Центр управления диктантами

 Кто и как делает самый массовый флешмоб на планете  22.04.2015, 11:55
подходящие темы
Центр управления диктантами
Фотографии Екатерины Сергиенко и Антона Горковенко

Первый этаж Новосибирского государственного университета, кабинет приёмной комиссии. Обычно сюда летом приходят абитуриенты с результатами экзаменов. Но сегодня именно отсюда управляется один из самых массовых международных проектов. Корреспондент Сиб.фм провёл целый день в штабе «Тотального диктанта» и решил стать волонтёром в следующем году.

9:00

С самого раннего утра в штабе дежурят руководитель проекта Ольга Ребковец и координатор по России Мария Семеникова.

— Знаешь, что? Мы забыли купить воды диктаторам!
— Ничего страшного, попросим Катю.

Через три часа диктант начнётся в Австралии, Новой Зеландии, странах Азии и в восточной части России.

За пару часов до события местные координаторы уже должны получить все материалы: текст диктанта, видеообращение организаторов и автора текста, видео с авторским прочтением, презентация с правилами русского языка. Для доступа к файлам нужен пароль, который тоже сообщает российский координатор. Сейчас Маша рассылает архив с материалами по городам.

Оля тоже неотрывно смотрит в монитор.

58 стран приняли участие в «Тотальном диктанте»

— Я вчера распределяла задачи для штабов, поняла, что всех называю по-разному: Маша, Лиза, Ребковец, Наталья Борисовна...
— А почему ты себя не называешь Олей? У нас в штабе других Оль вроде нет.
— Да потому что я сама себя ощущаю Ребковец!

Открывается дверь и заходит Лиза — волонтёр штаба. Ещё одна помощница — Лена — уже пришла, наливает себе чай.

— Здравствуйте, я пришла вам помогать звонить...
— Позвоните в полицию! — отзывается Ребковец.

Лиза, растерявшись, застывает в дверях.

— Да всё нормально, это у нас руководитель перед мероприятием немного нервничает, — смеётся Маша.

В письме, которое рассылает координатор, есть важный пункт: подтвердить получение ответом на письмо. Однако внимание на него обращают не все. Для этого в штабе и нужны волонтёры: они обзванивают тех, кому уже отправили материалы, и просят подтвердить получение.

— Здравствуйте, это Мария, координатор «Тотального диктанта». Вы получили... А что же вы молчите, я же волнуюсь!

В штабе пахнет кофе. Этот запах продержится здесь до вечера. Пока Маша не отправит волонтёров за вином.

— «Более семиста»? — Оля, глядя в монитор, почти кричит.
— А как правильно? «Более семисот»? Маша?
— Я не филолог, я просто координатор и жду, когда мне принесут еду!

549 городов по всему миру приняли участие в акции

В штаб приходит Елизавета Иваненко, координатор зарубежных площадок.

— Знакомьтесь, это Лиза, — представляет её Маша.
— А это Катя, Илья и Тимофей, у нас даже имена есть! — вслед за ней заходят волонтёры площадки НГУ с большими коробками и пакетами.

Волонтёры штаба продолжают обзвон.

— Здравствуйте, это штаб «Тотального диктанта», — в унисон начинают Лена и Лиза. Маша хохочет.

В 10:30 приходит Даша Мейзер, координатор новосибирских площадок. Требует освободить ей место, достаёт ноутбук, размещает на пробковой доске листочки с названиями площадок.

— У меня пока всё нормально, всё скачивают. Даже СибАГС, у которых всегда с этим проблемы.
— Обычно у педа проблемы. Им проще приехать сюда, забрать материалы и уехать к себе, — вспоминает Семеникова.

После начала диктанта координаторы площадки должны посчитать, сколько человек пришли к ним писать, и сообщить это число в штаб. Участников считают буквально по головам. Иногда — по количеству розданных бланков.

