7 баллов
+10 °C

Битва за однёшку

 Дворник из Новосибирска пытается отсудить у бывшей жены квартиру  29 апреля, 10:55

Полина Кузнецова
автор текстов, спецагент
подходящие темы
Битва за однёшку
Фотографии Сергея Жигальцева

Во второй половине марта почти все российские СМИ написали (и мы — не исключение) о дворнике из Новосибирска, который попытался вернуть материнский капитал государству, дабы лишить бывшую жену доли в однокомнатной брежневке в Заельцовском районе. Редакция «Сиб.ФМ» решила встретиться с Игорем Манаевым и поговорить о том, как движется судебный процесс и с чего началась эта исключительная для российского правового и социального поля история.

Мы встретились с Игорем на входе в школу, где он трудится дворником. По признанию мужчины, официальная работа ему понадобилась для того, чтобы честно выплачивать алименты. Прежде Игорь пел в одном известном новосибирском кафе. Однако это всё уже давно в прошлом — на шестом десятке у вокалиста осталась только метла, небольшая дворницкая в подвале учебного заведения да редкие «халтуры» — чтобы сводить концы с концами.

Каждое «буднее» утро Игоря начинается примерно одинаково. Проснувшись ни свет, ни заря, мужчина к пяти утра отправляется на работу в ближайшую школу

Зарплаты хватает только на то, чтобы погасить долги по ипотеке, отдать алименты да внести платеж по кредитам, — признается собеседник.

Ну а как вы тогда живёте?

А вот так и живу, с копейки на копейку, иногда просят «Белые розы спеть»

Смеется

В школе Игорь работает дворником. Работа сложная, требует много сил и терпения, но делать нечего — музыкой сейчас не заработать, да и официальное трудоустройство необходимо, признается собеседник «Сиб.ФМ»

Однако улыбка пропадает с лица дворника, когда речь заходит о бывшей супруге.

Игорь, давайте начнем с начала. Как вы познакомились со своей бывшей женой?

Познакомился я с ней в Интернете, на сайте знакомств.

По разговорам она казалась совершенно нормальной женщиной. Потом встретились, завязалось общение.

На тот момент у неё уже была дочка. Сколько ей было? Лет десять. Старшая её дочка, Алина. Ну и сын (старший). Он проживал не с ней — в Благовещенске. Я точно эту историю не знаю. Знаю только, что она не воспитывала его — им занимались дедушка с бабушкой.

Познакомились и, скажем так, мягко говоря, «продружили» месяца полтора, потом она забеременела. На тот момент она снимала квартиру на Северо-Чемском жилмассиве. После того, как она забеременела, мы как-то так поговорили. Переезжайте тогда ко мне, говорю, будем жить. В однёшке хоть, говорю, зато не будешь снимать (там двушка была). Деньги не будешь тратить.

Беседа в школе происходит то в раздевалке спортзала, то в небольшом кабинете. Из своего у Игоря — подвал, в котором он оставляет свой инвентарь

Однёшка — это та самая квартира, за которую и идёт сейчас спор?

Однёшка здесь, да. Эта квартира однокомнатная, которую я за шесть лет до брака взял на пятнадцать лет в ипотеку. Ну а потом, когда мы уже пожили вместе, недолго, месяца три-четыре, наверное, я, как честный человек, предложил расписаться.

Мы расписались, сыграли свадьбу по-нормальному, в кафе (на тот момент я работал музыкантом в «Коляде»). Ходила она с ребёнком. Получается, она маленько не доходила — ну, по её опять же инициативе, она родила ребёнка восьмимесячного.

Я говорю, Ален, ты зачем это делаешь? Я устала, она говорит. Как устала?

Надо девять месяцев, чтобы ребёнок нормально родился. Она говорит: я устала и пойду рожать. То есть, она пришла в роддом, ей сделали какой-то там укол, который вызывает роды. Родила она Соню в 2011 году. Я съездил в роддом, встретил её, стали жить.

Она на тот момент занималась разведением собак — это бизнес её был. До этого она занималась тем, что гоняла машины с Дальнего Востока. А тут она резко поменяла всё это, и стала заниматься собаками. Йоркширскими терьерами.
В то время я работал вокалистом в «Коляде». В общем-то, всё было нормально.

