Сирийский пленник в гостях у сказки

Как путешественник из Томска три года прожил в плену и зачем принял ислам

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки
Фото Сирийский пленник в гостях у сказки

Фотографии Ильнара Салахиева

Томский путешественник Константин Журавлёв, три года находившийся в плену в Сирии, в октябре был освобождён и вернулся на родину. С журналистами он старается не общаться, планируя дать большую пресс-конференцию в начале 2017 года. Однако для Сиб.фм сделал исключение и поговорил с корреспондентом о том, что делать в плену с двумя тысячами страниц Корана, как избавиться от тщеславия и нарисовать на серых тюремных стенах сказку.

Встретиться Константин предложил в кофейне Traveler’s Coffee — уместно для разговора о путешествиях. Он сразу предложил перейти на ты — через минуту возникло впечатление, что мы знакомы сто лет. Вид у него, показалось, цветущий, особенно если сравнивать с фотографиями сразу после освобождения из трёхлетнего сирийского плена. Это его первый большой разговор с журналистом о произошедшем, поэтому поначалу слова Константин подбирает осторожно.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 2

250 тысяч экземпляров книги «Автостопом по Галактике» английского писателя Дугласа Адамса было продано в первые три месяца

О путешественнике, превращающемся в ветер

Костя, что двигало тобой, когда ты начал путешествовать?

Окончив университет, я работал в космической отрасли в Томске и после пяти лет решил уволиться. Началось это 16 июня 2008 года: ушёл с работы, а на следующий день взял рюкзак и отправился в первое путешествие. За 90 суток проехал автостопом 18 тысяч километров по западной России, Украине, Белоруссии — и влюбился в путешествия.

Хотел наполнить свою жизнь чем-то новым — впечатлениями, красками, сделать её более насыщенной и красивой.

Я знал, что люди путешествуют автостопом, но сам этого не делал. Вышел на трассу — и закрутилось, завертелось: нескончаемый поток новых людей в разных городах и постоянная смена мест. Где-то на день останавливаешься или на несколько и двигаешься дальше в путь. Ночёвки в полях, в стогу сена — ароматы странствий привлекают.

«Странствия» для меня — от слова «страны», но созвучно с прилагательным «странный». Видимо, тот, кто постоянно путешествует, становится странным — меняется сознание.

Когда я вернулся домой после первого путешествия, уже не представлял свою жизнь без этого, тем более в офисе. Хотелось работать свободно — без начальников. На протяжении года я никуда не устраивался, фотографировал свадьбы, быстро почувствовал, что съёмка под заказ — не моё. Мне нужно ощущать влюблённость к объекту, тогда фотографии получаются отличными. Зимой 2010 года я решил, что отправлюсь в кругосветное путешествие.

Ты уже столько лет путешествуешь — хочу понять причинно-следственную связь: тебя ничего не держит, поэтому ты уезжаешь, или, наоборот, не хочешь создавать семью, чтобы тебя ничего не сдерживало?

Я не слишком привязан к родственникам, хотя у меня очень хорошие отношения с родителями, братом, его женой и племянниками. Люблю посиделки с друзьями, гитарой, чаем и плюшками. Первое путешествие в этом плане было лёгким, а второе труднее: тянуло домой. Я осознавал, что еду на два года — у меня был план вернуться в свой день рождения в 2012 году.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 3

После четырёх месяцев этого путешествия — а я очень всё это время хотел вернуться домой, в привычный образ жизни — я оказался на юге Иордании, где впервые почувствовал, что значит превращаться в ветер. Я нашёл себя, решил не привязываться вообще ни к чему, получил большой объём внутренней свободы. Уже отвык от старого образа жизни и ещё не был уставшим от постоянного движения, как после завершения кругосветки.

Плен как путешествие

А после было путешествие длиною в три года?

Замечательно! Вот эта позиция мне уже нравится: именно путешествие, а не какой-то там плен.

