Рыбный день

 На что клюют те, кто запускает нельму в реку  7.06.2012, 07:05
были упомянуты
подходящие темы
Рыбный день
Фотографии Романа Брыгина

Этой истории могло и не произойти, если бы один новосибирский бизнесмен, владелец крупной строительной компании, не был рыболовом-любителем. Возможно, однажды он весь день просидел, глядя в бесплодной надежде на поплавок, но так ничего и не выловил. И тогда вместо того, чтобы просто смотать удочки, решил: если рыба не идёт к нему, то он сам придёт к рыбе. Спустя три года корреспондент Сиб.фм стал свидетелем запуска пяти тысяч годовалых особей нельмы — одной из ценных пород сибирской рыбы — в Новосибирское водохранилище.

Алтайский филиал ООО «Новосибирский рыбзавод», окружённый полями и лесами, находится в 15-ти километрах от Камня-на-Оби. Рядом только поселок Новоувальский с десятком дворов, где живут пенсионеры. Въезд на территорию в 166 га преграждает железный шлагбаум, а дальше — заполненные водой прямоугольники искусственных прудов, пустующие водоёмы, поросшие густой зелёной травой, система водоснабжения, работающая на электричестве.

60 килограммов рыбы и морепродуктов съедает за год японец, 20 кг — француз, 10 кг — россиянин

Нехитрое хозяйство построили в 60-х годах прошлого века одновременно с Новосибирской ГЭС — пополнять запасы ценных пород рыб, которых после запуска гидроэлектростанции становилось всё меньше. До перестройки рыбопитомник активно работал, а затем постепенно заглох. В течение пяти лет здесь была мёртвая зона, наводящая тоску на малочисленное население.

Но три года назад о ней вспомнили. Известный новосибирский бизнесмен Алексей Джулай выкупил питомник. Конечно, одного его желания вернуть в сибирские реки ценную рыбу было бы мало. Помогли две структуры: департамент природных ресурсов и охраны окружающей среды администрации Новосибирской области и Западно-Сибирский НИИ водных биоресурсов и аквакультуры. Так деньги, власть и наука вместе смогли сдвинуть дело с мёртвой точки.

Проведя 3,5 часа в дороге, мы приехали в рыбопитомник, чтобы увидеть, как запускают в Новосибирское водохранилище 5 тысяч годовалых особей нельмы — особо ценной породы сибирской рыбы, занесённой в Красную книгу.

Промышленный отлов этой рыбы прекращён и запрещён. На рынке нельма появляется иногда, и стоит безумных денег: в виде балыка — 1500-2500 рублей, а свежезамороженная — от 500 рублей за килограмм.

Директор Сергей Глушко ведёт нас к пруду, где уже открыли шандоры, чтобы нельма перекочевала в канал, соединяющий водохранилище. Он рассказывает, что в природе с каждым годом маточные стада сокращаются, рыбы становится все меньше. Виноваты неблагоприятная экология и браконьерство.


В 2011 году улов рыбы и морепродуктов в России превысил 4 миллиона тонн, 45% из них — минтай

— Рыбу вылавливают в больших количествах в период нереста, — объясняет он. — Идёт глобальное сокращение сиговых. Нерестятся они осенью: в мае стартуют в районе Обской губы, а к октябрю рыба должна подняться в Алтайский край и отложить икру. Новосибирская ГЭС преградила ей путь, и лет десять-пятнадцать назад сиговые нерестились на приплотинном участке. В последние годы только единичные экземпляры нельмы, муксуна, пеляди поднимались в Алтайский край. Инкубация у них длительная — почти полгода. Икра находится в воде 190 дней, и всё это время высок риск того, что она будет съедена хищниками или погибнет в естественных условиях. Мы пытаемся восстановить ценные породы рыб, все они краснокнижные.

На маленьком деревянном мостике, над медленно мелеющим прудом стоит главный рыбовед Юрий Кузьменко.

— Косяком пошла, — говорит он нам, нависая над водой. Маленькие серебристые рыбки сопротивляются течению, тормозят перед тем, как оказаться в канале. Годовалая нельма весит около 100 граммов.