Квартира, за которую идёт борьба, представляет собой обычную типовую «брежневку» на первом этаже. Чтобы максимально расширить и без того небольшое жилое пространство, Игорь снёс балконную дверь, превратив тем самым балкон в аналог рабочего кабинета. Комната — самое большее, что есть в квартире. Кухня мала, как и все кухни в типовых панельных многоэтажках времен позднего социализма

Квартира, за которую идёт борьба, представляет собой обычную типовую «брежневку» на первом этаже. Чтобы максимально расширить и без того небольшое жилое пространство, Игорь снёс балконную дверь, превратив тем самым балкон в аналог рабочего кабинета. Комната — самое большее, что есть в квартире. Кухня мала, как и все кухни в типовых панельных многоэтажках времен позднего социализма

Хорошо. Ну а когда наступил момент, когда что-то пошло не так?

Пошло что-то не так, когда Алёна предложила забрать мою маму (она тогда ещё была жива и жила на Первомайке, на Звёздной улице), а её квартиру продать.

Получается, по моему мнению, она всё посчитала и пришла к выводу, что квартиру мамину тоже надо как-то разделить.

У неё в голове уже тогда был, как я понимаю, бракоразводный план.

Тогда я никакого подвоха вообще не видел. Ну да, почему бы и нет? Мама будет с нами. Хотя, с другой стороны... Куда всем нам в однокомнатную квартиру? Там собаки, два ребёнка, мы вдвоём.

В итоге, решили купить дачу в «Красном яру». Приобрели её. Но там деньги ещё оставались, порядка 400 тысяч. Я хотел сделать ей подарок на день рождения — купить автомобиль.

Ну а потом в один из дней я проснулся. Она любила выпивать. И она то ли не закрыла свою страницу, то ли ещё что.

И я увидел, что она общается на сайте знакомств. Продолжает активно это делать, переписки там почитал. Переписки были серьёзного плана. Там были с её стороны чуть ли не объяснения в любви жаркие.

Всюду в квартире виднеются следы «прошлой жизни» музыканта. Усилители, микшерный пульт, наушники. По нашей просьбе Игорь взял в руки гитару. На снимке Игорь исполняет вступление к песни «Вальс-Бостон» Александра Розенбаума

Всюду в квартире виднеются следы «прошлой жизни» музыканта. Усилители, микшерный пульт, наушники. По нашей просьбе Игорь взял в руки гитару. На снимке Игорь исполняет вступление к песни «Вальс-Бостон» Александра Розенбаума

До этого мы с ней поссорились один раз — уж не помню по какому поводу. Я сидел в наушниках, фонограмму снимал. Она зашла в туалет, и... пропала. Я давай стучаться — Алёна, открой. Дети уже спали, было поздно, часа два ночи. Никто не открывает. Я выломал дверь, Я выломал дверь, а там рассыпаны лекарства, и, наверное, она съела их сколько-то — не могу точно сказать. .

Ей стало плохо. Я говорю, ты чего делаешь? У тебя два ребёнка. Она в отключке.

Я её запихал под кран, два пальца в рот. Потом вызвал скорую. Скорая приехала, какой-то шланг ей запихали в рот, промыли желудок. Я говорю: «Вы забирайте её с собой, она не нужна мне здесь, я буду с детьми». В общем, они забрали её и куда-то увезли. Утром она уже прибежала, давай просить прощения. Я говорю, ты вообще о чём думаешь, у тебя два ребёнка?

Ну ладно, прошло это время (это было до того, как мы решили продать мамину квартиру на Первомайке), дачу купили, я хотел сделать ей подарок.

А потом я начал сопоставлять... На мне были в четырёх банках займы. На неё ничего вообще не было взято.

Я сел, посчитал, там как раз и было долгу около 400 тысяч рублей. Сижу и думаю: вот я лошара. Естественно, я взял деньги, оставшиеся от продажи маминой квартиры, пошёл во все банки, заплатил, закрыл все кредиты.

Когда Алёна узнала об этом, крику было до небес. Получилось не по её, она хотела эти деньги забрать. Она понимала, что они ушли, и не туда, куда надо.