Телефон у Маши разрывается от входящих сообщений с количеством участников. Писем в электронной почте тоже всё больше. Кто-то отписывается, что получил пароль, кто-то — что не видит его в письме.

— Я не успеваю всем отвечать! — чуть не плачет российский координатор.

— А были когда-нибудь случаи, чтобы из-за технических неполадок в городе отменяли диктант?

— Нет, ни разу, — уверяет Маша. — Мы для этого и работаем, контролируем, заранее всем рассылаем письма, чтобы было время настроить технику.

Через несколько минут в штаб звонят из Златоруновска — маленького города в Красноярском крае. Из-за пожаров там проблемы с техникой, и диктант пришлось отменить.

Волонтёры продолжают обзванивать местных координаторов.

— Так, Новосибирск, Даша Мейзер... Ей тоже надо звонить?
— Даша Мейзер здесь вообще-то!
— Так звонить надо?

Приезжает ещё один руководитель проекта — Егор Заикин. Координаторы наперебой начинают жаловаться:

— Егор, у меня люди пароли в письме не видят!
— А мне на письма не отвечают!
— В Верх-Катунске отменили диктант, потому что у них там «что-то не получилось»!
— Мне пишут: «У нас всё нерабочее». Может, они там сами нерабочие?!
— Это функциональная неграмотность, — резюмирует Егор. — Люди видят буквы, но не воспринимают текст. Это уже особый уровень грамотности, и мы боремся за то, чтобы люди на него переходили.

12:00

До диктанта в Новосибирске три часа. Даша рассылает пароли координаторам площадок.

— Что за люди?! Прошу: присылайте подтверждения в ответе на письмо. Нет, шлют отдельным сообщением, ещё и без темы.
— Тебе хотя бы шлют! — слышится голос Лизы из соседней комнаты.
— А мне пишут, мол, мы всё открыли без пароля. Как, ка-а-ак?! — Маша в шоке.
— Вообще, странно, что всё так тихо. Где истерики? — удивляется Мейзер.
— Кто-нибудь знает, как собрать вот эту штуку? — это волонтёры борются со стойкой для буклетов.

А меня по телефону называют Машей, — смеётся Лена, пританцовывая на стуле под музыку вместо гудков. — Я их уже даже не переубеждаю.

Периодически открывается дверь, в штаб заходят люди, спрашивают, что здесь происходит, делают несколько снимков и уходят. Это корреспонденты проекта «Русский язык-24». Этот проект освещает проведение «Тотального диктанта» по всему миру в режиме онлайн. Штаб проекта находится здесь же, в НГУ.

— Поднимаетесь на четвёртый этаж, поворачиваете то ли налево, то ли направо, точно не помню — у меня топографический кретинизм; там сидит наша команда, у них сейчас очень много работы, они будут рады вас видеть! — тараторит одна из корреспондентов, объясняя, как найти штаб.

Команда проекта работает в НГУ до трёх часов ночи.

— «Организаторы разослали пароли на все площадки», — читает Оля трансляцию проекта. — Что за дезинформация?!
— «На Кубани написали Тотальный диктант», — цитирует Семеникова. — У них там что, своего диктанта нет?

Недавно на Кубани провели независимое мероприятие, похожее по сути на «Тотальный диктант».

— Его уже перестали воспринимать как имя собственное, — объясняет Ребковец. — Проводят, например, «тотальный диктант по географии».

Нам из Москвы передают, цитирую: «Удачи, крошки!», — улыбается Маша.

В это время на третьем этаже работает штаб волонтёров площадки НГУ: около 30 человек в фирменных футболках расклеивают указатели по университету, складывают раздатку, настраивают технику, бегают и кричат. В университете для диктанта выделены шесть поточных аудиторий и две резервных. На каждую аудиторию нужно по 3-4 волонтёра плюс техник.


