3 балла
+3 °C
Курс ЦБ:
60,86
75,4

Необдуманный и хаотичный

 О дорисованном Новосибирске, промышленности страны на фотографиях и «Бэтмене»-доминанте  1.11.2017, 12:25

Лана Зайцева
smm-менеджер ГПНТБ СО РАН
подходящие темы
Необдуманный и хаотичный
Фотографии Славы Gelio Степанова

Слава Gelio Степанов известен фотографиями городских панорам, сделанных с высоты птичьего полёта. На фестивале «Книжная Сибирь» в ГПНТБ СО РАН прошла его творческая встреча «Город в фокусе». Корреспондент Сиб.фм поговорил с ним о фотоаппарате как пропуске на необычные объекты, имидже Новосибирска в фотоальбомах и онлайн-метке «Где Слава?»

Слава, ты поднимался высоко вверх и спускался глубоко вниз — побывал там, где не ступала нога обычного жителя Новосибирска. Например, ты снял завесу тайны с новосибирского метрополитена. Но подземная тема не слишком развилась в твоём творчестве. Почему?

Я никогда не думал, что стану фотографом.

Для меня то, что я делаю, — это удовлетворение чувства бесконечного любопытства.

1082 публикации в Instagram-аккаунте Славы Степанова на момент выхода публикации

Сколько себя помню, меня всегда интересовало, как всё функционирует. Мой дед по профессии инженер-мостостроевец. Также он участвовал в строительстве метро. Может, эта черта у меня от него. Я мечтал прокатиться в кабине машиниста, походить по тоннелям метро. Это был просто мальчишеский интерес. А фотоаппарат стал пропуском, позволившим пройти в запретные места и увидеть интересные объекты. В течение нескольких месяцев пришлось вести переписку с управлением метрополитена, чтобы получить разрешение на съёмку в метро, а в ФСБ в это время проводили по мне проверку.

Фотография Ланы Зайцевой


Сейчас дом по улице Семьи Шамшиных, 20 является самым высоким зданием в Новосибирске, его высота вместе со шпилем — 102 метра

Говорят, что ты обладаешь особой психологической устойчивостью, которая помогает выбить разрешение на съёмку у госорганов. И чтобы получить разрешение на съёмку в метро, ты чуть ли не каждый день проводил в приёмной начальника Новосибирского метрополитена в надежде попасть к нему на приём. Тебя не пускали. И вот, опять обнаружив тебя в приёмной, Владимир Кошкин сказал: «Разрешаю ему провести съёмку в метро, чтобы только я его больше не видел».

Это миф. В то время я работал рядом с управлением метрополитена и действительно ходил туда, чтобы получить разрешение, но только не каждый день. Да и на приём к Кошкину просто невозможно было попасть: к нему не пускали.

На самом деле всё началось с моего интереса к тогда ещё самому высокому зданию в городе на улице Коммунистической.
В народе его называют «Бэтмен».

Это было, когда я учился на первом курсе СГУПСа. Я мечтал увидеть с его крыши Новосибирск. В управляющей компании мне сначала ответили категорическим отказом: сказали, что там, в башне, находится какое-то оборудование ФСБ, поэтому нужно получить разрешение и от них.

Новосибирск, «Бэтмен»

Новосибирск, «Бэтмен»

Новосибирск

Я решил не отступать от своей мечты, а делать навстречу ей маленькие шаги. Недели две я настойчиво обивал порог ФСБ, сказал, что я от студенческой газеты «Кадры транспорту» и мне нужно сделать панорамную фотографию для статьи о застройке города, а это единственное место, откуда хорошо видно Новосибирск. В итоге мне дали доступ на крышу.

Я думаю, что я им попросту надоел. Кстати, в метро меня пустили тоже, потому что я им надоел. И на ГЭС, и на ТЭЦ по этой причине.

А как строились твои отношения с профессиональным сообществом фотографов?

Я никогда не выстраивал с ними отношения. Я был дизайнером, делал рекламные макеты, видеопродакшен, разрабатывал логотипы. В мои обязанности входила обработка фотографий. У меня была зеркалка, и дальше автомата я не двигался, вообще не пользовался настройками, потому что не знал их. После съёмок приходил домой и «дорисовывал» фотографию с помощью фотошопа.