За годы творческой деятельности Игорь успел исколесить всю Новосибирскую область

Вы рассказывали, что она стала заниматься щенками. В этом бизнесе всё было гладко или присутствовали какие-то шероховатости, некрасивые истории?

Я сильно во все эти дела не вникал. Продажами занималась она. Я следил за щенками, убирал за ними, менял пелёнки, мыл их. <...> Щенков не возвращали, но, как я понимаю, были проблемы с документами. То ли они не от этих щенков были, то ли ещё что.

Хорошо. Но как всё в итоге к разводу-то пришло?

Дальше она начала активно злоупотреблять. Тогда Соня, дочка, ещё была маленькая (месяца три-четыре). Были ссоры. Она приглашала домой каких-то подруг, подруги с парнями. Однокомнатная квартира, два ребёнка. Старший ребёнок, Алина, в школе была (ей тогда было 12 лет) и Соня маленькая. Всё это в одной комнате, приходили гости с её стороны, гуляли, курили — дышать было нечем.

Я приходил поздно с работы (из кафе), заходил — дома бардак, дым, воняет собаками, мочой, калом, все вперемешку.

Я делал ей и её друзьям замечания, по существу. Ну нельзя же так.

И что она на эти замечания отвечала?

Она тогда уже кричала, что ты вообще здесь никто, что я здесь прописана, это моя квартира. Ну а что с человеком ругаться и спорить? Она неоднократно кидала ножи, вилки. Я понимал, что она ведет себя не совсем адекватно, и просто её отталкивал.

На тот момент у меня был знакомый адвокат, и она сказал: «Игорь, она тебя конкретно провоцирует, так что будь осторожен. Что человек ждет, что ты сделаешь какое-то неправомерное действие, и тебя, в общем-то, просто закроют».

А каким образом она могла претендовать на квартиру, если вы её взяли за шесть лет до брака в ипотеку?

Я ей это и объяснял.

Говорил, что, Алёна, ты пойми, что ты здесь просто прописана, но это не значит, что у тебя здесь есть какие-то доли.

Потом, когда мы прожили сколько-то времени, она подошла ко мне и говорит: «Может быть, мы материнским капиталом погасим часть квартиры?».

Потом опять к этому вопросу вернулись. Подумали и покрыли материнским капиталом часть ипотеки. Платеж стал меньше (так я платил около 15 тысяч в месяц).

Вот это, скорее все, и была моя главная ошибка.

Она тогда уже поняла (наверное), что, если материнский капитал был взят, потом начнется деление квартиры. Когда женщина берёт материнский капитал, мужчина подписывает документ, что за ребёнком закрепляется доля в квартире.

Ну да это ладно. Я рад, что у моей дочки доля эта будет. Но мама, так как она является опекуном, тоже имеет право на долю. И мало того, что мамина доля — доля ещё идёт и на второго ребёнка. Получается, что в 2021 году (в этом году закончатся выплаты по ипотеки и однушка перейдет в собственность к Игорю — Прим. авт.) квартира будет делится на четыре части.

Ну а что послужило финальной точкой в отношениях?

Всё просто.

Находясь со мной в браке, она начала встречаться с мужчиной.

Дома она практически не жила. Вот этот Сергей Николаевич, который Махов (он сейчас её муж) — она практически жила с ним. Два ребёнка были как бы со мной. Жил я на Рельсовой. Алина была постарше, Сонька (естественно) маленькая. На тот момент я кормил Соню смесью. Мама могла появиться (скажем так) раз в неделю. Привезти какую-то там лапшу, картошку, пару яблок. Я говорю, зачем ты мне приносишь вот это? Ты мне привези мясо — я приготовлю нормальную еду для детей. Практически год и два месяца она вот так «прожила».

Хорошо, а что стало спусковым крючком для всей этой ситуации, что ваша супруга больше года жила с другим, оставила детей на вас и так далее?

У нас с ней произошёл разговор. Я сказал: «Алёна, пойми, куда ты пойдешь? У тебя на руках два ребёнка, с двумя детьми будет очень трудно найти себе мужчину». Она мне просто (получается) доказала, что она нужная женщина, что она нашла мужчину с двумя детьми своими и ему родила ещё ребёнка.