9,3 тысячи москвичей приняли участие в «Тотальном диктанте». Это в три раза больше, чем в прошлом году

— Мальцевка собрана?
— Да!
— Сто восемнадцатая собрана?
— Да!
— Сто девятнадцатая?
— Да!
— Сто двадцать первая?
— Нет!
— Чего у вас нет?
— Ничего!

Автор текста, писатель Евгений Водолазкин, тем временем тренируется диктовать текст с филологом.

В штабе в это время продолжают считать участников.

— Сейчас Владивосток как отпишется! — предвкушает Маша.
— Скажут: «О-о-о, к нам пришли 10 тысяч северных корейцев», — смеётся Данил, муж Даши.
— Всё, у меня начинается мандраж, не говорите про число участников! — нервничает Мейзер.


Как поэт-матершинник запретил «Тотальный диктант» в Ульяновске в 2013 году

14:30

За полчаса до начала диктанта перед аудиторией им. Мальцева, где будет диктовать сам Водолазкин, собирается огромная очередь, почти до конца коридора. Душно так, что можно упасть в обморок. Повсюду люди с фотоаппаратами и видеокамерами. На первом этаже гостей встречают волонтёры.

К началу диктанта «мальцевка» забита полностью, кто-то даже сидит на ступеньках. Волонтёры раздают бланки, брендированные ручки и наклейки с логотипом.

— Кому нужны бланки?
— Кому нужны чистые листы?
— У кого нет ручки?
— Кому нужна наклейка?

Треть аудитории со смехом поднимает руку.

Начинается всё по традиционной схеме: видеообращение организаторов, заполнение бланков, повторение правил грамматики и сложных слов, наконец видеообращение автора и прочтение им текста. В Мальцевской аудитории вместо видео — живой Водолазкин.

Диктант начинается.

«...На траве — клетчатые пледы, скатерти с бахромой...»

— Что-что с бахромой? — кричат из зала.
— Скатерти. То, что на стол кладут. С бахромой очень красиво. Я вот, к сожалению, сегодня с собой не взял... Но вещь полезная.

«Вокруг плота плавали лодки, утки, слышны были то скрип уключин, то кряканье...»

— В более камерной обстановке я бы показал и то, и другое. У меня хорошо получается.
— Покажите! — хором просит зал.
— Потом. Отличникам, на награждении, — усмехается диктор.

Записывать успевают не все. Кто-то просит повторить предложение три раза подряд.

— О, я вас понимаю! Вы же левша? Я сам левша. Переученный. Левой рукой писать разучился, а правой так и не научился.

Слышен громкий смех.

В конце обычно снова включают авторское прочтение текста на видео. Но не в этот раз.

— Поскольку это единственная аудитория в мире, где я присутствую, я с удовольствием прочту весь текст сам.

После диктанта начинается неразбериха. У стола, где сидит Водолазкин, собираются люди: задают вопросы, просят дать автограф. Волонтёры в спешке собирают бланки и относят их на кафедру к филологам. Техники отключают микрофоны и проекторы. Между собой организаторы общаются по рациям.

— Вы умнички, такого организованного диктанта университет ещё не видел! — радуется Даша.

Через пятнадцать минут к штабу подходит девушка-участница:

— А у вас значков не осталось?

17:00

— Очередной вопрос: «У меня в письме только третья часть диктанта! Где остальные две?», — рассказывает Лиза.

Автор традиционно пишет три части текста. Первую диктуют в восточной части страны, вторую — в средней, куда входит и Новосибирск, третью — в европейской. Сделано это для того, чтобы текст не попал в открытый доступ раньше времени.

— В Омске три тысячи! В Омске три тысячи! В Омске три тысячи! — как заведённая повторяет Семеникова.
— А Новосибирск — позорники, — расстроена Даша.
— А у нас сколько участников?
— Пока примерно пять тысяч. Но мне две площадки ещё не отписались, я их шантажирую, как могу.

В итоге в Новосибирске приняли участие около 5500 человек. При этом диктант на родине прошёл без форс-мажоров.


