Вокруг Аннапурны: путь за облака

 Как пройти пешком по горам Непала и встретить конкретных русских йогов  20 июня, 13:50

Алексей Гамзов
журналист
подходящие темы
Вокруг Аннапурны: путь за облака
Фотографии Алексея Гамзова

Корреспондент Сиб.фм Алексей Гамзов продолжает свой травелог о путешествии по Азии — в этот раз из Непала.

Непал. Если посмотреть на карту — самая прямоугольная страна в мире. И при этом — с единственным в мире непрямоугольным флагом: два треугольника, как половинка ёлки. Страна — противоречие! Здесь солёный чай, сладкие пельмени и не мычащие, а весьма грозно рычащие коровы. Здесь разнообразен рельеф, удивительна природа, примечателен житель.

Вопреки стереотипу, только половина страны — в горах. Зато уж сразу в Гималаях. Одним концом Непал упирается в Эверест и делит его с Китаем. Другим — в Канченджангу (это третья вершина мира) и делит её с Индией. Ещё несколько восьмитысячников расположились внутри границ, включая десятую вершину мира, Аннапурну. Вокруг неё проложен туристический маршрут: самый трудный из популярных, самый популярный из трудных. Сложный рельеф: от 800 метров над уровнем моря до 5 400 — и снова почти на уровень моря. Полный маршрут — от местечка Бени до сельца Беси-Саар — тянется на 140 километров и занимает от десяти дней до двух недель: зависит от подготовки.

Аннапурна в переводе с санскрита — «дарующая пищу». Это богиня такая, аватар «Матери земли». Другие воплощения этой богини: сеющая смерть Кали, Лакшми, Сати, супруга Шивы Правати (мама небезызвестного Ганеши со слоновьей головой). В общем, какую крупную богиню индусского пантеона ни возьми — будет аватаром Аннапурны.

Веду к тому, что понятие «дарующая пищу» оказалось относительным.
За две недели я сбросил около семи килограммов.

Не ел хлеба и мяса совсем (их почти нет в продаже, а если есть, дико дорогие). Аппетит пропал: сначала из-за жары, потом из-за акклиматизации, потом из-за усталости. Если при этом идти вверх под рюкзаком... Вот и рецепт идеальной фигуры. Можно таким образом поход вокруг Аннапурны порекомендовать всем желающим похудеть.

32% достигает уровень смертности альпинистов, пытающихся покорить Аннапурну, десятую по высоте вершину мира

Риск и непомерный труд: лайт-версия

Сразу обозначим степень подвига. Пройти вокруг Аннапурны сложно, но этот путь не требует специальных умений. Шаг за шагом по тропе проходят и бабушки, и подростки. Пыхтят, матерятся под нос, ноют — а потом улыбаются до ушей: смогли! Да ещё и к прекрасной культуре по дороге прикоснулись.

В горных селениях — всё как сотни лет назад: тот же камень стен, узкие улочки, святилища — гомпы. Причина — труднодоступность. Буквально всё сюда привозит или мул, или человек на своих плечах. Тропки узкие, караваны людей и животных длинны, попадаются альпинисты и даже велосипедисты. Трудно поверить, но вокруг Аннапурны действительно устраиваются велопробеги, вот только велосипеды почти всё время участникам приходится тащить на плечах. А ведь местным ещё и скот надо перегнать с пастбища на пастбище!

Вот и образуются на козьих тропках козьи пробки. Никуда от заторов не деться даже в горах.

Мимо всего этого великолепия я несколько дней поднимался к высочайшему перевалу Торонг-Ла. По обрывам, над пропастями... Водопадов высотой в сотни метров встречалось столько, что уже и внимания на них не обращаешь, пока не плеснёт он тебе воды за шиворот. А ведь в иных местах любой из этих низвергающихся потоков был бы весомой достопримечательностью!

Высота росла. Пальмы сменялись хвойными, попалась даже пара родных берёзок, потом и их не стало. Дрова становились редкостью. На высоте 3 500 метров — последний относительно крупный населённый пункт — Мананг. С древности он почти не изменился: серая крепость на серой скале. Тут «восхожденцы» проходят акклиматизацию перед последним броском вверх.

