже нет.


Мировой рекорд по продолжительности жизни с пересаженным сердцем держит Тони Хьюзман — он прожил более 30 лет и умер от рака кожи

— От чего умерли? — повторил вопрос хирург. — Одна из пациенток от молниеносного отторжения. Она жила в деревне Алтайского края и почему-то перестала принимать препараты, подавляющие иммунитет. А это вынуждены делать люди с трансплантированными органами всю жизнь. Когда ее привезли в клинику, врачи диагностировали острейшее отторжение. Женщина не принимала лекарства всего неделю! Другой пациент с Дальнего Востока умер от вирусной пневмонии. Еще один — от саркомы Капоши, которая развивается на фоне иммуносупрессивной терапии.

Но в общей статистике бывают и исключения. Хирург знает пациента, который живет с чужим сердцем 25 лет. История эта в какой-то степени курьезная, страшная сказка со счастливым концом. Двадцать семь лет назад ещё Валерий Шумаков — отец российской трансплантологии и первый, кто в Советском Союзе пересадил сердце, трансплантировал орган пациенту из какой-то глубинки. Тот выписался после операции и... исчез. Его искали, но безуспешно. Все думали, что умер. Прошло 25 лет — вдруг тот появляется. Появляется, потому что заболел: во втором его сердце развилась ишемическая болезнь и стенокардия, и он хотел его подлечить. Все это время человек не принимал никаких препаратов — настолько идеально совместимым оказался трансплантированный орган!

Подарок от всего сердца

Как совершают трансплантации сердца? Надо начать с того, что такие операции предсказать невозможно. В любое время дня и ночи (примерно за 12-14 часов до пересадки) может раздаться звонок в клинику и руководитель городского центра трансплантационной координации Сергей Астраков сообщит о потенциальном доноре. Это значит, что в один из четырех донорских пунктов — как правило, в больницу скорой помощи — поступил пациент с ожидаемой или наступившей смертью мозга.

С этого момента действия медиков разворачиваются в двух направлениях, как при параллельном монтаже в кино. Центрами притяжения в них являются донорский орган и реципиент — человек, которому предстоит пересадка. Руководит группой забора в клинике Мешалкина Сергей Альсов, заведующий кардиохирургическим отделением аорты и коронарных артерий, сердечно-сосудистый хирург.

— Начинается целый каскад мероприятий, которые, впрочем, не гарантируют, что в финале состоится трансплантация, — восстанавливает последовательность действий Сергей Альсов. — Первое, в 60-70% случаев потенциальный донор будет забракован еще до выезда нашей бригады. Чаще всего виной тому опасные инфекции, передающиеся через кровь. Например, гепатит, сифилис, ВИЧ. Если донор стал жертвой аварии, то часто его органы сильно повреждены и по этой причине тоже не пригодны для пересадки.


Первую пересадку сердца в СССР совершил хирург Валерий Шумаков 12 марта 1987 года

Кто попадает в число доноров? Участники аварий в меньшей степени по описанным выше причинам. Чаще это жертвы полукриминальных обстоятельств, пострадавшие от удара по голове. Иногда — люди, погибшие от инсульта. Важное условие — донор должен быть молодым. Если почки пересаживают и от 70-летнего донора, то сердце — максимум от человека в возрасте 45-50 лет. Чем он старше, тем выше риск возрастных поломок в его моторе. Трансплантировать необходимо здоровое сердце.

— Если на этом этапе всё удовлетворительно, на клиническую базу выезжает наш кардиолог и специалист ультразвуковой диагностики — необходимо оценить функцию сердца, его размеры и вес донора, — объясняет Альсов. — Нельзя, условно говоря, сердце хрупкой девушки пересадить стокилограммовому пациенту — оно просто не потянет. Разница в весе пары донор-реципиент должна составлять не более 15-20%. По этим же причинам сердце мужчины чаще подходит женщине и реже — наоборот.

Одновременно в клинике идет работа по подбору реципиента из числа тех, кто значится в листе ожидания. Ежегодно в списке на трансплантацию находится 38-42 человека (ограничение по возрасту до 60 лет). Все это люди, которым по прогнозам врачей не прожить больше года, и которым не помогут другие операции. Далеко не все доживают до появления своего спасительного донора. Примерно одна треть листа обновляется ежегодно.

Подбирая подходящего реципиента, первым делом исключают тех, чья группа крови не совпадает с группой крови донора.

Оставшихся анализируют на предмет совместимости — для этого в клинике хранят образцы сыворотки пациентов. Последний этап — типирование. Смешивают лейкоциты донора и плазму реципиента. Если возникают антитела, а лейкоциты начинают погибать, налицо несовместимость. Орган может быть трансплантирован только тому, у кого с донором наивысшая совместимость — когда в идеале из 100 лейкоцитов выживает 100 или, хотя бы, не менее 95-98.