Неужели вы даже не пытались её на место поставить жёстко?

Да нет, я ничего не делал. Жестко — и подавно.

Тем более человек просто говорит: «Ты сейчас уснешь, а я тебе, грубо говоря, яйца отрежу».

Ну, вот такая она. Там были совсем несмешные моменты. Сижу я в наушниках — вдруг стук в дверь. Я открываю — стоят двое полицейских. Спрашиваю: «Ребят, что-то случилось?». А они отвечают, что нам поступил звонок. Какой звонок? Нападение. Она выходит из душа, и вот так взяла и поцарапала себя. Говорю полицейским: мужики, ну вы же прекрасно видите, что это смешно. А они говорят, что у нас поступил сигнал — мы обязаны отработать.

В итоге меня забирают и увозят в заельцовскую полицию. Подержали и в половине четвертого утра отпускают. Потом были моменты, когда я прихожу с работы домой, а она закрывает квартиру и не пускает меня к себе домой. Я начинаю стучать в двери, а она вызывает опять полицию. А они уже знают меня. То есть, это было много раз.

Я им говорю, что не могу к себе домой попасть, я пришёл с работы.

Они просят её открыть дверь, а Алёна отвечает, что он мне угрожал — я его не пущу, я его боюсь. А они сами не знают, что делают. Спросили, есть ли где мне переночевать, на что я логично спрашиваю, почему я должен где-то что-то как-то, если я собственник квартиры? Полиция только руками развела: ну, может, завтра будет как-то по-другому. А завтра будет тоже самое.

А на тот момент квартира была в маткапитале? Она прекрасно знала, что в случае чего будет дележ квартиры?

Конечно, всё она знала прекрасно. Когда я посидел и отмотал всю ситуацию, то прекрасно понял, что всё это было запланировано. И займы в банках на собак (её бизнес) — тоже.

Насколько я понимаю, вы и дачи лишились, которую для матери покупали?

А с дачей ещё ничего не решено. Она же всё ловко вывела. Алёна понимала прекрасно, что материнская квартира не подлежит никуда и никак.

Поэтому и предложила продать мамину квартиру и купить дачу. Дачу мы купили, но она приобретена была (получается) в браке и ½ уже отошла ей.

Я ей говорю: Алёна, у тебя совесть есть? Здесь же нет твоей ни одной копейки — это материнские деньги. А она говорит, что всё, суд [при разводе] поделил — так и должно быть. Я тратила свои деньги на собак, мы жили, хорошо питались, поэтому я имею право на половину дачи.

Она меня долбит по голове, говорит: давай дачу продадим и деньги поделим. Что самое интересное, она и по квартире также говорила.

Алёна в интервью журналистам сказала: «Я считаю, что квартиру надо продать и поделить напополам».

Нервно смеется

Я понимаю, что, если бы эта квартира в браке была взята — это даже не обсуждалось, но получается, что я брал квартиру на пятнадцать лет, платил шесть лет один ипотеку. Потом мы поженились, два года прожили. Ну, не заладилось. Я согласен, что судом всё равно признается, что мы платили вдвоём, а дальше-то я опять продолжаю до 2021 года один платить. Из пятнадцати вычесть два года, и получится, что тринадцать лет я один ипотеку закрывал и всего два года мы проплатили вместе. И как можно квартиру делить, что-то с ней делать.

А как возникла идея вернуть Алёне материнский капитал?

Как-то я сидел и общался со знакомыми знакомых, которые мне посоветовали адвоката — Наталью Владимировну Сальникову. Я пришёл, всё рассказал ей. Я ей говорю, понимаете, когда мы уже разбежались, она [Алёна] мне всегда говорила, мол, верни мне материнский капитал, верни. Я ей говорю: «Как я тебе его верну?! Я не могу вернуть его тебе наличкой, поскольку я подписал документ, что в 2021 году квартира будет делится на четыре части». Это же надо провести по нотариусу, через суд, чтобы заверили, что я в Пенсионный фонд вернул деньги, а они тебе предоставят право получить ещё раз этот материнский капитал.