«Тотальный диктант» написали космонавты, полярники, пациенты наркодиспансера и ещё 60 тысяч человек в 2014 году

В штаб заходит Илья.

— У вас там чай-кофе остался?
— Да, берёшь отсюда чашку, наливаешь воду... — начинает объяснять Лена.
— Какая сложная система!

И уходит.

Катя и Даша уезжают в Дом учёных — готовиться к творческому вечеру Евгения Водолазкина.

— Сейчас закончим собирать всю базу и будем пить вино! — предвкушает Лена.
— Спасибо вам, без вас ничего бы не было! — это российский координатор разговаривает с организаторами.

Волонтёры уходят в магазин. Возвращаются уже с тремя бутылками красного вина.

Режут сыр, моют виноград, открывают пачку крекеров.

Снова заходит Иваненко с новой историей:

— В одном казахском селе раньше девушка организовывала диктант. Пару месяцев назад она пропала, не выходила на связь. Я её из списка координаторов убрала. А сейчас она пишет: «Мы до сих пор тексты не получили!».

— Сейчас звонила в Ухту, — рассказывает Лена. — Знаешь, что они ответили? «Да мы фотографировались, смеялись, нам пока не до подсчёта участников».

— Так, Ковров — сто одиннадцать, — продолжает Маша. — Сто одиннадцать ковров!

В штабе раздаётся звонок. Российский координатор берёт трубку, слушает пару минут. Лицо необъяснимо меняется. Кладёт трубку и заливается хохотом.


Пятёрку получают около 3% участников

— Это автоответчик таким голосом передаёт сообщение: «Нягань, 63. Мы деградируем по количеству».
— Появилось вино — стало веселее, — мимоходом отмечает Лена. — Сколько-сколько у вас участников?.. Ну, это не так плохо, не переживайте!

А вот мы сейчас над Ухтой смеялись, а у них 391 участник. А в Белгороде люди неправильно настроили время «ВКонтакте», пришли на час раньше, расстроились и ушли.

В течение дня из-за большой нагрузки постоянно «падает» сайт. Особенно много проблем в 15:00 по московскому времени: написать текст под диктовку Владимира Познера захотели многие. В группе диктанта «ВКонтакте» появляется уже третье предупреждение: «Товарищи! После окончания онлайн-диктанта, пожалуйста, не спешите нажимать кнопку „Проверить“. Подождите 10-15 минут. Это позволит снизить нагрузку на сервер».

Волонтёр Катя никак не может дозвониться до одного из координаторов. Вместо гудков в который раз слушает «День Победы».

— Мне сегодня прислали 18 заявок на координирование, — вспоминает Семеникова. — Где люди были раньше?!

Внезапно из соседней комнаты, где сидит Егор, слышится музыка из сериала «Сейлормун». Маша в шоке уходит, через минуту возвращается:


Интервью Сиб.фм с автором «Тотального диктанта»-2015

— Всё нормально, он не напился, он просто музыку слушает.
— Для начала хочу передать вам огромный привет от Маши, она просила передать, что вас очень любит, — радостно продолжает работу Лена.

Почти девять вечера. Впереди — обзвон ещё нескольких десятков городов европейской части страны. А смена зарубежного координатора закончится только на следующий день, когда отчёты о проведении диктанта пришлют Северная и Южная Америки.

Закрывая за собой дверь, слышу радостный голос Кати:

— Ура, я дозвонилась до «Дня Победы»!

ВКонтакте
G+
OK
 
Новости партнёров
Комментарии

Редакция Сиб.фм призывает к конструктивной и взвешенной дискуссии по теме опубликованного материала. Недопустимы и удаляются комментарии, которые нарушают действующее законодательство, содержат призывы к агрессии, оскорбления любого характера, либо не относятся к теме публикации. Редакция не несёт ответственности за содержание комментариев.

публикации по теме
самое популярное
присоединяйтесь!