Из развлечений — единственный видеосалон с надписью «VEDIO», в котором одна видеокассета с фильмом «Семь лет в Тибете».

Посмотрев на Брэда Питта, остальное время тратишь на изучение окрестностей. Неподалёку есть невероятного цвета ледниковое озеро — одно из самых высокогорных на планете. А в восьми часах пути — самое высокогорное! В Гималаях всё — самое-самое.

А выше без стадии «альпийских лугов» последние сосны и ёлки перешли сразу в камни и лёд. Ночи стали страшно холодными, дышать стало трудно. День штурма — до предела насыщенный: за 15 часов нужно подняться на 1 300 метров, затем спуститься на 1 800. У самого гребня уже тяжеловато (надо было больше времени посвятить акклиматизации, крепнешь задним умом). Одышки нет, но при продвижении вверх почему-то всё происходит медленно-медленно, как под водой. Плюс головная боль, точно такая же, как с похмелья. Симптом снимается обезболивающей таблеткой, и идёшь как идётся. Торопиться в этом случае — последнее дело.

Ветер свирепствует, хочет сдуть в пропасть, как былинку. Вокруг высятся вершины за 6 000 метров, а кажутся невысокими холмами — сам-то я сейчас ненамного ниже их. Циклопический склон по левую руку таит опасность лавины. Мне повезло, а в октябре 2014 года она всё-таки сошла. И несколько десятков туристов забрала с собой.

Опасно, зато такого синего неба внизу не увидеть. И не выпить такого вкусного (с мороза-то!) чая. Да-да, на Торонг-Ла нет домов, но есть таверна. Кабатчики живут в палатках, топят снег для чая... А за перевалом через пару дней пути — уже цивилизация. Можно отъесться, погреться на солнце. Есть дорога, по ней ходят джипы и рейсовые автобусы. Сложилось впечатление, что эти юркие машины пройдут даже туда, где спасует внедорожник. Мало того, в этом районе Гималаев есть два аэродрома.

Самолёты садятся, за пару минут буквально выкидывают пассажиров — и скорее снова в небо, за новыми, с равнины.

Взлетел с крошечной площадки — и сразу в ущелье, лавировать между гор, бороться с вихревыми потоками. Эти трассы — одни из сложнейших на свете, честь и слава непальским пилотам.

Ода самостоятельности

Как выглядит типичный турист на треке вокруг Аннапурны? Рюкзак, костёр, гитара наперевес и боевая подруга? Забудьте, это не наш традиционный стиль. Обычно это высокий дородный блондин. На пузе у него фотоаппарат, за спиной — рюкзачок величиной с мячик для регби.

Перед туристом вышагивает гид. Он решает, сколько идти и куда, когда отдыхать, когда есть, на что стоит взглянуть, а что пропустить. Он нанят ещё в Катманду, его полагается кормить, гостиницы тоже указывает гид (и, кстати, имеет с этого неплохой процент).

Позади идёт носильщик, porter. Вот где все вещи высокого блондина. Человечек размером с принцессу Лею тащит баул размером с двухкамерный холодильник «Бирюса».

Кормить его не полагается. Жить в одной гостинице с хозяином ему запрещено. Стоят его услуги за 16 дней похода столько же, сколько один стейк в средней руки ресторане.


Свыше 1 300 горных вершин на территории Непала покрыто снегами

Смущает даже не то, что европеец-демократ считает такую ситуацию нормальной. Двойные стандарты — реальность. Белому мистеру, получается, на роду написано эксплуатировать, а туземцам — ишачить на «бвану». Смущает то, что потом этот блондин напишет в своём сетевом дневничке: «Я покорил! Я штурманул! Я поднялся! Я герой!»