Иконы и кресты в квартире находятся не просто так. «Конечно, я хожу в церковь» — признается собеседник «Сиб.фм»

Иконы и кресты в квартире находятся не просто так. «Конечно, я хожу в церковь» — признается собеседник «Сиб.фм»

Наталья Владимировна мне сказала: «Игорь Иванович, ну так раз человек просит вернуть ей материнский капитал, так вы верните ей его. А как я его верну? У меня нет денег. Я плачу за ипотеки. Адвокат ответила, что это другой момент — берите займ и давайте будем ворачивать человеку материнский капитал.

Я обошёл множество банков — не дают нифига. В итоге, месяцев девять я искал место, где можно взять деньги. Я беру займ в банке, Пенсионный фонд присылает реквизиты, по которым можно вернуть деньги. То есть, деньги берутся, перечисляются по реквизитам — Пенсионный фонд получает их. От Алёны Николаевны требуется только прийти и взять эти деньги второй раз.

Однако Алёна пошла в отказ, поскольку ей нужна наличка. Она же прекрасно понимает, что деньги ей вернут, но в руках она их не увидит. Их можно будет вложить в строительство, обучение детей и так далее.

По этому рассказу получается, что Алёна — это такая алчная женщина, которой только деньги и нужны. Неужели это действительно так?

Ну а так и есть. Для неё кроме денег ничего не существует.

Ну а как же дети родные?

Говорить за глаза нехорошо, но по большей части они с нянями находятся. Получается, что если они с нянями находятся, то на нянь деньги есть — правильно?

Ну а как же её новый супруг? Он бизнесмен?

Он председатель двух СНТ. Я слышал, что они живут в селе Марусино (Новосибирский район, НСО), у них достраивается коттедж.

Работая дворником в школе, Игорь принимает участие в различных спортивных мероприятиях

Хорошо. Скажите, на текущий момент, чем история с материнским капиталом закончилась? Я правильно понимаю, что, получив его обратно, дочь и Алёна автоматически лишатся долей в квартире?

Нет, дочь-то я как раз и не хочу лишать своей доли. Я хочу, чтобы Соня была прописана в этой квартире. По сути, иск в суд был подан по поводу того, что я не согласен с тем, что Алёна хочет поделить квартиру по долям. Я ничего такого не делаю — просто пытаюсь вернуть материнский капитал и выписать её. Пожалуйста, ты его забери, и распоряжайся им, как хочешь.

Она ещё может двадцать раз выйти замуж, что наверняка и сделает. И всех детей она будет прописывать ко мне. Сейчас дочь, которая родилась у неё с новым мужем, она прописана здесь же, поскольку по закону, где прописана мать, там прописан и ребёнок. Однокомнатная квартира, 16 метров, а там уже прописаны четверо человек. И суд ещё присудил, кстати, что она может в этой квартире жить. Это вообще абсурд. У неё есть ключи от этой квартиры, понимаете? Она может в любой момент приехать и начать там жить. Человек, который замужем за другим человеком, вхож в эту квартиру. Получается, у меня нет ни угла своего — ничего нет. Я не чувствую, что в этой квартире живу.

Она [Алёна] предлагала моему юристу пойти «на мировую».

А «мировое» по её мнению — это отдать ей полностью дачу и материнский капитал.

Дача стоит 800 тысяч (ближе к миллиону) и материнский капитал — получается, полтора миллиона, и тогда я от него отстану. Ну, вы же понимаете, что это неправильно? Так не меняется. Я ей сказал — Алён, давай так: в 2021 году будет делится квартира. Давай я тебе отдам дачу полностью, а ты мне отдаешь долю, которая есть в квартире. Вот так по-мировому можно было пойти, но для неё это очень мало — ей надо забрать и дачу, и материнский капитал.

В итоге я подал иск в суд с требованием освободить квартиру. При этом я возвращаю материнский капитал и снимаю с себя все обязательства. Однако от ребёнка своего я не отказываюсь, это даже не обсуждается, алименты я плачу исправно — ко мне претензий никаких в этом плане нет.

ВКонтакте
G+
OK
 
самое популярное