Секс, насилие и хорошее настроение

 Музыканты «Барто» о политической цензуре, моральном стержне и Коллонтай  25.10.2013, 08:30
были упомянуты
подходящие темы
Секс, насилие и хорошее настроение
Фотографии Сергея Мордвинова

Неистовый и фрондирующий электропанк-дуэт «Барто» с аншлагом, шампанским и кровью выступил на сцене джаз-клуба «Труба» в Новосибирске. Корреспонденты Сиб.фм задокументировали происходящее на концерте, а после поговорили с музыкантами Марией Любичевой и Евгением Куприяновым об их разбирательствах с прокуратурой, личных интересах оппозиции и готовности на самом деле поджечь полицейские машины.

У «Барто» странные отношения с современностью. Вы описываете актуальную общественно-политическую проблематику, но как-то непоследовательно и оттого, как может показаться, спекулятивно. Как вы решаете, на что реагировать?

131 тысяча просмотров у клипа «Барто» на песню «Кисья ересь» на YouTube

Любичева: Мы никогда не занимались описанием каких-то конкретных информационных поводов. Наши альбомы — это не газеты с жареными новостями, реакций на события в политической и общественной жизни у нас раз, два и обчёлся. Например, нас сильно задела история с Pussy Riot, точнее судебный процесс по их делу. Были же стенограммы, трансляции в интернете — все видели, как их обвиняли, ссылаясь на странные исторические документы, какие были доказательства. Конечно, нас это не оставило равнодушными: мы взяли песню Pussy Riot и сделали на неё кавер.

Куприянов: Плюс мы учли, что из-за разных точек зрения на панк-молебен общество реально расколото, и добавили как бы православную часть с голосами мирян. Не все же их тогда поддержали, это факт.

Любичева: Пожалуй, это одна такая большая песня-реакция. Может, ещё были, но всё равно они, скорее, исключение, их совсем мало. Событие не может служить темой для песни. Вот общество потребления, которое нас раньше интересовало, может быть темой. Человек — в самых разных обстоятельствах и проявлениях — тоже может.

Нам важно передать дух времени. А сейчас время потребления и моральной дезориентации.


Гей из Новосибирска первым получил статус беженца в Германии из-за своей ориентации

Или вот, например, наша последняя песня «Мотивация с**баться». Она посвящена не событию, а настроению в обществе. В газетах, на радио, в интернете всё больше не призывов к оппозиционной деятельности, а разговоров людей, у которых опустились руки: «Вот было бы неплохо получить политическое убежище, уехать куда-нибудь». И в итоге кто-то уже уехал, другой собирается, третьи в раздумьях. Тоже самое было с песней про кризис: многие предчувствовали, что скоро наступит конец всему и сразу — сначала бизнесу, потом всему государству.

После скандала с заподозренной в экстремизме песней «Готов» и участия в ряде оппозиционных митингов «Барто» числится на особом счету у силовых ведомств. Вы не устаёте постоянно вызывать огонь на себя?


Дело по песне «Готов» закрыто 18 февраля 2011 года — в день рождения советской писательницы Агнии Барто

Любичева: У вас снова неверный посыл. Мы играли всего лишь на одном митинге, и то гражданском, а не политическом (митинг в защиту Химкинского леса, — прим. Сиб.фм). Были ещё разные оппозиционные форумы, где нам как музыкантам было интересно узнать, что представляет собой левое движение. Разбирательства с песней «Готов» начались в сентябре 2010 года, и пристальное внимание со стороны правоохранительных органов мы в тот период, конечно, ощущали. От меня требовали объяснений в центре «Э», в прокуратуре, проводились разные экспертизы. Сначала песня была признана экстремистской, затем дело направили в другую прокуратуру на доследование. Потом нам собирались пришить заговор против государства и всё в таком духе. Однако все последующие проверки говорили о том, что песня совершенно не экстремистская и никаких заговоров в ней нет.

В некоторых городах нам рассказывали, что в клубы приходили разные сотрудники с «корочками», смотрели, не агитируем ли за что-нибудь такое мы прямо со сцены.

Естественно, промоутеры были не особо рады, опасались, перестраховывались. В Томске, например, людям запретили вешать наши афиши. Несколько сибирских концертов вообще отменились. В то же время была большая общественная поддержка, запрет на песню вызвал резонанс, за нас вступился отличный адвокат Сергей Беляк (защищал Лимонова), подключились СМИ.

Были пикеты в нашу защиту, люди присылали письма, профессора наук, преподаватели русского языка и литературы были готовы подготовить анализ текстов «Барто». В итоге всё относительно быстро закончилось, дело закрыли: песня признана не экстремистской, её можно исполнять где угодно.

Куприянов: Хотя до «Готов» тоже были разные случаи.