Сирия дала мне ещё больший объём внутренней свободы, поэтому я не употребляю слово «плен», предпочитаю словосочетание «духовная школа».

Теперь мне легко двигаться по жизни: здесь хорошо, я куда-то ушёл, уехал, повернул за угол, оказался в другой атмосфере — и уже наслаждаюсь ею. У меня нет тяги к тёплым отношениям, приятным местам, каким-то событиям. Я могу влюбиться ненадолго. Например, вчера мы со знакомыми возвращались с Алтая, заехали в кафе — примерно 150 километров от Новосибирска. Я увидел там девушку и был очарован ею. Чувства поиграли немного, сел в машину, поехал дальше — уже свободно.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 4

Получается такая философия свободы: можно быть в замкнутом пространстве и при этом чувствовать себя свободным, потому что у человека всё в голове, — за три года в Сирии ты это почувствовал?

Да. Турки на границе с Сирией не говорили по-английски, но жестами предупреждали меня о возможности ареста. Я попросил поставить штамп в паспорт и пошёл дальше. Практически сразу был арестован. У меня было желание продолжить путешествие в Египет, но тогда уже в принципе научился жить во внутренней свободе. У меня забрали ноутбук, телефон — всё, что меня тянуло, потому что там были фотографии, личные документы.

Но я сразу успокоил себя тем, что по сути это всего лишь нолики и единички на винчестере, и не испытывал дискомфорта из-за таких лишений.

С первого дня я для себя определил такую позицию: это некий вид командировки, меня сюда привели высшие силы, и мне здесь нужно сделать какую-то работу. Это возможность духовного развития и моё новое путешествие. Я строил свою сказку, и это психологически спасало. Когда освобождаешься даже от внешней свободы в угоду внутренней, ощущаешь себя совершенно иначе. Поэтому я вернулся домой с улыбкой на лице, с позитивным настроем, а не с опущенными руками и желанием пить водку.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 5

В медиапространстве шло бурное обсуждение в том числе твоего въезда на территорию Сирии, где идут боевые действия: все пытались понять, делал ты это осознанно или нет?

Мой внутренний голос говорил мне, что я должен проехать через Сирию. На комментарии я уже давно не обращаю внимания, когда пишут: «Какой ты идиот, зачем поехал через Сирию». Видимо, я и поехал, чтобы узнать, что такое война и принести этот опыт нам в мирное время. Сам я не служил: на работе была бронь от армии. Не был подготовлен. Думаю, большой плюс, что я не был офицером, иначе мне было бы ещё тяжелее, да за офицера и просят больше.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 6

Кто из современных парней, живущих на данный момент времени в России, знает, что такое пуля около виска, что такое взрывы в 30–50 метрах от тебя? А когда соприкасаешься с опасностью, становишься сильнее.

Я даже в одном своём стихотворении написал об этом, не дословно, но смысл такой: ехал за огненным сердцем льва, а в итоге живу здесь как овечка. Мы все там жили как овцы, как бараны.

18,5 миллиона человек составляет население Сирии

Две тысячи страниц Корана

В одном из интервью я читала, что ты просился в одиночные камеры, потому что уставал от арабского языка в общих камерах — с кем ты там находился?

Сначала я был в общих камерах вместе с солдатами сирийской армии, шпионами, с теми, кого подозревали в сотрудничестве с президентом, с местными жителями, арестованными по тем или иным причинам, например, за воровство или убийство.

Если целый день слушать нескончаемую болтовню в общих камерах, да ещё и непонятную, то, конечно, стремишься уйти от этого: болит голова. Если же сидели в одиночных камерах, то иногда через дверь могли переговариваться. Насколько это было возможно.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 7

Сначала говорили на английском, потом начал запоминать некоторые арабские слова. Я очень плохо говорю по-арабски: у меня не было ни словаря, ни учителей, ни желания его изучать, даже используя такую возможность. Несколько человек разговаривали на русском — заместитель начальника тюрьмы и ещё один парень.

