Улыбаемся и пашем

 Невыносимая легкость программирования  6.04.2012, 07:06

Даша Жданова
старший специалист по связям с общественностью
подходящие темы
Улыбаемся и пашем
Фотографии Романа Брыгина

Как команда российских разработчиков может конкурировать на мировом рынке, почему у индийских программистов лучше пиар, можно ли добиться от сотрудников эффективной работы без суровой дисциплины и звериной серьёзности — ответы на эти вопросы корреспонденты Сиб.фм искали в офисе новосибирской компании Sibers, занимающейся разработкой программ для иностранных заказчиков.

Академгородок, монументальные серые коридоры Вычислительного центра. За поворотом обнаруживается пролёт, в котором на двери наклеены цветные таблички, а вдалеке виднеются уютные диванчики. Это крыло почти полностью принадлежит Sibers.

— Там, дальше по коридору, еще какая-то лженаука обитает, они мысли читают на расстоянии. Мы их про себя «космонавтами» называем, — объясняет нам Аня Таскаева, директор по маркетингу Sibers.


Впервые в России термин «лженаука» был употреблен в 1840 году по отношению к гомеопатии

Sibers — компания по разработке программного обеспечения. Её основали выпускники мехмата Новосибирского госуниверситета, которые поискали работу, напросились в американскую компанию, а потом открыли в Академгородке её российское отделение. На заре существования Sibers приходилось искать заказы, идти на уступки, делать что-то почти бесплатно. Главным было — получить хороший отзыв, чтобы привлечь новых заказчиков. Сейчас компания — один из лидеров рынка аутсорсинга, и может позволить себе капризничать и выбирать клиентов. Российские при этом чаще всего отсеиваются: работать с ними очень трудно.

— С русскими процесс согласования занимает очень много времени. А потом оказывается, что нужно сделать сайт-визитку, или вдруг заказчик решил, что с тобой работать не будет, — рассказывает Алексей, директор по производству Sibers.

— Каждый шаг требует какого-то невероятного количества согласований, бумаг, — продолжает Аня. — При этом бывает так, что мы общаемся с заказчиком, считаем, что он компетентен принимать решения по проекту, а потом оказывается, что у него есть ещё супербосс, который вообще всё это не так видел.

Русским нужно обязательно приехать, сходить в баню, ресторан, делать какие-то приседания месяцами.

С американцами гораздо проще: они могут поговорить полчаса по Skype с менеджером, и проект тут же стартует.

— Грубо говоря, американцы заказывают разработку, как будто в интернет-магазине что-то купили. И продолжают заниматься своими делами, — добавляет Алексей. — У нас другой менталитет. Ещё не доросли до этого.

За время своего существования компания выполняла заказы из самых разных стран, и нигде, кроме России, не требовалась бумажная версия договора. В американском суде подписанный контракт, отправленный по электронной почте, является основанием для работы.


Индусский код — жаргонное нарицательное название для программного кода крайне низкого качества

— Мы любим русских, которые много лет назад уехали в Америку. Это отличные клиенты: с широкой русской душой, но при этом уже нет этой зашоренности, этого страха перед тем, что меня сейчас все обманут, — считает Аня.

На вопрос о том, насколько русские программисты лучше всех остальных, Алексей отвечает, что в общей массе наши лучше, учитывая, что Sibers приходится переделывать проекты за индийскими кодописателями. Правда, иностранным заказчикам о талантах русских чаще всего приходится только догадываться.

— Когда человек решает, кому заказать айтишную разработку, он думает прежде всего об Индии, Пакистане, может быть, Украине. И очень мало о России, — объясняет Аня. — У нас нет популяризации таких возможностей на государственном уровне. Вот индийское правительство вкладывает кучу денег в то, чтобы весь остальной мир думал, что программирование надо заказывать в Индии.

Масштабный государственный пиар инноваций на международной репутации никак не отражается.

— Что такое инновации, я вообще не понимаю, — говорит Аня. — Хотя само слово на слуху, конкретным участникам этих шевелений подобный пиар даёт преимущества только в наших государственных грантах и фондах. А вот за рубежом понятие «innovations» не может ассоциироваться с продвинутостью российских разработок и умов — для этого нет предпосылок. Пока правительство этим целенаправленно не занимается, построить репутацию IT-страны за рубежом очень трудно.

Есть, правда, и положительная сторона невнимательности государства:


10% программ, предназначенных для вооруженных сил и силовых структур США, компании-производители заказывают в России

— Если государство решит поддерживать аутсорсинговые компании, то чиновники же и здесь найдут кормушку. А пока занимаемся своим делом, никто к нам не лезет, — говорит Алексей.

За время существования компания сменила несколько названий и стала независимой от заокеанских коллег, но западные принципы работы сохранились.

— Когда работаешь с Америкой, перенимаешь всю эту легкость: она вроде неформальная, но очень результативная, — рассказывает Аня.

«Эта легкость» выражается во всем. Пока мы беседуем на диванчике в столовой, сотрудники компании неспешно приходят и уходят, неторопливо наливают себе чай и едят печенье. Ни о каком дресс-коде речи нет. Более того, иногда, по рассказам Ани, некоторые сотрудники, поиграв нагишом в настольный теннис (отдельная комната для тенниса здесь тоже есть), прогуливаются по коридорам с обнаженным торсом.

Демократические принципы в компании оберегают: мы общаемся 22 февраля. На следующий день у всей страны выходной, потом — трудовая пятница, потом — ещё два дня отдыха. Но только не здесь.

— Мы проголосовали и решили, что у нас завтра будет рабочий день, а потом три дня выходных. У нас и Новый год всегда по своему календарю, — уточняет Аня.