В 2009 году мы отменили концерт в Барнауле потому, что какие-то коммунисты решили, что на афише музыкального коллектива недопустимы слова «секс, насилие и хорошее настроение».

Нам предложили альтернативный вариант: оставить «и хорошее настроение».

Любичева: Хотя если вспомнить революционерку Коллонтай (Александра Коллонтай — российская революционерка и одна из основоположниц марксистского феминизма, автор работ о женской сексуальности, — прим. Сиб.фм), то поведение барнаульских коммунистов, конечно, несколько удивляет.


У каждой молодой россиянки должен быть этот диск. Артемий Троицкий о дебютном альбоме «Барто»

Куприянов: А недавно Роскомнадзор вынес предупреждение одной красноярской газете за публикацию рецензии на «Прекрасную эпоху». Все боятся. Но это уже не только российская практика, на самом деле. В нашем первом европейском турне организаторы концерта в Польше начали нам предъявлять, мол, как так, нашли у вас совместную песню с группой «Яйцы Фаберже», а они же фашисты! Потом приезжаем во Львов, нам говорят, что главный информационный портал отказался размещать рекламу концерта, потому что «„Барто“ — левые, а город правый».

Любичева: В общем, как и любое, наше творчество запихивают в какие-то рамки, навешивают ярлыки и используют их против нас. Мы же достаточно часто заявляем, что не имеем отношения ни к политической жизни, ни к оппозиционной сцене. Это есть во всех интервью, поэтому сложно перепутать направление нашего творчества и ситуацию вокруг.

Сейчас вам кто больше всех досаждает: прокуратура, православные активисты, чиновники?

Куприянов: Нас больше волнует ситуация с концертной деятельностью в России. В последнее время получается так, что андеграундные группы, которые раньше собирали по 300-400 человек, теперь с трудом собирают 150-200. А промоутерам, естественно, невыгодно их везти из-за больших расходов. Нам в этом плане проще, мы часто выступаем за пределами России — в Прибалтике, Германии, Польше, Индии, Вьетнаме — но тоже чувствуем, что народ стал меньше на концерты ходить.

Все в интернете сидят. Вот это досаждает больше всего.

26 городов объехали «Барто» с презентацией «Прекрасной эпохи» весной 2013 года, в том числе Германии и Швейцарии

Любичева: В условиях свободного распространения музыки на что могут жить артисты? На что покупать аппарат, записывать альбомы? Только на деньги от концертов. А если ты ездишь по стране и не можешь адекватно компенсировать эмоциональные и материальные затраты, то идёшь работать. Женя вот работает, я периодически. И это тоже досаждает: музыкант всё же должен больше времени посвящать творчеству.

Ещё одна странность «Барто»: вас везде склоняют через приставку «трэш» за нигилизм, цинизм и разнузданность текстов и слушают как ниспровергателей идеалов и авторитетов — тогда как вы всё время апеллируете к неким высшим ценностям, будь то закон или социальная справедливость. Вы замечаете это противоречие?

Любичева: Да, но это, скорее, противоречие нашей ауре — этаких анархистов, которыми нас объявили после первого альбома. Если тебя везде называют анархистом, а ты говоришь, что тебе интересны основы правового государства и подчинение всех граждан, включая президента, закону, то выглядишь странно. Я понимаю, о чём вы.

Мы себя никак не характеризуем, у нас есть песни — в них наши позиции. Другое дело, что понимают их все по-разному. Периодически мы делаем какие-то заявления, из которых можно понять, каких ценностей мы придерживаемся, но это такие общечеловеческие, кажется, вещи: свобода слова и веры, нормальное образование, соблюдение закона, моральный стержень.

Нас вообще всегда волнует человек и его личный выбор. В этом плане мы довольно христианская группа.


Сиб.фм — о первом протестном митинге в Новосибирске в декабре 2011 года

Нам хотелось бы, чтобы человек, принимая то или иное решение, руководствовался совестью и разумом, возможно, сердцем. Если идёт за Путина голосовать, пусть понимает, зачем и почему он это делает. Если просто чтобы сохранить большой холодильник и широкий телевизор, то это слабая мотивация. Идёт голосовать за оппозицию — пусть тоже как-то ответит себе, что в ней хорошего. Это вопрос элементарного самоуважения. Когда наши соотечественники начнут уважать себя, тогда их начнут уважать окружающие и власть имущие. Или ситуация с митингами. Если ты сознательно не участвуешь, то слышишь в свой адрес: «А ты что не идёшь? Ты что, Путина любишь?!» Тебя сразу объявляют сволочью и предателем. Такая позиция нам совсем не близка.