Наверное, больше говорили о том, что кому приснилось, потому что там живёшь во снах.

Кроме стихов, какие занятия ты себе находил?

Когда меня переводили в очередную камеру, я находил какую-нибудь металлическую пластиночку и чистил туалеты от мочевой соли, потом, конечно, на десять раз мыл руки с мылом, но это возможность своё эго, самолюбие, тщеславие спустить в туалет, почистив его за другими.

Отжимался, пытался сесть в лотос, но так и не получилось, бегал, насколько позволяли камеры — по кругу или по овалу. Каждый вечер устраивал рейд по стенам, как я его называл, потому что там была целая армия комаров.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 8

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 9
114 глав включает в себя Коран, священная книга мусульман

Были периоды, когда меня часто выводили на свежий воздух, или периоды, когда я сидел в камере безвылазно, не видя солнца — только отверстие в десять сантиметров диаметром, на которое наложена труба так, чтобы вообще ничего не разглядеть.

Пленникам обычно дают читать Коран?

Да, через несколько месяцев мне привезли из Стамбула Коран на арабском и на русском языке с комментариями. Три тома — примерно 2 000 страниц, поэтому много читал, изучал, галочки ставил: что-то принимал, что-то отбрасывал. Конечно, если бы в домашних условиях я взял Коран, то прочитал бы несколько страниц, а там делать было нечего.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 10

Меня многие спрашивают: «Тебя там не завербовали, мозги не промыли?» А кто-то говорит: «Увидел, как ты из аэропорта вышел босиком, с племянником за руку, понял, что ты остался прежним».

Не завербовали. Даже мог себе позволять споры на религиозную тему, за которые сирийцев избили бы.

Я доказывал свою позицию, а они комментировали так: «Это тупой русский, вернётся в Россию, поговорит с учителем ислама на своём языке и всё поймёт».

С самого начала постоянно говорили: «Почему ты не мусульманин? Ты молишься? Если ты не молишься, то попадёшь в ад, где тебе в глотку будут заливать расплавленный металл». В конечном итоге я спросил, что нужно сделать для того, чтобы принять ислам.

Всё-таки ты принял ислам?

Меня, как других, не заставляли этого делать и не заставляли молиться, но чтобы не было постоянных вопросов от разных людей, я его принял. Потому что психологически это очень давило.

Я от разных религий беру какие-то зёрна и ни в какую не погружаюсь полностью.

Сейчас я себя называю православным родновером-буддистом-мусульманином.

Три звонка домой

Почему, на твой взгляд, тебе многое позволяли?

Я был исключением по сравнению с другими заключёнными. Они понимали, что я не шпион, не солдат, не пришёл к ним с войной. Я обычный путешественник, светлый человек. Я общался с ними без страха, иногда шутил, как мы сейчас.

Но история началась с того, что боевики выложили фотографию твоего паспорта в социальной сети Facebook, считая тебя шпионом?

Да, они произносили на английский манер КГБ, подозревали, что я шпион, но достаточно быстро убедились, что я путешественник. Для России они обозначали свою позицию по отношению ко мне жёстче, чтобы получить выгоду — обменять меня на кого-нибудь. Нагоняли страх, чтобы их требования выполнили. Когда вернулся, я читал многие посты.

Что ты испытал, когда в первый раз поговорил с мамой по скайпу?

Во время первой же минуты я закрыл лицо руками от эмоций. Я опасался, что мамы может уже не быть: у неё в 90-е годы был инсульт, который мог повториться на фоне волнений. Это был бы серый отпечаток на всей сказке в Сирии.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 11

Первый звонок был в начале января 2014 года. Я в очередной раз ужинал с начальником тюрьмы в его комнате и сказал: «Мне нужно позвонить родителям, чтобы они знали, что со мной всё хорошо. Я не буду обращаться ни к полиции, ни к спецслужбам». Мне разрешили позвонить на десять минут. Через неделю начальник тюрьмы ещё раз позволил мне позвонить, а потом меня и других заключённых перевезли в Алеппо, поэтому условия изменились.