В Бишкеке есть Американский университет в Центральной Азии и Кыргызско-Российский Славянский университет

Мы сидим в офисной столовой. Кроме почтового ящика для жалоб и предложений, на стене висит что-то очень похожее на огромную раскраску. На самом деле это выполненный в виде таблички календарь с праздниками и юбилеями проектов, клиентов компании и сотрудников — он универсальный, так что переделывать в следующем году не придется.

В самом офисе на стенах — рисунки, весёленькая надпись: «Улыбаемся и пашем!». В одном из кабинетов до весны стоит елка, под которой, оказывается, принято пить портвейн и есть груши. А потом её сжигать.

Одна из главных достопримечательностей — партнёрский сертификат Microsoft: красивая табличка с наклеенным задом наперёд текстом. Аня рассказывает, что когда в Sibers получили этот шедевр китайской промышленности, его «сразу же прихватизировали админы» со словами: «Microsoft не может без багов».

У Sibers несколько офисов. Один — в центре Новосибирска, его открыли специально для сотрудников, которые много лет ездили в Академгородок, чтобы сэкономить им два часа в день. Есть офис в Барнауле и даже в Бишкеке, где, оказывается, много ценных IT-кадров: там много вузов, часть из которых финансируется Россией, а часть — США. Сотрудники очень любят ездить в гости к коллегам в солнечную Киргизию, тем более что бишкекский офис находится в трехэтажном особняке.

— Бассейн этим летом купим, а лужайка, розарий большой, там уже есть... — мечтательно перечисляет Аня.

42 тысячи рублей средняя зарплата программиста в Новосибирске

Вообще всё, что мы видим на территории Sibers, явно контрастирует с квадратно-гнездовой архитектурой вычислительного института. Но, оказывается, у Sibers есть причины остаться верными зданию ВЦ:

— Нас здесь любят и ценят, всегда идут нам навстречу. В остальных местах у нас офисы в бизнес-центрах класса «А», но в 9 часов охрана всё закрывает. Да и, например, банку пива на работу там никто не пронесёт, — смеётся Аня.

— А у нас всё либерально очень, — поддерживает Алексей, — мы можем хоть всю ночь сидеть.

Действительно, в половине второго дня в офисе ещё не все сотрудники: график тут по-настоящему свободный.

— У разработчиков есть вещи, которые они должны сделать за определённое время. Когда они это будут делать — их дело. Главное, чтобы это было мало-мальски предсказуемо для менеджера проекта, — рассказывает Аня.

— Есть какое-то общее время с трёх до пяти, когда должны присутствовать все — время, чтобы организовать общие встречи команд, а также, например, отметить дни рождения коллег. Хотя не скажу, что это прямо уж так железно соблюдается, — добавляет Алексей.

Самый ценный ресурс для IT-компании — это люди, поэтому с талантливыми специалистами стараются начать работать как можно раньше.

— У нас есть программа стажировки. Вчерашний выпускник, не имея никакого опыта работы, может прийти и за месяц плотного общения с наставниками научиться всему, чтобы претендовать на уровень junior-вакансий, — говорит Аня.


Исследование Миннесотского университета показало, что свободный рабочий график положительно влияет на здоровье, психологическое состояние работника и увеличивает производительность труда

Sibers уже заключили договор с Новосибирским государственным техническим университетом (НГТУ) о сотрудничестве, так что его студенты теперь могут проходить практику в компании. Руководство Сибирского государственного университета телекоммуникаций и информатики (СибГУТИ) просит сделать именную стипендию от компании, а лидеры технических команд уже планируют влиять на вузовскую программу.

— В НГТУ и СибГУТИ большую активность проявляют сами факультеты, — объясняет Аня. — В Новосибирском госуниверситете несколько другая позиция, особенно с факультетом информационных технологий, потому что он появился, в том числе, благодаря Intel и Parallels, с которыми теперь очень плотно сотрудничает и куда студенты идут по накатанной дорожке.

По словам Ани, в СибГУТИ сейчас очень хороший уровень студентов, преподаватели заинтересованы в том, чтобы студенты писали интересную дипломную работу, а не делали трёхстраничную отписку.

— А у нас в НГУ научные руководители до сих пор обижаются, если начинаешь заниматься чем-то, кроме института, — замечает Аня.

Напоследок Аня ведёт нас в музей Sibers. Музей пока представляет из себя небольшой застеклённый шкафчик, в котором красуются рельса из Томска, первый ноутбук учредителя компании, наручники, оригинальный бюст Ленина и свидетельства корпоративной клептомании — меню и таблички из разных заведений. Самые яркие музейные экспонаты остались от корпоратива в Каракане с тематикой майя.

— Нам исполнялось 13 лет, и выяснилось, что число 13 счастливое в двух культурах — у евреев и майя. Решили сделать корпоратив в стиле майя, — рассказывает Аня.

Все корпоративы сотрудники организуют сами — пару раз нанимали профессионалов, но те не смогли прочувствовать тонкую душу айтишников, и получилось не очень.

Перед нашим уходом Аня, взяв с нас обещание не публиковать информацию до выхода корпоративного журнала, рассказывает последнюю новость: вот-вот у компании откроется офис в Таиланде — не для того, чтобы нанимать тайских программистов, а чтобы отправлять туда сибирских сотрудников: загорать без отрыва от производства.

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
Комментарии

Редакция Сиб.фм призывает к конструктивной и взвешенной дискуссии по теме опубликованного материала. Недопустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство, содержат призывы к агрессии, оскорбления любого характера, либо не относятся к теме публикации. Редакция не несёт ответственности за содержание комментариев.

публикации по теме
самое популярное
присоединяйтесь!