Кстати, на эту тему есть ещё один миф. Почему Новосибирск на твоих фото очень красивый? Потому что ты берёшь небо какой-нибудь сказочной страны и вставляешь его на фотографию с Новосибирском. Это так?

— Да, это правда: всю рекламу вырезаю, провода вырезаю, дома подкрашиваю, трещины убираю, небо, как правило, «с морей».

С погодой в Новосибирске во время съёмок не всегда везёт, поэтому закаты и рассветы тоже дорисовываем. Никто и не замечает. Если мы посмотрим на старые открытки Новосибирска, то увидим, что подход тот же самый. Там тоже исторической достоверности мало. Это известный способ.

Екатеринбург

Екатеринбург

Екатеринбург

Многие урбанисты выступают за то, чтобы сохранять исторический центр и его этажность, а высотки строить где-нибудь в стороне. А ты говоришь, что высотки рядом с историческим центром позволяют по-другому воспринимать территорию?

Я считаю, что доминанта всегда нужна. Если мы приезжаем в Лондон, то сразу видим Лондонский глаз и Биг Бен. В Париже это Эйфелева башня и Монпарнас, расположенный напротив неё. А если мы приезжаем в Новосибирск, то это Оперный театр и железнодорожный вокзал. Новосибирск уже вырос из 25 этажей, ему не хватает архитектурной доминанты, которой раньше, кстати, был «Бэтмен». Его сначала невзлюбили, а сейчас без него не представляют облик города. Проблема застройки Новосибирска в том, что она превратилась в «винегрет».

Я десять лет снимаю Новосибирск и могу сказать, что он меняется только в худшую сторону.

Сначала я смеялся над Екатеринбургом: у них там тоже одна 25-этажка подросла, потом другая, все разным сайдингом отделаны, у всех разный кирпич, разный фасад — серый, белый, красный. И всё это смотрится, как каша, вроде бы всё высокое и монументальное, но глазу зацепиться не за что. В Новосибирске то же самое происходит, особенно в районе улиц Фрунзе, Гоголя и даже в районе метро «Октябрьская». Ансамбль потерялся, стали появляться разные по стилю новостройки. И мне как фотографу всё тяжелее находить новые ракурсы. Всё — это расщелины. Так можно на Манхэттене снимать, но только у нас архитектура не как на Манхэттене.

Нью-Йорк

Нью-Йорк

Сан-Франциско


Бугринский мост — автомобильный мост через Обь с самым длинным в СНГ арочным пролётом. Был открыт в Новосибирске 8 октября 2014 года

Всё-таки хотя бы десять объектов можно выделить, которыми город может гордиться?

У нас есть бонус, которого нет ни в одном российском городе: река, протекающая чётко посередине города и делящая его на две части. Поэтому наша фишка — это мосты. Например, Бугринский мост — потрясающая доминанта. Главное — не строить высотки. Например, «Ясный Берег» построил «свечки» в районе «Гиганта» и «Аквапарка». Я думаю, река, конечно, широкая, но она такое тоже прощать не будет: должна быть панорама. А пока Новосибирск, конечно, необдуманный и хаотичный. Мне как фотографу так даже интересней.

Чем сложнее и сумбурней город, тем его интересней снимать. Например, прилетел в Прагу — всё понятно, красиво. В Лондоне, Париже, Сан-Франциско — везде одна и та же история: качественно, красиво, всё готово для проведения фотосъеёмки. А у нас не так. Во-первых, надо дождаться хороших погодных условий, а во-вторых, найти удачный ракурс. Особенно мешает наружная реклама.

Кстати, реклама стала основным толчком, который заставил меня подняться над городом, чтобы хоть что-то увидеть и показать.

Когда произошёл переход от увлечения фотографией к издательской деятельности?

В 2011 году, если быть точным. Я понял, что в ЖЖ и соцсетях в новостной ленте мои фотографии уходят в никуда. К тому же накопился материал. У меня был друг, с которым мы однажды решили, что можно его воплотить во что-то материальное. Естественно, первая мысль была о книге. Мы прошлись по книжным магазинам, где я не нашёл ни одного фотоальбома, который я бы купил. У меня есть небольшой фетиш: я собираю фотоальбомы со всего мира — дома большая библиотека. Я заметил, что когда ко мне в гости приезжают друзья из других городов и хотят приобрести какой-нибудь сувенир на память о Новосибирске, то это целая проблема. Сувенира нет. И мы с моим другом решили сделать фотоальбом о Новосибирске, который может стать таким сувениром.