Как только специалисты убедились в полноценности донорского сердца и ему найден реципиент, на базу выезжает бригада реаниматологов. Они должны поддержать нормальные параметры функционирования организма потенциального донора до тех пор, пока в течение шести часов специальный консилиум врачей трижды не проведет протокол констатации смерти мозга. Этот набор простых, но эффективных методов позволяет определить жив мозг или погиб. Как правило, после второй такой процедуры в клинике Мешалкина начинают собирать хирургическую бригаду: время в деле трансплантации очень дорого. И вот, подписан разрешительный акт, обязательно в присутствии судмедэксперта. Чтобы сердце погибшего ожило в новом организме и оживило нового человека, за него берется Сергей Альсов.

— Это не просто с морально-этический точки зрения, — признается хирург. — Если вы увидите донора, он ничем не отличается от других пациентов. Он как бы дышит (это делает аппарат искусственного дыхания), у него стучит сердце, работают системы выделения. Но при этом кора головного мозга необратимо погибла. Воскресить человека невозможно. В данной ситуации важно помнить о том, что кому-то новое сердце подарит новую жизнь.


Во Франции не продадут байк без завещания владельца на использование его органов в донорских целях в случае гибели

Для забора органа на некоторых донорских базах в реанимации выделяют небольшую комнату. Работать нужно быстро, но качественно, потому что одним движением ножниц можно совершить непоправимое.

Сердце останавливают, извлекают и поддерживают в таком состоянии, чтобы затем запустить, применяя специальные растворы и низкие тепературы. Орган помещают в особый контейнер-холодильник, маркированный нашивкой красного цвета (для почек цвет нашивки желтый, для печени — зеленый). Стенки контейнера — из теплоизоляционного материала. Внутри пластиковые хладоносители. Сердце помещают в несколько целлофановых пакетов — с консервантом, со льдом. Невольно приходят ассоциации: иглу, на кончике которой жизнь, спрятать в яйцо, яйцо в утку и так далее по тексту сказки...

Контейнер доставляют в клинику Мешалкина прямо в операционную. После предварительной подготовки сердца (освободить от лишних тканей и жира, разделить сосуды) Альсов подносит его в лотке хирургу, показывает особенности органа, снимает перчатки и идёт домой. На этом его роль закончена.

— Люди, которым пересадили сердце, интересуются, от кого оно им досталось? — спрашиваю врача.

— Нет. Да и зачастую это неизвестно. Даже в истории болезни написано: «пересажен от неизвестного донора, на вид 35 лет...» Тело умершего человека без документов и без объявившихся родственников по закону принадлежит государству, которое вправе распоряжаться некоторыми органами в пользу донорства.

Поднимите руки, кто...

Тема медицинская неизбежно перешла в тему проблем трансплантологии. Об этом же говорил и Чернявский: донорские органы — дефицит даже для такой клиники, как ННИИПК.

— Мы не выполняем госзаказ по трансплантологии, потому что нам нечего пересаживать, — признается Александр Чернявский. — Пациенты наши погибают, не дождавшись операций.

Нет такой политической воли руководства региона, чтобы трансплантология стала общедоступна населению. Кому-то это, может быть, невыгодно, не знаю.

По крайней мере, меня пригласили 19 ноября на Совет Федерации доложить об обстановке с трансплантологией в Сибири. И я всё это там буду рассказывать.


Около 60 тысяч пересадок сердца сделано в мире

Проблема существует и «в головах» населения, где находится пресловутая «разруха» по-булгаковски. Для примера хирург рассказывает о недавнем съезде трансплантологов в Новосибирске, где врачи и студенты мединститута сначала слушали доклад главного трансплантолога страны Сергея Готье, затем смотрели фильм о людях, которым в клинике Мешалкина пересадили сердце, потом и сами пациенты выходили на сцену, благодарили за вторую жизнь. И тогда Готье обратился в зал и попросил поднять руки тех, кто бы не возражал против донорства собственных органов в известной ситуации. Руки подняла одна пятая аудитории.

На прощанье задаю Чернявскому вопрос, который мог бы показаться странным, если бы речь шла о другом каком-нибудь органе. Но доктор ничуть не удивился такому вопросу.

— Что такое сердце? — задумывается он. — Конечно, можно сказать, что это такой мышечный мешочек, который перекачивает кровь. Но этого слишком мало. Вы любите — сердце поёт. Вы страдаете, плачете — сердце болит. Волнуетесь или радуетесь — учащённо бьётся. Замираете — и удары его аж в ушах звенят.

Вы чувствуете страх — сердце замирает. Вы испытываете жалость — сжимается.

«Я люблю всем сердцем», «ненавижу всем сердцем», «я открываю сердце». Порой непонятно — это литературные или медицинские выражения?


Читайте
этот репортаж
на английском

Сердце обеспечивает способности человека ко многим вещам. Например, не каждый может стать разведчиком. На это не способен тот, у кого сердце сильно реагирует на катехоламины — оно начинает трепетать. Такая профессия доступна только тем, у кого во время реакции на стресс сердце ритмично сокращается. Для выяснения этого есть специальные тесты. Сердце — это орган, который олицетворяет собой в целом жизнь.

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
Комментарии

Редакция Сиб.фм призывает к конструктивной и взвешенной дискуссии по теме опубликованного материала. Недопустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство, содержат призывы к агрессии, оскорбления любого характера, либо не относятся к теме публикации. Редакция не несёт ответственности за содержание комментариев.

публикации по теме
самое популярное
присоединяйтесь!