Взрослая нельма может достигать 1,3 метра и веса до 50 килограммов

Нам рассказывают — рыба очень нежная. Перепад температуры воды всего в один-два градуса может её погубить, при жаре в 24 градуса рыба перестаёт питаться, ну а если нельму подержать несколько секунд в руке, на её коже образуется ожог.

И всё же нынешний «рыбопосадочный материал», как его здесь называют, весьма жизнестойкий, в отличие от месячных рыбёшек или личинок, рискующих мгновенно быть съеденными сородичами.

Раньше так и делали — в 2011 году в Новосибирское водохранилище запустили около 10 млн сиговых — 8 млн икринок пеляди, 1 млн подрощенного месячного малька муксуна, 0,5 млн личинок и подрощенного малька нельмы.

Впервые за много лет нельму здесь выращивают до годовалого возраста — со времени, когда эта нельма была икрой, проходит около двадцати месяцев. Мальки перезимовали, подросли, и, по мнению специалистов, их шанс дорасти до половозрелых особей и дать потомство — 75-90%. Кстати, у нельмы этот возраст начинается с пяти лет, у стерляди — с восьми, а у осетра и вовсе — с 18-ти.

Сейчас в прудах филиала ждут своего часа ещё 1 млн мальков муксуна, 1300 стерлядок и сазаны.

— На днях мы едем в Тюмень — закупаем сибирскую стерлядь и сибирского осетра, — делится дальнейшими планами Сергей Глушко. — Нам бы 100 миллионов — но не дадут! Думаю, 30 миллионов выпросим. Мы планируем доинкубировать эту икру, подрастить и вселить в пруды Новосибирского рыбзавода. Затем подрощенных особей отпустить в водохранилище — чтобы была гарантия значительного результата.

Перевозят закупленную живую икру в специальных контейнерах, где она лежит на рамах, как соты в улье — во влаге и прохладе.

1 миллион икринок — это 8-9 килограммов, одно ведро. Из такого ведра получается 10 тонн, например, пеляди. В 2011 году миллион живых икринок стоил 40 тысяч рублей, а в 2012 — до 150 тысяч.

Поэтому не получилось купить 50 миллионов, как планировали. Приобрели только 20.

Кстати, покупать икру сибирской рыбы, которой когда-то кипели реки, приходится в самых непредсказуемых местах. Сергей Глушко рассказывает, что сейчас они пытаются создать свой подвид озерной нельмы. Завезли рыбу из Санкт-Петербурга — там она живёт в озерах. Есть надежда, что адаптируется и в Новосибирском водохранилище.


С 1 января 2013 года вступает в силу новая рыболовная политика Евросоюза

Обского муксуна также закупают в городе на Неве. Самое интересное, что рыбы этой породы изначально в Ленинграде не было. В 70-х годах мальков муксуна купили в Новосибирске и запустили в свои озёра.

— А сейчас они его банкуют на всю Россию! — добавляет Сергей Глушко. — Обского муксуна мы едем покупать к ним — потому что у нас его нет, заготовить негде.

И вот пруд обмелел, нельма отправилась в Новосибирское водохранилище. Нас кормят обедом в конторе питомника — обычном деревенском доме с печью. Среди угощений — рыба, малосольная сёмга из магазина. Сапожник без сапог.

— А для себя хоть немного выращиваете свою прекрасную рыбу?

— Это нереально, — машет рукой Сергей Глушко. — Очень большие затраты. Рыба растёт, требуются всё большие площади. Очень дорого. Наша задача — восстановить исчезающие виды, повысить поголовье в природе, сделать доступной всем. Отдачу должны чувствовать люди. Мы выпускаем рыбу в водоёмы общего пользования, то есть любой гражданин имеет право поймать её законным путём и узнать, что такое свежая нельма, стерлядь или муксун.

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
Комментарии

Редакция Сиб.фм призывает к конструктивной и взвешенной дискуссии по теме опубликованного материала. Недопустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство, содержат призывы к агрессии, оскорбления любого характера, либо не относятся к теме публикации. Редакция не несёт ответственности за содержание комментариев.

публикации по теме
самое популярное
присоединяйтесь!