Куприянов: У нас тут разные взгляды. Маша поддерживает все эти протестные штуки, а я нет. Я монархист вообще. У нас «плодотворное классовое неравенство», как «Русский репортёр» написал, так что мы изначально не можем быть чётко ориентированной группой.

Так вас интересует человек с его условным «нравственным законом внутри» или гражданин — с конституцией и правом?

146% избирателей участвовали в думских выборах в Ростовской области в 2011 году, по версии канала «Россия-24»

Любичева: Человек. Больше человек, чем гражданин. Мы говорим об активной гражданской позиции, так как сейчас достаточно непростое время. Время, когда надо постоянно делать свой выбор, осознавать его для себя и не оставаться аморфным.

С середины 2000-х мы скатываемся в диктатуру, и сейчас, как мы знаем, выборы — это не волеизъявление народа, это 146%. А когда ограничивается свобода выбора, дальше идёт цензура, а значит, с культурой всё тоже будет не очень. Когда цензура помогала искусству? Тем более сейчас, когда в мире есть масса технических возможностей для открытого информационного пространства. Люди в Томске, Москве и Японии могут совместно творить, создавать музыку, продвигать своё искусство.

Почему мы должны возвращаться к каким-то средневековым временам, когда художник мог работать только по заказу? Мы за открытое общество и космополитизм.

Куприянов: Я про политические взгляды ещё добавлю. Для меня политическая ориентация — это почти то же самое, что и сексуальная. Личное дело каждого. Сейчас депутаты начали лезть в трусы согражданам, что мне кажется извращением — ровно таким же, как и выпячивание политической позиции.


Обзор кандидатов на пост мэра Новосибирска в колонке Лены Шкарубо

Любичева: Мы всегда считали, что политика — это грязное дело, что люди, которые в неё идут, вряд ли честные. Это наше давнее убеждение, и я до сих пор не вижу причин, чтобы от него отказаться. Во всяком случае, общение с отдельными лицами, которые стали теперь оппозиционными внезапно, его лишний раз подтверждает. Вчера был провластный, а сегодня — оппозиция? Такое, конечно, возможно, но нам кажется, что политики решают прежде всего свои задачи и проблемы, а не радеют за жизнь и благополучие страны.

«Прекрасную эпоху» закрывает песня «Смотрит» с рефреном «Это музыка, которая не трогает, а просто смотрит». По-моему, в какой-то степени это произошло и с вами: отстранённое и хладнокровное вскрытие язв российской жизни — без личных переживаний и готовности реально поджечь полицейскую машину, а не просто спеть об этом.

Куприянов: Эта песня о том, что вокруг звучит гигантское количество музыки, которая делается непонятно зачем. Она не резонирует ни с автором, ни со слушателями. Споры по этому поводу в музыкальной среде велись всегда. А нам не нравится фоновая музыка, музыка без «нерва», которая включается только для того, чтобы «что-то играло».

При этом музыка содержательная — это не обязательно рок, панк — вообще что-то с нарративом.

Это классика, например, которую нужно уметь слушать, и обладать определённым багажом знаний о ней, истории её развития. Это музыка, которая вовлекает слушателя, заставляет его сопереживать, вызывает положительные или отрицательные эмоции. «Музыка, которая смотрит», эмоций не вызывает.


Если вы считаете, что разговоры о душе и самоуважении не сочетаются с поведением «Барто» на сцене —
!

А про отстранённое отношение можем ответить так. Иногда хочется описать ситуацию со стороны. Так, например, вышло с песней «Сама». Мы увидели сообщение одной девушки на форуме примерно такого содержания: «Девки, никого не слушайте! Всего реально добиться самой! Я уехала в Канаду, нашла там деда, пожила с ним, развелась, всё отсудила и теперь живу шикарно! Вы тоже можете!!!» Вот такой анекдот, мы его просто записали. Иногда этого достаточно.

Любичева: Мы всегда пишем песни только на ту тематику, которая нас действительно задевает и волнует. В этом смысле «Барто» уж точно не «просто смотрит». Каждый, как нам видится, должен заниматься своим делом: мы заставляем слушателя задуматься о происходящем вокруг, внутри себя. Кто-то организует протестные акции и митинги, кто-то занимается радикальным искусством, а кто-то честно работает и этим тоже делает окружающий мир лучше. Так что противопоставление между «петь» и «поджигать» не кажется нам корректным. К тому же цитируемая вами песня об отношениях двух современных молодых оппозиционеров — она о любви, как практически все песни «Барто».

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
Комментарии

Редакция Сиб.фм призывает к конструктивной и взвешенной дискуссии по теме опубликованного материала. Недопустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство, содержат призывы к агрессии, оскорбления любого характера, либо не относятся к теме публикации. Редакция не несёт ответственности за содержание комментариев.

самое популярное
присоединяйтесь!