Там был сделан третий звонок (4 февраля 2014), который все видели в записи. Перед ним меня немножко припугнули — сказали, что взорвут. Адреналин заиграл, на видео это заметно. Я говорил, что если умру, значит, так угодно Богу. Больше звонков не было, я особо и не напрашивался с точки зрения своей безопасности.

Толком не знаю, как вылез оттуда, но благодарен всем людям, которые пытались помочь. Когда я вернулся в Москву, в один из вечеров мне сказали готовить платок и показали ролик с обращением мамы к президенту, который ребята делали.

Я думал, что это шутка по поводу слёз, но заплакал.

О Бабе Яге и Сером Волке

Ты говоришь о том, что строил свою сказку: как ты это делал?

В одной камере я нарисовал красной землёй огромную карту Земли: только доделал, через 20 минут меня перевезли в другое место. Но уже опыт был, поэтому начал так делать во всех камерах, чтобы уйти от серых красок. Всегда у меня была максимальная чистота, солдаты удивлялись, потому что обычно заключённые живут как животные. «За стенами седыми рыжий мир» — строка из стихотворения, я старался этот мир перенести на серые стены.

Вообще первые несколько месяцев сначала уходишь в воспоминания, потом постепенно начинаешь уходить в мечты, воображение, сны, а потом создаёшь сказку.

Ты живёшь не в плену, а в своей сказке. Да, тебя ограничивают эти стены. Да, у тебя, как правило, нет выхода наружу, но в этих мазках можно разглядеть лица, какие-то предметы.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 12
Баба-Яга — персонаж славянского фольклора и мифологии, уродливая старуха, владеющая волшебными предметами и наделённая магической силой

Когда на 12-й день плена меня перевели из общей камеры в одиночную, я понял, что нахожусь в гостях у Бабы Яги — чётко увидел такую светотень на стене при дневном освещении и при свете лампы. Одного из офицеров звали Абу Диаб, если перевести дословно, то отец стаи волков — это Серый Волк, который выводит из леса, помогает герою. В общем, для людей это был ужас, для меня — сказка.

С собой у меня были тетрадки, в которых я записывал стихотворения, свои мысли, делал зарисовки. Сейчас покажу (показывает). Например, что ты здесь видишь?

Силуэт идущего человека.

Да, идущего или бегущего по холмам. Это я один в один срисовал с потолка — в плесени тоже видишь объекты разные. Вот ещё: лицо в этническом стиле, человек, дающий столп света. А эта фотография висела у меня на стене там, мне её подарила девушка из Новосибирска. На снимке улыбки. Это единственные улыбки, которые были со мной.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 13

Когда ты видел Сирию впервые во время кругосветного путешествия, остались ли у тебя сказочные впечатления?

Да, уже тогда — в конце октября 2010 года — Сирия стала для меня сказочной страной. Благодаря шторму в Латакии, после которого были виды звёзды и луна. Облака, в которых можно увидеть силуэт Аладдина на ковре самолёте. А когда я приехал в старый Дамаск, то меня поразил базар Сук аль-Хамидия.

Перед кругосветным путешествием я взял себе имя Дурак, потому что только он может пойти туда, не зная куда, и принеси то, не зная что. Здесь так же получилось. Ехал вроде бы в Египет, но не знал, что попаду в Сирию. Ещё я называю плен путешествием на Сириус, потому что это звезда путешественников, вокруг которой много символизма.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 14

Пустыня лицемерного холода

Наверное, символично, что ты ехал в Сахару для того, чтобы прожить три недели в пустыне наедине с собой без еды, чтобы дать раскрыться внутренним способностям в рамках твоего проекта «Наедине с пустыне», а в итоге остался наедине с собой на три года?

Да, я ехал в Египет, чтобы получить порцию просветления.

Вместо 21 дня у меня была 21 камера.