Новосибирск, Бугринский мост

Новосибирск

Новосибирск

Сейчас на издание нашего первого альбома я смотрю очень критически, хотя его переиздания до сих пор в лидерах продаж. Самое первое издание, на мой взгляд, — это сборная солянка. Я утрамбовал 300 фотографий на 128 страниц. Получилось пёстро и непродуманно. Было больше материала о том, как я покорял новосибирские крыши и объекты: как провел съёмку с телебашни, в метро, как в мороз, свисая со скатной крыши, фотографировал город. Чуть ли не хвалился. Мы решили, что надо в первую очередь не о себе рассказывать, а о городе, поэтому в переизданиях материал был поделён на разделы: транспорт, экономика, культура. Сделали настоящую презентацию города.

И, да, там всё идеализировано, всё красиво, листаешь — и начинаешь гордиться родным городом.

Когда из увлечения твоё дело переросло в бизнес?

Издание новосибирского фотоальбома нас подтолкнуло издать подобные фотоальбомы для других городов. Но если в Новосибирске есть спрос на книги, их читают и покупают, то в Челябинске, например, оказалось, что наш фотоальбом успеха не имел. Фотоальбомы о городах — это больше имиджевый проект. Зарабатываю я другим: мы делаем книги о предприятиях, крупных заводах.

Один из наших крупных коммерческих проектов — книга про Западно-Сибирскую железную дорогу. Следующий проект был для крупной уральской компании, у которой 53 предприятия по всему миру. И за год нужно было их все сфотографировать. Это позволило создать портфолио. И так мы сейчас делаем книги для предприятий из различных отраслей — судостроения, ракетостроения, оборонки, ядерной отрасли. Главное — нам самим должно быть интересно.

Как тебе удаётся организовывать подобные съёмки в других странах?

— Я урбанист-фанат, всегда увлекался небоскрёбами, архитектурой, градостроением. И вообще думал, что буду архитектором.


Дом, который спёкся: как в Новосибирске исчезают архитектурные памятники

Все города мира имеют похожую структуру: исторический центр, его развитие, основные достопримечательности. Это можно разложить на определённые сегменты и снимать с высоты наиболее логично. Но не каждый город снимешь с высоты. Например, в Томске, Барнауле это не получится из-за этажности. А вот Новосибирск, Екатеринбург, Москва, Дубай, Нью-Йорк — города, где такие приёмы можно использовать.

Я открываю 2ГИС, Google, изучаю достопримечательности и потом в объёме представляю, как и какую достопримечательность лучше показать. А затем идёт то, что я называю надводной частью айсберга. Результат, который вы видите, занимает 1/20 работы, а 19/20 — это работа с администрациями по получению разрешения. Чтобы всё согласовать (выход в определённое время на съёмку, в определённую погоду, точку и так далее), нужно проделать огромную работу. Сейчас это делаю не я, но в начале, конечно, всем занимался сам. Например, недавно у нас была съёмка с вертолёта, и, чтобы нам разрешили пролететь над НЗХК и прочими стратегически важными объектами, мы писали письма в соответствующие инстанции в течение месяца.

Рио-де-Жанейро

Варшава

Хабаровск

У тебя дома есть карта, на которой ты отмечаешь, где ты побывал?

У меня дома есть глобус. Я его верчу постоянно, мечтаю о новых путешествиях. А в офисе есть большая карта мира, и там онлайн-меточка «Где Слава?», чтобы наши сотрудники знали, что Слава в настоящий момент тут. Они должны быть в курсе, какой у меня сейчас часовой пояс и есть ли возможность мне позвонить в данный момент. Через несколько часов я, например, уезжаю. В среднем в год я совершаю 100-150 перелётов. Получается, примерно каждый третий день в самолёте. Это из минусов, в остальном только плюсы, так как показывать промышленность страны очень интересно.

ВКонтакте
G+
OK
 
публикации по теме
самое популярное