Что сказать по этому поводу? Да не уподобимся. Гид не нужен. Не маленькие. Сторгуйте «километровку» района за 150 рупий в Катманду или Покхаре. Сильно заблудиться невозможно. Подъём вдоль одной реки, перевал, спуск вдоль другой реки. Часты деревушки, хутора, объекты сервиса, идут люди: есть у кого спросить дорогу. Я сбился один раз, потерял полтора часа времени и немного сил. Зато на тех диких склонах, куда занесло, в охотку попел песен. С гидом такого не было бы. Я бы его стеснялся.

Носильщик не нужен тем более. Во-первых, «не считово». Вы бы ещё вертолёт наняли, а потом хвастались. В-вторых, вам не понадобится ни еда, ни спальник, ни палатка, ни пенка — ничего из обычных туристских тяжестей. Через каждые несколько километров на тропе стоят гостиницы, урочища, приюты. Кровати, одеяла в любом количестве, столовые с разнообразной пищей, душ. Чем выше — тем дороже еда и дешевле жильё. Гостиницы разнообразны, но подобны в названиях: «Як и Йети», «Супер моунтин вью», «Гринпис», «Мирная», «Привет».

Самая забавная была в Джомсоме: «Джими Хендрикс». Каждый номер посвящён какому-либо герою рока. Мне достался Мик Джаггер.

Даже у перевала вы не потратите больше 10 долларов в день. Фактически вам нужна только одежда и мелочи — ну семь кило. Ну восемь... Незаменимой вещью оказался кипятильник и ёмкость для кипячения. Почти в каждом селении я находил жильё с розетками (хоть это и было нелегко). А это значит — кипячёная вода, в которой вы уверены, к тому же бесплатная. Это лапша быстрого приготовления и неограниченный чай. Это — жизнь!

Лапшички и шоколада, наверное, стоит немного запасти на равнине. По дороге будет в разы дороже, а весит немного. Нужна также хорошая обувь. Обязательно нескользящая. У перевала глубокий снег, обледенелая тропа покато обрывается в пропасть, достаточную, чтобы сделать из вас в конце полёта манную кашу.

В горы как «в люди»

8 из 14 вершин мира выше 8 000 метров находятся в Непале

Обычно в горы уходят отдохнуть от людей, а тут наоборот получается, к людям. Пройти вокруг Аннапурны — не только себя показать, но и других посмотреть, что местных, что неместных.

Непалец похож на зятя, о котором мечтают мамы девушек. Он работящ, практически не пьёт и не курит, а играет и соревнуется только на интерес. Зато как он играет! От зари до зари, самозабвенно. Одна забава — на вид что-то среднее между чапаевым и аэрохоккеем, по правилам — близко к бильярду, и так и называется — карамболь. Режутся также во что-то, напоминающее нарды, но с доской, расчерченной куда сложнее, чем пуля для преферанса.

Это в городках, а на селе мужчин в возрасте от двух до восьмидесяти сводит с ума стрельба из лука. На соревнования выходит вся деревня, снаряжение всё самодельное. Никаких скидок на современные нормы: стрелой запросто можно убить. Исход стрельб решает совет самых мудрых. Хорошо, что непальцы крайне незлобивы.

Возможно, виной тому всё примиряющий буддизм? В Гималаях он вытесняет равнинный индуизм. Это видно по саму облику селений.

Вечный Первомай: флажки, флаги, флажищи... Присмотревшись, понимаешь, что это испещрённые надписями и рисунками молитвенные полотнища.

Порядок цветов и слов строго определён. Религия настолько въелась в быт, в строй мыслей и в образ действий деревенского непальца, что совсем не осознаётся как что-то отдельное. Помимо религиозного эффекта — эстетический: деревни напоминают величественный парусный флот.

В пик сезона, говорят местные, через перевал ежедневно проходят две сотни человек. Это осенью, но в марте — не больше тридцати. Видел и австралийцев, и канадцев, и европейцев разных наций. Французы были самыми правильными — бодрый вид, быстрый темп — они бы и на Алтае в компании сибиряков не затерялись.

Больше всего на треке евреев и немцев. Отрадно было наблюдать, как они собираются у буржуйки, вечером, в урочище, и мило беседуют практически в обнимку. А на стенах столовой на германо-израильские посиделки взирают местные непальские символы — свастики и шестиконечные звёзды. Немного сюрреалистично.