Только не было того уединения и единения с самим собой, которых я хотел достичь в пустыне — с закрытыми глазами, молча, без звуков, людей и без всего живого. Но у меня были три года духовной школы. Сирия — это тоже пустыня. Пустыня среди людей. Я встретил только четырёх человек, которые ко мне хорошо относились. А так я был наедине с собой среди этого лицемерного холода.

Какие сны ты видел в этой пустыне и какие видишь сейчас?

Сейчас, в этих условиях свободы, я практически не вижу снов, не могу их запомнить. Там видел часто, причём отчётливо. Видел квартиру, в которой жил до 24 лет, двор, школу и дачу. Я старался тренировать себя, чтобы осознавать сон и делать в нём что-то. Я всегда летал.

В первый же месяц мне приснился образный сон из трёх частей, после которого я понял, что буду в плену три года и что должен что-то сделать. Моей работой в духовной школе стал проект. Я скажу только общие вещи, детали озвучу на большой пресс-конференции. Думаю, что она будет в начале года в Томске, Новосибирске или Москве, но в любом случае с онлайн-трансляцией. Проект состоит из двух направлений: бизнес и социальное.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 15

Началось всё с одной простой вещи — я захотел в томском Академгородке построить огромный резной сказочный терем из оцилиндрованного бревна и переместить туда всех детдомовских детей города. У них нет той сказки, которая, как правило, есть у детей, живущих в семьях. А потом шаг за шагом пошла какая-то генерация идей.

Имея мысли по поводу социальных изменений у нас в России, я начал задаваться вопросом, откуда взять деньги. После этого начали рождаться бизнес-идеи, чтобы не искать спонсоров, а самим зарабатывать деньги. Сам проект, если больше говорить о социальной составляющей, направлен на возрождение человечества. После трёх лет изоляции я заметил, что оно уже начинается.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 16

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 17
14 октября 2016 года ФСБ объявило о возвращении Константина Журавлева на родину

Ты работаешь над проектом один?

Пока да. Я думал, что вернусь домой, в первый день встречусь с родственниками и друзьями, а во второй — начну пахать. Этого не получилось: я был приплюснут к земле масштабом и ответственностью. Если в Сирии я чувствовал себя подобно птице, летящей в облаках — колоссальнейший объём внутренней свободы без внешней, то здесь всё иначе. Я получил внешнюю свободу, но при этом был распластан по земле внутренним психологическим давлением. Сейчас я понемногу начинаю обретать эту внутреннюю свободу.

Ты уже понял для себя, что будет после этой трилогии путешествий?

Есть притча о трёх мужчинах, которые стоят на развилке. Ангел говорит им, что одна дорога ведёт в рай, а другая — в ад, но после выбора нельзя возвращаться назад. Мораль такова: в раю может быть скучно, потому что человек для этого ничего сам не сделал, в аду можно создать рай, а настоящий ад — на развилке, когда человек не может определиться. Многие, я думаю, стоят на этой развилке. У меня были восемь лет, когда я выбирал между семьёй и путешествиями. Я определился, что теперь хочу создать семью, очень люблю детей. Одиночные, сольные путешествия для меня подошли к завершению — это действительно была трилогия. А сейчас — семья, в том числе путешествия с ней, и проект, которым я занимаюсь.

Фото Сирийский пленник в гостях у сказки 18

Отношение к сложившимся ситуациям — это один из важнейших спасительных кругов в нашей, условно говоря, непростой жизни. А вообще жизнь простая и интересная. Тяжело, конечно, сравнивать, но что хуже: мой плен в Сирии или, например, ситуации, которые я наблюдаю в жизни — когда люди разводятся и один из родителей запрещает видеться с ребёнком? Дети при этом страдают. Для меня всё понятно: у меня была сказка, а у них — нет.

 

Хотите видеть больше интересных новостей?
Добавьте наш канал в избранное в Google News и Яндекс Новости:

Ваш комментарий

Новости партнеров

Новости партнеров

Загрузка...