163 вида животных, 474 вида птиц, 1 226 видов растений содержатся в национальном парке Аннапурны

Как же насчёт наших соотечественников? Есть. Ира из Питера встретилась, узнала соотечественника по надписи «Сплав» на рюкзаке. Зиму провела в Индии, после похода собралась на время домой — узнать, нет ли хорошей работы.

Егор, «русский из Киева», автостопщик. Я спускался с перевала, он поднимался. В заповеднике был без разрешения (а пермит, надо сказать, стоит аж 20 долларов), обходил стороной полицейские посты и намеревался описать этот опыт на сайте «Академии вольных путешествий». Следим...

Девчушка Светлана, омичка, весёлая и хорошая, топала с гидом. С ней не смогли поехать друзья, а в одиночку она штурмовать перевал не решилась. Жаль.

А ещё в одном гестхаусе на стене была надпись: «Х...». Прослезился: всюду жизнь.

Последние встречи со славянами оказалась самыми забавными. Рассказ о них можно озаглавить

Разговоры у источника

Спустившись с перевала на высоту полтора километра, путешественник оказывается в поселении Татопани. Это уже отнюдь не суровый край. Здесь курорт, растут апельсины и всё очень дорого по местным меркам. Главное украшение села — горячие источники. Купальни посетить просто необходимо. Обжигающая ванна возвращает к жизни, смывает пыль, обновляет мозоли.

В купальнях компанию вам составляет разнообразная публика. Рано утром это были, кроме меня, несколько тибето-непальцев и два европейского обличья йога. Йоги были как настоящие: ожерелья, браслеты, хитро уложенные волосы, аккуратные бороды, поджарые и гибкие тела. Один был огненно-рыжий, второй громогласно поучал случайных сокупальщиков на ломаном английском, напирая на слово «прана». Те посмеивались.

Оказалось, что йоги русские. Поздоровались. Поучающий йог, конечно, тут же принялся поучать и меня, ведь на родном языке это делать куда сподручнее. Обрисовав в общих чертах мою греховность и возможность спасения физического и морального, он перешёл к теории солипсизма и сказал, что всё вокруг мне только кажется, в том числе и он. Ну, тут уж я не удержался и говорю:

— Дружище, если бы ты мне казался, ты был бы блондинкой с третьим размером груди!

Ответ был неожиданным, как развязка коана:

— Слышь, ты за базаром следи!

Йог расстроился и ушёл нырять в холодную речку по соседству, чтобы остыть и не портить карму. На плече у него сверкнула татуировка: парашют и надпись «За ВДВ»... Рыжий йог, молча всё это наблюдавший, внезапно спросил меня:

— В Питере давно был?

— Не очень, — отвечаю.

— Как там «Зенит» поживает, интересно...

И загрустил.

Разговоры с фанатиками всегда немного удручающи. Хорошо, что вечером была совсем другая беседа в той же самой купальне. Это был бодрый пожилой мужчина с седой бородкой. Мы виделись дня три назад: я отдыхал под скалой, а он шёл мимо и фотоохотился на орлов.

Разговорились. Оказался словенец, Станислав, из Любляны. Поблагодарил за возможность попрактиковаться в подзабытом русском языке. Рассказывал о путешествиях: Монголия, Гоби, Арал...

— В Азии, — говорит, — очень мало криминала. Карму блюдут. Единственное исключение — Филиппины. Ужас как грабят! А почему? Потому что католики. Я и сам католик, но говорю, как есть.

— Интересно, — отвечаю. — А у нас в России вот ортодоксальная церковь, а не католическая...

Тут словенец и говорит:

— Это, друг, совсем неважно, католик человек, ортодокс, индус или буддист.

Есть мораль, она выше любой религии, и она у каждого одинаковая.
Человек должен быть хорошим, вот и всё...

На том и порешили.

ВКонтакте
G+
OK
 
самое популярное
присоединяйтесь!